– Рядовой Мартынова!
– Я!
– Это что за самоуправство? Забыла, где находишься?
– Но товарищ старший лейтенант, мы... Я... Просто... Ну весна же!
Маленькая хрупкая девушка, почти ребенок, стояла перед суровой женщиной лет сорока, опустив голову, на которой красовался яркий солнечный венок из одуванчиков. Второй точно такой же венок, почти уже законченный, она крепко сжимала в руках.
– Вот, товарищ старший лейтенант, это вам! - робко протянула руку к старшей по званию, - Порадовать хотела...
– Все, Мартынова, детство кончилось, - женщина, тяжело вздохнув, взяла венок из дрожащей руки, - За заботу спасибо, но пойми, наконец, вот что: ты не девчонка больше, ты - солдат! А у солдата нет времени на всякие глупости!
Мария пошла на фронт добровольцем, когда ей едва исполнилось двадцать. А как было не пойти? Отец воевал, братья, друзья... И он, Мишка, муж, тоже храбро сражался с фашистами где-то за тысячи километров от родного дома.
Они едва успели пожениться, как началась эта проклятая война, едва успели насладиться друг другом, своей любовью, своим безграничным счастьем...
Разве могла она остаться в стороне?
Сначала хотела записаться на курсы медсестер, но в военкомате уже увидела объявление: "Нужны шофёры". Не раздумывая пошла, записалась на шестимесячные курсы, а сразу после вместе с автомобильным батальоном отправилась на фронт.
Служить довелось в составе артиллерийского противотанкового полка - Маша на своей "полуторке" подвозила бойцам снаряды, продовольствие, эвакуировала раненых. Ее прозвали Кнопкой - за невысокий рост и наивное, почти детское выражение лица.
– Кнопочка наша едет, ну, теперь держись, немец! Сейчас дадим тебе жару!
На фоне суровых солдат Мария и впрямь выглядела ребенком. Однако так казалось только на первый взгляд. Те же, кому довелось узнать её лучше, восхищались ее отвагой и смелостью, тем, как умело и ловко управлялась она со своим грузовичком, который ласково звала "верной старушкой".
Не было ни одного задания за все долгие годы войны, которое бы не смогла выполнить военный шофер Мартынова. В любую погоду, в мороз, дождь, туман, гололедицу, выезжала она, лишь только услышав приказ, не боялась ни пуль, ни снарядов, осколками которых, словно бывалый воин, был испещрен ее автомобиль.
Трудно было... Тонкими негнущимися пальцами на лютом морозе заменить лопнувшее колесо, нежными девичьими руками на ходу, под обстрелами устранять неисправность под капотом, чтобы была возможность ехать дальше. Ведь в кузове - раненые, даже выбраться не смогут, если накроет немец.
А сколько жизней спасли они с верной старушкой - полуторкой! Скольких бойцов вывезли из пекла! Себя не жалела Маша, иногда не спала почти, не отдыхала между рейсами, только бы успеть, только бы не поздно было!
Но, конечно, и отдых тоже был, как же без этого? В такие редкие минуты писала письма домой, маме, спала, а иногда сочиняла стихи. Или, вот, как сегодня, венки плела, для таких же, как она, простых советских девчонок, оторванных от дома, от родных, не знающих ни сна, ни покоя. Хоть немного будет им радости, пусть вспомнят счастливое беззаботное детство, пусть на лицах появятся улыбки, ведь весна! Оживает природа, так пускай и они тоже оживут, хоть на миг, хоть на мгновение!
Вот такая она была, Мария Мартынова, военный шофер, прошедший всю войну, в двадцать лет видевший столько горя, столько смертей, столько зверств ненавистного врага, что в светлых волосах ее проступили седые пряди.
А домой вернулась, так вообще, почти что седая. Мама как увидела - чуть чувств не лишилась. А потом долго расчесывалв ей волосы и плакала, плвкала...
– Что же с тобой случилось, доченька моя? Что же эта война проклятущая с тобой сделала?
Но это ничего, это ладно, что седая, главное, что жива. Все они вернулись с войны, и отец, и оба брата, и она, Маша.
И Мишка, муж, тоже домой пришел. Правда, без обеих рук, по локоть отрезали. В разведке служил, на одном из заданий ранен был, сумел уйти. Но, пока к своим добирался, обморозил руки и ноги. Ноги спасли, а вот руки - не смогли, не успели.
Всю жизнь душа в душу прожили Маша с Михаилом. Он, хоть и без рук был, а приноровился, и в быту, и по хозяйству, даже в колхозе работал. И она тоже работала, шофером, всю жизнь. А как же? Лучше нее ни один мужик бы не сладил с техникой. Машина ее будто слушалась, понимала. Да и сама Мария всегда с ней здоровалась, разговаривала, говорила, что у каждого автомобиля, как и у человека, душа есть.
У Михаила и Марии Мартыновых родилось уже после войны двенадцать детей. Когда старшему сыну, Ивану, едва исполнилось шестнадцать, не стало главы большой семьи. Хоть и крепился Михаил, хоть и старался виду не показывать, а только весь израненный, весь больной с фронта вернулся, вот и ушел раньше срока, пришлось Марии одной ребятишек своих поднимать.
Ничего, справилась, вырастила всех, воспитала, выпустила из родного гнезда во взрослую жизнь.
Ее не стало в возрасте восьмидесяти трёх лет, к тому времени у Марии Демидовны уже было тридцать два внука, сорок пять правнуков и девять пра-правнуков. Вот такая большая дружная семья.
Давно уже нет на свете Марии Мартыновой и ее супруга, Михаила, но память о них свято хранят их потомки, передают историю их подвигов из поколения в поколение.
Каждый в семье, от мала до велика, знает, через что пришлось пройти этим тогда ещё совсем юным ребятам, какие испытания выпали на их долю. Знают и гордятся, как гордится своими предками - участниками той страшной войны, всеми силами приближавшими Великую Победу, каждый житель нашей необъятной Родины.
И будет хранить наш народ память о своих героях ещё долгие, долгие годы, будет помнить о том, какой подвиг совершили они ради каждого из нас, ради наших детей.
Вечная слава вам, Великие воины Великой страны! Вечная слава и вечный покой!
Друзья, если вам понравился рассказ, подписывайтесь на мой канал, не забывайте ставить лайки и делитесь своим мнением в комментариях!
Копирование и любое использование материалов , опубликованных на канале, без согласования с автором строго запрещено. Все статьи защищены авторским правом