Победе в Великой Отечественной войне 1941—1945 годов предшествовали суровые огненные 1418 дней. Из них 190 дней были тяжелейшими для жителей станицы Тимашевской. С 6 августа 1942 года по 11 февраля 1943-го населенный пункт был во власти оккупантов. И до этого периода, и после, а особенно во время него многие здания были отмечены войной.
Они бессловесны, их стены не расскажут, что видели и слышали в ту лихую годину. Но есть исторические свидетельства, которые по крупицам потом собирали местные краеведы. Благодаря их работе можно восстановить прошлое.
ИСТРЕБИТЕЛЬНЫЙ БАТАЛЬОН
Уже в первую неделю начала Великой Отечественной войны вышло постановление о создании истребительных батальонов по линии МВД по борьбе с парашютными десантами и с диверсантами противника. В июле-августе 1941 года такой батальон был создан и в Тимашевском районе. В него вошло около двухсот человек, не мобилизованных по разным причинам: у кого была бронь, кто не был годен по здоровью или возрасту. В батальон входили две стрелковые роты, санитарное отделение и кавалерийская сотня. Главным в истребительном батальоне назначили Аношкина — начальника районного отделения МВД. На вооружении батальона были отечественные и трофейные винтовки, два трофейных пулемета, столько же ротных минометов. Судя по данным справки от 1972 года, которая хранится в фондах Тимашевского музея семьи Степановых, «склад оружия находился во дворе райотделения МВД» (в данное время находится вневедомственная охрана — ред.). Штаб размещался в здании нынешнего райсовета ветеранов, а сам истребительный батальон — в одном из корпусов техникума кадровых ресурсов по улице Комарова.
ВОЕНКОМАТ
С первых дней войны тимашевцам, подлежащим мобилизации, стали приходить повестки. Многие записывались добровольцами. Тимашевский районный военкомат, который был образован в 1920-х годах, находился на улице Красной. Именно отсюда провожали на войну. Вспоминая о том, как это было, в номере от 22 июня 1947 года С. Акимович в нашей районной газете (тогда она еще называлась «Колхозное знамя») писал: представители «сельсоветов спешно разносили повестки военнообязанным. В них было по-военному сурово написано: явитесь немедленно в военкомат, захватите с собой продуктов на три дня, ложку, документы… Кто не помнит дом по улице Красной № 58 и ту большую площадь через профиль, где помещался военкомат, перед крыльцом которого с утра до утра толпились уходившие на защиту Родины, плакали провожавшие их отцы и матери, братья и сестры, жены и невесты. Нет, не забыть этого! Не забудутся и те суровые военные годы, которые оставили глубокие следы и шрамы на земле, в памяти людей, во фронтовом труде и в тылу. Теперь уже нет того здания военкомата и типографии, откуда беспрерывно отходили большие и малые команды будущих воинов. Здание это в феврале 1943 года немцы взорвали, как бы хотели отомстить за то, что здесь комплектовались боевые соединения могучей Советской Армии, разгромившей фашистскую Германию. Теперь от здания того остались только одно воспоминание и котлованы».
ЗДЕСЬ БЫЛ ВРАГ
Разрушение бывшего советского военкомата было особенно необходимо врагу: почти с первых дней оккупации до ее окончания захватчики устроили там один из временных конц-лагерей для советских военнопленных. Сейчас угол улиц Красной и Братской, где находится торговый комплекс «XXI век», — оживленное, бойкое место. Каждый спешит по своим делам. Но если вернуться в 1942 год…
— По дороге со стороны Краснодара немцы гнали русских военнопленных, — рассказывает заслуженный работник культуры Кубани Таиса Чумакова, много лет проработавшая в Тимашевском музее семьи Степановых, в числе первых заложившая основной фонд музея. — Оборванные и полубосые, голодные и затравленные собаками, они с трудом передвигали ноги. Ослабевших немцы расстреливали. Большинство военнопленных грузили в вагоны и отправляли к себе в тыл, на каторгу, лишь некоторых разместили в бывшем военкомате — во дворе, обнесенном колючей проволокой. Других — у паровозного депо и во дворе школы имени Шевченко, которая сгорела десятилетия спустя. Ночью местные жители подбирали расстрелянных русских воинов и хоронили, бывало, тут же у дороги. Все концлагеря советских военнопленных, размещенные в станице Тимашевской, были временными. Затем советских солдат отправляли в Германию.
Таиса Сергеевна до сих пор в подробностях помнит разговор с Верой Литвиненко, которая вспоминала, что когда немцы были в станице, во дворе школы № 16 имени Толстого был лагерь советских военнопленных. По изгороди протянули колючую проволоку. Охраняли территорию лагеря часовые с автоматами. Женщины ходили, чтобы передать продукты: хлеб, картошку. Старались подойти так, чтобы часовые не видели, потому что они могли толкнуть, выкинуть продукты, просто убить. Однажды, когда Вера Евтеевна принесла продукты, из толпы военнопленных вышел молодой боец, протянул фотографию и документы и просил, чтобы она выручила его из плена. Многие станичники так делали, признавали за родственников, и Вера Литвиненко пошла к начальнику лагеря.
— Он направил к другому, и когда после трехдневных походов из кабинета в кабинет осталось поставить подпись коменданта гарнизона, я узнала, что военнопленных из школьного двора отвели в лагерь, который был недалеко от железнодорожной станции, — вспоминала Вера Литвиненко. — И пока я добралась туда, наших бойцов куда-то уже отправили. Я часто вспоминала того парнишку, думала, где он сейчас, жив ли?
Враг нанес огромный урон народному хозяйству, были разрушены общественные здания, дома тимашевцев, разорены хозяйства. Людей устрашали виселицей.
— В оккупированных районах края фашисты установили режим насилия и террора, надеясь тем самым сломить волю народа к сопротивлению, — говорит Таиса Чумакова и подтверждает собранными историческими фактами. — После очередного налета советских бомбардировщиков фашисты старались как можно быстрее восстановить железную дорогу, депо, мосты и шоссе, для того чтобы снова получать подкрепление в живой силе и технике и отправлять в Германию награбленное. А восстанавливать заставляли жителей станицы Тимашевской. В квадрате от улицы Красной до улицы Пролетарской (примерно там, где сейчас кафе «Аристократ») был пищекомбинат. Перед этим предприятием была площадь. Фашисты построили там виселицу, а во дворе пищекомбината — тюрьму. Сгоняли туда людей. Выстраивали женщин, стариков, девушек и давали приказ, кому что делать. Показывая на виселицу, говорили: «Не хочешь работать — пойдешь туда!».
В здании, где сейчас располагается вневедомственная охрана (на пересечении улиц Красной и Казачьей), была немецкая комендатура. Вообще это одноэтажное строение с очень богатой историей. Оно было построено в конце XIX — начале ХХ века. До революции там было правление станичного казачьего атамана, в 1918 году — Тимашевский революционный комитет, затем станичный совет… А в годы войны фашисты выбрали его своей комендатурой. И если бы не стремительное освобождение станицы Тимашевской советскими частями, которые по плану генерал-лейтенанта Ивана Хижняка начали именно с юга и юго-западной стороны, со стороны микрорайона Садовод, то и этого исторического здания, в котором до сих пор сохранилась прежняя архитектура, мы бы сейчас не видели. Облюбовали фашисты также среднюю школу № 1 имени Герцена:
— Малое здание СШ № 1, в котором раньше располагалась начальная школа имени Белинского, немцы превратили в конюшню, — такими сведениями поделился заслуженный учитель РФ, почетный гражданин Тимашевского района, краевед, историк, создатель школьного музея Всеволод Покинько. — Оккупационные власти бесчинствовали. В подвале одного из зданий рынка была устроена пыточная тюрьма. В бывших сараях МТС немцы организовали пересыльный пункт для советских военнопленных и обнесли его ключей проволокой. Установили комендантский час.
Есть еще одно памятное место в Тимашевске, известное своей печальной историей. На выезде из города в сторону Славянска-на-Кубани, район пересечения улиц Ворошилова, Путевой и Славянской, Профильной и Семафорной, народная молва называет «ямой». Еще до войны станичники брали там глину для самана при изготовлении домов, из-за чего в почве образовалось большое углубление. Во время оккупации фашисты устроили там место массовых казней людей. В 1975 году работники соседней мехколонны, решив увековечить память погибших, построили на этом месте стелу в честь 30-летия Победы. Уже в нашем веке стела была реконструирована.
ПОСЛЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ
11 февраля 1943 года воинские части 11-го Гвардейского стрелкового корпуса под командованием генерал-лейтенанта Ивана Хижняка освободили станицу Тимашевскую. Но война еще продолжалась. И тогда в Тимашевском районе развернули госпитали.
— Все здания, какие можно было приспособить под госпитали, были отданы им, — так говорит Таиса Чумакова. — Они располагались там, где ныне школы №№ 11, 16, 19, в зданиях Тимашевской центральной районной больницы (сейчас там инфекционное отделение и стоматология), райсовета ветеранов, техникума кадровых ресурсов (по улице Комарова), управления образования.
— В первой городской школе — в той части, что не пострадала от фашистов, эвакогоспиталь, открытый еще в июле 1941 года, после освобождения станицы продолжил работать, — дополняет Всеволод Покинько.
При входе в городской рынок со стороны улицы Колесникова есть еще одно историческое здание, построенное в начале ХХ века. Первый хозяин строения купец Кузьма Дмитриченко держал там лавку. И сейчас каких только объектов здесь нет: и аптека, и швейное ателье, и фотосалон… А в 1943 году, говорит Таиса Чумакова, как выгнали врага, там располагался штаб 805-го штурмового авиаполка, в котором сражалась летчик-штурмовик, Герой Советского Союза Анна Тимофеева-Егорова. В своей книге «Держись, сестренка» Анна Александровна вспоминала о нашей станице, о том, как летали и успешно сражались летчики на «Голубой линии», какими наградами были награждены за выполнение боевых заданий.
Оккупанты нанесли станице Тимашевской громадный урон. Наш земляк Герой Советского Союза Виктор Бойченко, выпускник 53-й железнодорожной школы (ныне СОШ № 19) освобождал родную землю от немецко-фашистских захватчиков. Вот что он увидел в первый день после изгнания врага:
«В станицу я въехал со стороны Садовода. Я совсем не узнал родной станицы и даже подумал — а Тимашевка ли это? По всему пути я не увидел ни одного привычного забора, вокруг горы хлама, разного мусора, чего-то еще совершенно не привычного и необычного для глаза. Много разрушений, полностью вырублен парк отдыха в центре станицы, который мы, комсомольцы и пионеры, с такой любовью, с таким энтузиазмом высаживали незадолго перед войной. Вокруг много разрушенных зданий, пожарищ, нефтебаза сожжена и разрушена, разрушен элеватор, а на той стороне железной дороги разрушены и сожжены МТС, комплекс зданий автороты, где мы учились на курсах шоферов. От бывшей МТС пошел домой пешком. Увидел, что на нашем хуторке вроде меньше разрушений и запустения. Увидел целым и свой домик, а в окне кухни увидел свою маму. Она сидела за столом, подперев лицо рукой, и внимательно смотрела прямо в упор на меня…» (Из письма Бойченко, которое хранится в музее семьи Степановых).
Впереди было восстановление полуразрушенной станицы, требовавшее огромного человеческого ресурса и материальных средств. Земляки справились. Все вытерпели, выдюжили. И сейчас, проходя по центру Тимашевска, не увидишь шрамов войны. Кругом ухоженные дома, цветущие клумбы, асфальтированные дороги. Но если бы здания умели говорить…