Вступление.
Имя последнего царя Лидии – Крёза – уже более двух тысячелетий олицетворяет несметное богатство и превратности судьбы. Его жизнь легла в основу легенд и пословиц: выражение «богат, как Крёз» стало крылатым для обозначения сказочного богатства. Однако за легендарной репутацией скрывается реальная историческая фигура. Крёз (греч. Κροῖσος, ок. 595–546 гг. до н.э.) правил в Малой Азии в середине VI века до н.э. и прославился как могущественный и богатейший правитель своего времени. Его правление закончилось драматическим столкновением с персидским царём Киром II, после которого Лидийское царство пало. В этой статье мы проследим историческую биографию Крёза – от восхождения на трон до падения Сард – и узнаем, как возник образ Крёза в культуре: какие легенды и афоризмы породила его судьба и как они трансформировались вплоть до наших дней.
Происхождение и приход к власти
Крёз был сыном лидийского царя Алиатта из династии Мермнадов, правившей Лидией в VII–VI веках до н.э. После смерти отца около 560 г. до н.э. Крёз унаследовал престол, одолев в короткой борьбе своего сводного брата. Так началось правление последнего царя Лидийского царства – государства в западной части Малой Азии со столицей в городе Сарды. Молодой царь быстро проявил себя как энергичный завоеватель: он значительно расширил границы Лидии, подчинив соседние регионы. В частности, Крёз покорил греческие города Малой Азии – такие как Эфес, Милет и другие полисы Ионии – распространив свою власть практически на всё западное побережье Анатолии вплоть до реки Галис (ныне Кызылырмак). Именно по Галису проходила восточная граница его владений, отделявшая Лидию от державы персов. Таким образом, при Крёзе Лидийское царство достигло вершины могущества и непосредственно граничило с новообразованной Персидской империей Ахеменидов, набирающей силу на востоке.
Несметное богатство и связь с греками
Лидия славилась богатыми месторождениями золота – недаром через её земли протекала река Пактол, легендарная «золотая жила» древности. Царь Крёз прослыл одним из богатейших людей своего времени, и не без основания. Именно при нём в Лидии начали чеканить первые в истории монеты из чистого золота и серебра установленного образца. Крёз ввёл стандарт высокой пробы (около 98% благородного металла) и помещал царский знак (изображения льва и быка) на лицевую сторону монет. Эти нововведения сделали лидийские статеры общепризнанной ценностью и укрепили экономику царства.
Серебряная монета (статер) царя Крёза с изображением льва и быка – один из образцов первых стандартных монет в истории. Благодаря таким монетам богатства Крёза стали легендарными в глазах соседей. Древние греки, поражённые его состоянием, начали использовать имя лидийского царя как нарицательное для обозначения несметного богатства. Крёз поддерживал тесные отношения с греческими полисами: будучи эллинофилом, он покровительствовал греческой культуре и религии. Известно, что лидийский царь приносил щедрые дары в знаменитые эллинские святилища. Например, в Дельфийском храме Аполлона долгое время хранилась подаренная Крёзом чистозолотая статуя льва, а храм Артемиды в Эфесе он украсил своими подношениями. Великодушие Крёза снискало ему благосклонность греков: древние источники отмечают, что он заслужил благодарность, например, афинянина Мильтиада, которого избавил из плена. Таким образом, Лидия при Крёзе не только воевала с греками, но и вступала в союзные и культурные связи – царя уважали в Элладе, и он даже заключил формальный союз с одним из самых сильных греческих государств, Спартой.
Солон и урок о счастье
Несмотря на свое богатство, Крёз вошёл в историю не только как богач, но и как герой назидательной истории о переменчивости человеческой судьбы. Древнегреческий историк Геродот рассказывает легенду о встрече Крёза с афинским мудрецом Солоном. По преданию, Солон посетил Сарды в разгар могущества лидийского царя. Крёз гостеприимно принял законодателя и с гордостью показал ему все свои сокровища, после чего задал вопрос: кого Солон считает самым счастливым человеком на земле? Царь ожидал услышать свое имя – ведь кто мог быть счастливее обладателя столь несметных богатств. Однако Солон удивил его ответом. Мудрец назвал счастливейшим простого афинянина по имени Телл, который прожил достойную жизнь, вырастил хороших детей и внуков и погиб геройской смертью, защищая родину. На второе место Солон поставил братьев Клеобиса и Битона из Аргоса, прославившихся сыновней добродетелью: они впряглись вместо волов в повозку, чтобы отвезти свою мать-жрицу в храм, и вскоре скончались, получив спокойную и славную смерть.
Выслушав эти примеры, озадаченный Крёз спросил, неужели сам он – обладатель несметных богатств – не заслужил звания самого счастливого. На это Солон произнёс одну из самых известных максим древности: «Никого нельзя назвать счастливым прежде его смерти». Мудрец пояснил царю, что до конца жизни человека нельзя быть уверенным в незыблемости его удачи, ведь судьба изменчива. Богатство и власть не гарантируют истинного счастья, ибо в любой миг фортуна может отвернуться. Крёз, по словам Геродота, остался разочарован ответами Солона, сочтя его старомодным чудаком, не понимающим ценности золота. Тем не менее фраза Солона запомнилась царю – правда, смысл её он полностью оценил лишь годы спустя, когда сам оказался на грани гибели.
Картина художника Геррита ван Хонтхорста «Солон перед царём Крёзом» (1624) изображает легендарную сцену: афинский мудрец отказывается назвать богатого владыку самым счастливым человеком. Историки считают, что в действительности Солон и Крёз не могли встречаться (Солон путешествовал по Востоку раньше царствования Крёза). Однако легенда о беседе Солона и Крёза оказалась чрезвычайно популярной из-за своей глубокой морали. Она символизирует идею о том, что богатство и удача преходящи. Этот сюжет дошёл до нас благодаря Геродоту и другим античным авторам и с древности служит притчей о истинном счастье, которое определяется не количеством золота, а итогом всей жизни человека.
Пророчество и война с Персией
В середине VI века до н.э. на восточных рубежах Лидии появилась новая грозная сила – Персидское царство во главе с царём Киром II Великим. Кир покорил к тому времени обширные земли (например, сверг Мидийское царство), и Лидия стала его следующим целью. Крёз встревожился стремительным возвышением персов и начал готовиться к возможной войне. Прежде чем решиться выступить против Кира, лидийский царь решил заручиться поддержкой богов и узнать свою судьбу. Крёз прославился своим уважением к оракулам – священным прорицателям древности. Он отправил послов сразу в несколько известных оракульных центров – Дельфы, Додону, храм Аммона в Египте и другие – с испытанием. Послы в условленный день должны были спросить у прорицателей: что делает в этот момент царь Лидии? Тем самым Крёз хотел проверить правдивость предсказателей. Согласно Геродоту, лишь Дельфийский оракул (и еще один в Греции) дали верный ответ – они поведали, что царь варит в медном котле смесь из черепахи и ягненка (именно этим странным делом Крёз занимался в загаданный день). Убедившись в мудрости Дельф, Крёз щедро вознаградил храм Аполлона богатыми дарами и вновь отправил послов с главным вопросом: стоит ли ему идти войной на Персию?
Ответ дельфийской прорицательницы Пифии обрадовал Крёза: она предсказала, что если лидийский царь выступит против персов, то «низвергнет великое царство». Крёз истолковал это как обещание гибели Персидской державы и почувствовал уверенность в победе. На всякий случай оракул также посоветовал царю заручиться союзом с самым могущественным греческим полисом. Крёз решил, что таковым являются воинственные спартанцы, и поспешил заключить союз со Спартой, которая согласилась поддержать Лидию. Более того, союзные договорённости связывали Крёза с египетским фараоном Амасисом II и вавилонским царём Набонидом. Казалось, против Кира сформировалась мощная коалиция. Заручившись этими союзами и благословением Дельф, лидийский царь начал военные действия.
В 547 г. до н.э. Крёз первым перешёл в наступление: его армии форсировали реку Галис, границу с Персией, и вторглись в Каппадокию (в тогдашней восточной части бывшего Мидийского царства). По преданию, в переправе через полноводный Галис Крёзу помог знаменитый мудрец Фалес Милетский, служивший в его войске инженером – он придумал отвести часть воды реки каналом, чтобы обнажилось бродовое место. Лидийское войско продвинулось до города Птерия в Центральной Анатолии, где столкнулось с армией Кира. Произошло первое крупное сражение между лидийцами и персами. Битва при Птерии длилась весь день и закончилась без решающего результата – обе стороны понесли потери, но не одержали явной победы. Понимая, что персов больше числом, Крёз решил не затягивать бой, а отступить назад к Сардам, чтобы перегруппироваться и дождаться подхода союзников. Он рассчитывал переждать зиму и весной продолжить войну совместно с войсками Спарты, Египта и Вавилона, о чём отправил послов с просьбой о помощи. Уверенный, что Кир не решится преследовать его сразу после ничейного сражения, Крёз даже распустил часть наёмного войска на зимние квартиры.
Однако Кир Великий принял иное решение: персидский царь стремительно двинул свою армию вслед за отступающими лидийцами и, неожиданно для них, появился под стенами Сард раньше, чем кто-либо мог предположить. В декабре 547 г. до н.э. началась осада Сард, причём враг застал Крёза врасплох. Лишь через две недели упорной обороны столица Лидии пала. Согласно преданию, персы нашли в горах слабое место – один из персидских воинов заметил, как защитник Сард уронил с крепостной стены шлем и спустился по откосу за ним. По этому тайному пути персидский отряд поднялся на акрополь и ворвался в крепость. Вскоре неприступные, казалось, Сарды были захвачены, и Лидийское царство прекратило существование. Союзники не успели прийти на помощь Крёзу: Великая держава, о разгроме которой пророчествовал оракул, оказалась, к несчастью для лидийцев, самой Лидией.
Падение Лидии и судьба Крёза
Сарды были разграблены победителями, а сам Крёз попал в плен к персам (традиционно датируется 546 г. до н.э.). Дальнейшая судьба поверженного царя окружена множеством легенд. По одной версии, восходящей к Геродоту, персы привели Крёза к царю Киру, который приказал казнить пленника через сожжение на погребальном костре. Когда Крёза уже вознесли на гигантский костёр и факелы подожгли хворост, бывший царь Лидии, осознав весь трагизм своего падения, громко произнёс одно слово: «Солон!». Удивлённый Кир потребовал объяснить этот возглас, и Крёз рассказал ему о том самом разговоре с афинским мудрецом, когда Солон предупреждал о непостоянстве счастья. Услышав историю о том, как вчерашний богач считал себя самым счастливым, а сегодня обрёк себя на гибель из-за гордыни, Кир проникся сочувствием. Персидский правитель понял, что и его самоуверенность могла бы привести к падению, и поспешно отменил казнь Крёза. Но тут вскрылась новая опасность: пламя костра уже разгорелось настолько, что потушить его было непросто. Легенда гласит, что в этот миг случилось чудо – по мольбам Крёза бог Аполлон низпослал ливень, и внезапный дождь погасил огонь, спасая жизнь несчастного царя. Так Крёз чудом избежал смерти.
По продолжению этого предания, Кир Великодушно простил Крёза и даже приблизил ко двору как советника. Лидийский царь, потерявший своё царство, стал наставником при персидском владыке. Рассказывают, что впоследствии Крёз сопровождал Кира в походе против массагетов (в котором сам Кир погиб) и служил затем его сыну, царю Камбису. Древние греки вообще любили подчёркивать мудрость, которую обрёл Крёз после своего падения: например, по одной легенде он остановил грабежи в захваченных Сардах, заметив Киру, что солдаты расхищают теперь уже царское, то есть имущество самого Кира – этот аргумент отрезвил завоевателя. Существовали и еще более поэтичные версии финала: так, поэт Бакхилид писал, что боги унесли Крёза с дочерьми жить в мифическую страну гипербореев, минуя смертную участь.
Историки новой эпохи сомневаются, что события развивались столь благополучно для Крёза. По другой версии, основанной на восточных (вавилонских) источниках, никакого помилования не произошло: пленённый царь Лидии был казнён персами вскоре после взятия города. Однозначных свидетельств о кончине Крёза нет, поэтому вопрос остаётся открытым. Впрочем, для нашей темы важно, что образ спасённого Крёза прочно вошёл в культурную традицию как назидательный пример. История о том, как гордый богач потерял всё и лишь тогда постиг истину слов Солона, веками повторялась в различных версиях, учивших смирению перед лицом превратностей судьбы.
Крёз в легендах и культуре
Легендарная судьба Крёза – его несметные сокровища, беседа с Солоном и чудесное спасение – оказала огромное влияние на последующую культуру. Античные авторы подробно описывали жизнь лидийского царя: Геродот включил рассказ о Крёзе в свою «Историю», Ксенофонт – в сочинение «Киропедия», упоминали его Плутарх, Диодор и многие другие. Через эти источники история Крёза стала достоянием мировой литературы. Имя Крёза стало нарицательным символом богатства не только у греков, но и во многих языках мира. Например, по-русски говорят «богат как Крёз», по-английски – “rich as Croesus”, а по-французски – “riche comme Crésus”. Это выражение живо и в XXI веке, подчёркивая, насколько сильно образ лидийского царя впечатался в массовое сознание как воплощение богатства.
Не менее важен и моральный образ Крёза – предупреждение о том, что большие богатства не гарантируют счастья. История про мудреца Солона, которую царю пришлось вспомнить на костре, цитировалась и пересказывалась на протяжении столетий как иллюстрация переменчивости удачи. Даже спустя более двух тысяч лет после падения Сард авторы продолжают обращаться к сюжету о Крёзе. В Новое время легенды о нём вдохновили множество произведений искусства. В 1711 году в Германии была поставлена опера «Крёз» композитора Райнхарда Кайзера (по либретто итальянца Николо Минато). В эпоху романтизма, в 1845 году, британский драматург Альфред Бейт Ричардс опубликовал трагедию «Крёз, царь лидийский» в пяти актах. К образу падшего лидийского царя обращались и русские писатели: Лев Толстой в 1886 году включил в свой сборник «Царь Крез и учитель Солон» пересказ легенд о Крёзе под названием «Крёз и судьба», основанный на эпизодах из Геродота и Плутарха. В новейшее время история Крёза продолжает волновать умы: британский писатель Тим Лич создал цикл исторических романов, среди которых «Последний царь Лидии» (The Last King of Lydia, 2013) и «Царь и раб» (The King and the Slave, 2014), художественно переосмысливающих биографию Крёза.
Иногда образ Крёза всплывает и в неожиданных контекстах. Так, крупный клад древних сокровищ, найденных в XIX веке на территории Лидии, поначалу сенсационно объявили «сокровищем Крёза» – хотя позднее учёные установили, что эти ценности относятся к более ранней эпохе VII века до н.э.. Имя легендарного богача оказалось настолько прочным брендом богатства, что любая драгоценная находка тех мест автоматически связывалась с ним. Даже в науке его имя стало синонимом блеска: например, красивейшую тропическую бабочку с ярко-золотистыми крыльями назвали Ornithoptera croesus в честь золотого царя.
Заключение.
Путь Крёза – от вершины богатства до потери всего – наглядно показал древним и потомкам, что неприступных высот для судьбы не существует. Его реальная биография, вплетённая в ткани мифов, дала миру образ царя, чья история богата золотом, но богаче мудростью. Легенда о Крёзе пережила века как предупреждение о гордыне и превратностях фортуны. До сих пор, вспоминая этого царя, люди повторяют урок Солона: истинное счастье и успех можно оценить лишь в свете прожитой жизни, и никакие сокровища не страхуют от ударов судьбы. Крёз, последний царь Лидии, стал бессмертным не столько благодаря золоту, сколько благодаря истории о том, как важно оставаться мудрым перед лицом испытаний – истории, которая по праву считается одной из величайших притч древности.