— Аня, ты записалась? Сегодня последний день, когда можно подать заявку на летние путевки в лагерь, — Катя оторвалась от кипы тетрадей и посмотрела на коллегу Елену Ивановну, заглянувшую в кабинет.
— Ох, совсем вылетело из головы, — Катя потянулась за телефоном. — Столько дел навалилось. Спасибо, что напомнила!
Когда Елена Ивановна вышла, Катя устало выдохнула. Тридцать тетрадей третьеклассников ждали проверки, а времени почти не осталось. Вечером нужно ехать к свекрови, которая опять «попросила» помочь с делами по дому. Точнее, не попросила, а сообщила через мужа, Сергея, что ждет ее.
Телефон завибрировал: сообщение от Сергея. «Не забудь купить маме средство для мытья посуды и хлеб, она сказала, что у нее закончился».
Катя отложила ручку и откинулась на стуле. Рабочий день в школе заканчивался в пять, значит, у нее час, чтобы заскочить в магазин и доехать. А потом — снова уборка, готовка, дела. Уже четвертый раз за последние три недели.
«Когда я успею проверить тетради?» — подумала она, но ответила коротко: «Ладно».
— Катюша, тут я хочу шторы перестирать, поможешь? — Галина Петровна встретила невестку с метлой в руках, едва та вошла в квартиру. — А то Сережа вечно занят, не доезжает до меня. И раковину надо бы отмыть, посмотри, какой налет...
Катя молча сняла куртку, переобулась в тапочки, которые свекровь держала для нее («чтоб пол не пачкать»), и прошла в кухню, оставив пакеты с покупками на столе.
— Здравствуйте, Галина Петровна. Я все купила, как вы просили.
— Молодец, милая, — бросила свекровь, даже не посмотрев на продукты. — Слушай, а в воскресенье не заскочишь пораньше? У меня гости будут, надо бы пирог испечь. Ты же умеешь эти... маффины?
Катя замерла. Воскресенье — ее единственный выходной, когда она хотела наконец отдохнуть и провести время с мужем.
— Галина Петровна, в воскресенье я не смогу. У меня дела.
— Какие дела? — свекровь нахмурилась. — Что важнее семьи?
— У меня проверка тетрадей, подготовка к урокам...
— Это подождет, — отмахнулась Галина Петровна. — Сережа! — крикнула она в сторону гостиной, где Сергей листал что-то в телефоне. — Скажи своей жене, что в воскресенье мне нужна помощь!
Сергей появился в дверях, глядя на жену с легким недоумением.
— Мам, что случилось?
— Да вот, Катя не хочет помочь в воскресенье. У меня подруги придут, хочу их угостить, а твоя жена занята.
Сергей посмотрел на Катю:
— Кать, ну что тебе стоит? Сделай маме приятно.
Катя сжала губы. Последние месяцы она только и делала, что старалась угодить свекрови: убирала, готовила, бегала по магазинам. С тех пор как Галина Петровна потянула ногу и месяц сидела дома, она будто решила, что невестка — ее личная помощница.
— Хорошо, — тихо сказала Катя. — Я приеду.
---
Звонок возвестил конец уроков. Третьеклассники с шумом собирали портфели, радуясь выходным.
— Не забудьте выучить стихотворение! — крикнула Катя, но ее голос утонул в детском гвалте.
Проводив учеников, она устало села за стол. Воскресенье, которое она хотела посвятить себе, превратилось в день помощи свекрови. И это после недели, когда она едва держалась на ногах от усталости.
— Екатерина Викторовна, вы с нами? — в дверях появилась Елена Ивановна. — Мы с коллегами в кафе собираемся, отметить выходные.
— Не получится, — вздохнула Катя. — Еду к свекрови готовить.
— Опять? — удивилась Елена Ивановна. — Ты же была у нее во вторник.
— И в прошлую субботу, — добавила Катя. — И в позапрошлое воскресенье.
— А муж что говорит?
— Поддерживает маму, — Катя начала собирать сумку. — Считает, что помогать родителям — это нормально.
— Помогать — да, — Елена Ивановна присела на парту. — А быть бесплатной уборщицей — нет. У нее что, своих рук нет?
— Есть, но... — Катя замялась. — После той травмы она привыкла, что я все делаю.
— А ты не пробовала сказать «нет»?
— Пробовала намекнуть, что у меня свои дела. Сергей потом неделю ходил обиженный, говорил, что я не уважаю его мать.
Елена Ивановна покачала головой:
— Девочка, ты так и будешь бегать между школой и свекровью? Ты же молодая, когда для себя жить будешь?
Этот вопрос не выходил у Кати из головы всю дорогу к Галине Петровне. «Когда я буду жить для себя?»
Три часа на кухне, замешивая тесто и взбивая крем для маффинов, Катя размышляла о своей жизни. Шесть лет назад, когда она выходила замуж за Сергея, все казалось светлым и простым. Они снимали маленькую квартиру, мечтали о своем доме, строили планы. Галина Петровна тогда держалась на расстоянии, лишь изредка критиковала «простую» невестку.
Позже, когда Сергей получил повышение, а Катя устроилась в престижную школу, отношения со свекровью стали мягче. Казалось, она приняла выбор сына. Но после той истории с ногой все изменилось. Свекровь будто решила, что невестка обязана ей подчиняться.
— Катюша, ты скоро? — Галина Петровна заглянула на кухню. — Подруги через час придут.
— Почти закончила, — ответила Катя, доставая противень из духовки.
— Отлично! И чай завари, ты знаешь, какой я люблю — с мятой.
Катя кивнула, чувствуя, как внутри закипает раздражение. Ни слова благодарности, только новые указания.
Когда пришли гости — три пожилые дамы с идеальным макияжем и дорогими брошами — Катя продолжала суетиться, накрывая на стол и разливая чай.
— Какая у тебя замечательная невестка, Галина, — заметила одна из подруг, глядя на Катю. — Такая помощница! Моя только раз в год заглядывает.
— Да, мне повезло, — с гордостью ответила свекровь. — Екатерина знает, как заботиться о семье.
Катя замерла с чайником в руках. Заботиться о семье? Это так называется?
— И готовит она чудесно, — продолжала Галина Петровна. — В прошлые выходные всю квартиру вычистила, а завтра обещала занавески постирать. Верно, Катюша?
Катя медленно повернулась:
— Простите?
— Ну, мы же договорились, что ты завтра приедешь занавески стирать, — невозмутимо сказала свекровь. — После зимы они такие пыльные.
— Мы не договаривались, — тихо возразила Катя.
— Как это? — Галина Петровна изобразила удивление. — Я Сереже говорила, он сказал, что вы приедете.
— Сергей мне ничего не говорил, — Катя почувствовала, как кровь приливает к лицу.
— Ну, забыл, наверное, — отмахнулась свекровь. — Ничего, теперь знаешь. Заодно и полки мои протрешь, я завтра с подругами в кафе иду.
---
Возвращаясь домой, Катя чувствовала, что внутри что-то оборвалось. Месяцы она терпела, улыбалась, делала вид, что ей не в тягость помогать свекрови. Но сегодня ее терпение лопнуло.
Сергей встретил ее в прихожей:
— Как прошло? Мама звонила, сказала, маффины всем понравились.
— Почему ты не сказал, что обещал ей, что мы завтра приедем стирать занавески? — вместо ответа спросила Катя.
Сергей замялся:
— Я... забыл. Мама упомянула, что занавески грязные, я сказал, что поможем.
— Мы? — Катя сняла ботинки. — Или я? Когда ты последний раз ездил к ней помогать?
— У меня работа, проекты...
— А у меня работы нет? — голос Кати задрожал. — У меня нет своих дел? Я, по-твоему, только и думаю, как услужить твоей маме?
— Кать, ну что ты завелась? — Сергей попытался обнять жену, но она отступила. — Подумаешь, занавески постирать. Час работы.
— Не час, а весь день! — Катя прошла в гостиную и села на диван. — В прошлый раз я семь часов убирала у твоей мамы. А до этого — пять часов готовила еду, которую она потом раздала подругам!
— Ну и что? Ей приятно угощать...
— Моим трудом! — Катя почувствовала, как слезы подступают, но сдержалась. — А сегодня она хвасталась подругам, какая у нее замечательная невестка, которая все для нее делает!
— Не преувеличивай, — нахмурился Сергей. — Мама просто тобой гордится.
— Она не гордится, Сергей. Она меня использует. И ты ей это позволяешь.
Сергей сел рядом и взял ее за руку:
— Кать, ну что тебе стоит? Мама уже не молодая, ей одной тяжело.
— Твоей маме пятьдесят девять, она руководит отделением в больнице и дважды в неделю ходит на йогу, — напомнила Катя. — Она не беспомощная старушка.
— Но она моя мама...
— А я твоя жена! — Катя выдернула руку. — И я не нанималась быть у нее домработницей!
— Что с тобой сегодня? — Сергей повысил голос. — Ты никогда так не говорила!
— Потому что я молчала! — Катя вскочила. — Все это время я ездила к твоей маме, делала все, что она скажет, жертвовала своим временем, сном, здоровьем. А в ответ — ни слова благодарности, только новые задания!
— Ты преувеличиваешь...
— Нет, Сергей. Я больше так не могу. Я не поеду к твоей маме. Хочешь помочь — езжай сам. Стирай, готовь, убирай. Или найми ей помощницу. Но я больше не буду.
Сергей вскочил:
— То есть ты отказываешься помогать моей семье?
— Твоя семья — это я! — воскликнула Катя. — А еще у твоей мамы есть дочь. Где Ольга? Почему она не помогает?
— У нее дети, она в другом городе...
— А у меня работа! У меня тридцать учеников, тетради, уроки. У меня своя жизнь!
Сергей покраснел:
— Значит, тебе плевать на мою маму?
— Нет, Сергей. Но я не позволю ей и дальше использовать меня. И тебе не позволю меня в это втягивать.
---
Утро было тяжелым. Сергей молча собирался, не глядя на жену. Катя тоже молчала, решив не начинать разговор первой. Вчерашняя ссора оставила осадок, но отступать она не собиралась.
Когда Сергей ушел, Катя выдохнула. Впервые за месяцы у нее был выходной без обязательств перед свекровью. Она могла делать что хотела.
Телефон зазвонил, когда она проверяла пятнадцатую тетрадь. На экране высветилось имя Галины Петровны.
Катя заколебалась, но ответила:
— Алло.
— Катя, ты когда приедешь? — без предисловий начала свекровь. — Я все приготовила: моющие средства, тряпки. Жду к обеду.
Катя глубоко вдохнула:
— Галина Петровна, я сегодня не приеду.
Повисла пауза.
— Как это — не приедешь? — наконец выдавила свекровь. — Мы же договорились. Занавески сами себя не постирают!
— Мы не договаривались, — твердо ответила Катя. — Сергей знает, что я не приеду. У меня работа.
— Работа? В выходной? — в голосе Галины Петровны послышалось раздражение. — Что за работа важнее, чем помочь матери?
— Я учитель, Галина Петровна. У меня тетради, уроки...
— Это можно потом сделать! А занавески надо сейчас стирать, пока солнце!
— Извините, но я не смогу, — Катя старалась говорить ровно. — Может, попросите Ольгу помочь? Она ведь ваша дочь.
— Ольгу? — свекровь фыркнула. — У нее дети, ей некогда. А ты что, такая занятая? Раньше помогала, а теперь отказываешься?
— Раньше я не хотела, — призналась Катя. — Но молчала, чтобы не обидеть вас и не расстроить Сергея.
— Вот оно как! — голос Галины Петровны задрожал. — Теперь ясно, какая ты. А я думала, у сына добрая жена. А ты...
— Галина Петровна, — перебила Катя, — я не против общаться или навещать вас. Но быть вашей домработницей я больше не хочу.
— Домработницей? — свекровь повысила голос. — Да как ты смеешь! Я к тебе как к дочери, а ты...
— Не как к дочери, — снова перебила Катя. — Если бы как к дочери, вы бы не заставляли меня убирать, готовить и не хвастались подругам, какая у вас удобная невестка.
— Что ты несешь? Я никогда...
— Давайте не будем спорить. Я решила. Если вам нужна помощь, наймите помощницу или попросите Сергея.
Катя услышала, как свекровь резко вдохнула, но вместо ответа раздались гудки. Галина Петровна бросила трубку.
Через минуту позвонил Сергей:
— Что ты сказала маме? Она в слезах!
— Я сказала, что не приеду стирать занавески, — спокойно ответила Катя. — И что не буду больше у нее на побегушках.
— Кать, ты понимаешь, что делаешь? Ты рушишь отношения с моей семьей!
— Нет, Сергей. Они рушатся потому, что твоя мама не уважает меня и мое время. И потому, что ты ей это позволяешь.
— Я еду к ней, — заявил Сергей. — Кто-то должен помочь.
— Правильно, — согласилась Катя. — Ты ее сын. Помоги.
---
Сергей вернулся поздно, усталый и молчаливый. Катя читала книгу, которую давно хотела открыть.
— Ну что, постирал занавески? — спросила она, не отрываясь от страниц.
— Постирал, — буркнул Сергей, идя на кухню. — И полы помыл. И еды наготовил.
— Как ощущения?
Сергей вернулся с кружкой:
— Устал. Не думал, что это так выматывает.
— А я каждые выходные это делала, — заметила Катя, закрывая книгу. — И после работы тоже.
Сергей сел напротив:
— Мама расстроена. Говорит, ты ее предала.
— Предала? — Катя усмехнулась. — Тем, что отказалась быть служанкой?
— Она видит это как неуважение.
— А мое время и силы — это не заслуживает уважения?
Сергей потер лоб:
— Не знаю, Кать. Мама всегда была... требовательной. Но ты раньше не жаловалась.
— Потому что терпела! — Катя подалась вперед. — Я не хотела ссор, не хотела тебя расстраивать. Но так больше нельзя. Я не домработница, я твоя жена и учитель.
— Понимаю, — вдруг сказал Сергей. — Сегодня, пока я убирал у мамы, я понял, каково тебе было.
Катя удивилась:
— Серьезно?
— Да, — Сергей отставил кружку. — Но что делать? Мама считает, что ты ее бросила.
— А я считаю, что она годами пользовалась моей добротой, — ответила Катя. — И даже спасибо не сказала.
— Она звонила Ольге, — продолжил Сергей. — Жаловалась на тебя. Ольга обещала приехать через неделю.
— Вот видишь? — Катя улыбнулась. — Ольга тоже может помогать. Почему раньше я одна все делала?
— Мама хочет, чтобы мы тоже приехали, — Сергей посмотрел на жену. — В следующую субботу.
Катя покачала головой:
— Сергей, я не поеду убираться. Хочешь навестить маму — пожалуйста. Но я не буду больше ее служанкой.
— А просто в гости? Посидеть, поговорить?
— В гости — с радостью, — кивнула Катя. — Но как гостья, а не работник. Без готовки и уборки.
Сергей задумался:
— Не уверен, что мама согласится...
— Это ее проблемы, — твердо сказала Катя. — Я свое решение приняла.
---
Неделя прошла в ожидании. Галина Петровна не звонила, но Сергей говорил с ней и с сестрой. Ольга приехала в пятницу и осталась у матери.
В субботу Катя и Сергей поехали к свекрови. Катя волновалась, но была готова стоять на своем.
Галина Петровна открыла дверь с натянутой улыбкой:
— А, пришли! Заходите. Оля уже тут, готовит ужин.
Катя заметила, что квартира сияет чистотой. На кухне хлопотала Ольга — высокая женщина, похожая на мать.
— Привет! — улыбнулась она. — Давно не виделись.
Катя кивнула. С золовкой они редко общались — Ольга жила в другом городе и приезжала раз в год.
За ужином говорили о пустяках: о знакомых, детях Ольги, работе. Галина Петровна была вежлива, но Катя видела, как она напрягается, встречаясь с ней взглядом.
— Екатерина, — наконец сказала свекровь, когда ужин заканчивался, — я слышала, у тебя ко мне какие-то претензии?
Катя отложила ложку:
— Не претензии, Галина Петровна. Я устала быть вашей бесплатной помощницей.
— Помощницей? — свекровь выпрямилась. — Я никогда тебя так не называла!
— Нет? — Катя посмотрела ей в глаза. — А как назвать то, что я полгода каждые выходные убираю, готовлю, стираю по вашим указаниям?
— Я просила помочь! — воскликнула Галина Петровна. — В нормальных семьях так делают!
— Помогать — да, — согласилась Катя. — Но не быть прислугой. Вы даже спасибо не сказали. Только новые задания.
Ольга внимательно слушала, глядя то на мать, то на невестку.
— Мам, — сказала она, — Катя права. Я вчера весь день убирала и готовила, чтобы сегодня было чисто. Это тяжело.
— Ты моя дочь! — возмутилась Галина Петровна. — Это твой долг!
— Я дочь, не прислуга, — спокойно ответила Ольга. — И Катя — жена твоего сына, а не домработница. Мам, ты правда не видишь, что перегибаешь?
Галина Петровна посмотрела на всех с недоумением:
— Вы сговорились? Я одна, мне тяжело все самой делать!
— Мам, — вмешался Сергей, — тебе пятьдесят девять, ты работаешь, ходишь на йогу. Ты можешь сама справляться. А если тяжело — найми помощницу.
— Что? — свекровь всплеснула руками. — Мне нанимать кого-то? Когда у меня есть сын и невестка?
— Мама, — Ольга коснулась ее руки, — времена изменились. Все работают, у всех свои дела. Невестка — не прислуга, которая должна бежать по первому зову.
— Я ничего такого не требовала! — Галина Петровна повысила голос. — Обычная помощь! А она, — она указала на Катю, — устроила скандал!
— Нет, Галина Петровна, — Катя покачала головой. — Я не против помогать. Но я против того, чтобы меня использовали.
— Использовали! — свекровь всплеснула руками. — Какие слова! В мое время невестки уважали свекровей, а сейчас...
— Мама, — твердо сказал Сергей, — я сам видел, сколько ты требовала от Кати. Я сам стирал эти занавески. Это тяжело.
— И ты против меня? — Галина Петровна выглядела потрясенной. — Мой сын?
— Я не против, — ответил Сергей. — Я за справедливость. Катя права — ты слишком много от нее хотела.
Галина Петровна поджала губы:
— Прекрасно. Я всю жизнь растила сына, а теперь останусь одна.
— Мама, никто тебя не бросает, — вздохнула Ольга. — Мы будем приезжать, помогать по важным делам. Но не каждые выходные с уборкой и готовкой.
— Что, мне самой все делать?
— Как делают миллионы людей, — кивнула Ольга. — Или найми помощницу. У тебя хорошая зарплата.
Галина Петровна молчала, глядя в сторону. Было ясно, что она не собирается уступать.
— Понятно, — наконец сказала она. — Не хотите помогать — не приезжайте. Справлюсь сама.
— Мама, не драматизируй, — Сергей покачал головой. — Мы не отказываемся приезжать. Мы отказываемся быть прислугой.
— Я поняла, — холодно ответила свекровь. — А теперь, если не возражаете, я устала. Хочу отдохнуть.
---
Домой ехали молча. Сергей хмуро смотрел на дорогу, Катя — в окно.
— Не думал, что так выйдет, — сказал Сергей, когда подъехали к дому. — Мама правда обиделась.
— Она не обиделась, — ответила Катя. — Она злится, что потеряла контроль. Что больше не может мной командовать.
— Все равно неприятно, — вздохнул он. — Она моя мать.
— И останется ею, — Катя коснулась его плеча. — Никто не говорит, что надо перестать общаться. Просто теперь это будет иначе.
Сергей припарковал машину:
— Думаешь, она одумается?
— Не знаю, — честно ответила Катя. — Но если нет — это ее выбор. Мы предложили компромисс: навещать, помогать по-человечески, но не быть на побегушках.
Дома Сергей включил чайник:
— Ольга сказала, что еще поговорит с ней перед отъездом. Может, ее послушает.
— Сомневаюсь, — Катя достала чашки. — Но было бы здорово.
— А если нет? — Сергей посмотрел на жену.
— Тогда будем жить с этим, — Катя пожала плечами. — Я не вернусь к прежнему, Сергей. Я слишком долго позволяла себя использовать.
Телефон Сергея зазвонил. Это была Ольга.
Разговор был коротким. Сергей больше слушал, лишь изредка говоря «да» и «понял». Когда он положил трубку, он выглядел усталым:
— Ольга уезжает завтра. Мама наотрез отказывается признавать, что была не права. Считает, что мы против нее.
— Как и ожидалось, — вздохнула Катя. — И что дальше?
— Ольга предлагает дать ей время. Может, через пару недель мама сама позвонит.
— А если нет?
— Тогда мы позвоним, — твердо сказал Сергей. — Она моя мать. Я не хочу рвать отношения, но и возвращаться к старому не буду. Ты права, Кать — то, как мама с тобой обращалась, было неправильно.
Катя обняла мужа:
— Спасибо, что поддержал меня. Это важно.
Сергей крепко обнял ее:
— Я должен был раньше это понять. Прости, что не видел, как тебе тяжело.
---
Прошел месяц. Галина Петровна не звонила, и Сергей сам набрал ее номер. Разговор был коротким и холодным, но она хотя бы спросила, как дела. О Кате — ни слова.
Через два месяца Ольга снова приехала по делам и зашла к брату. За ужином она рассказала, что мать наняла помощницу, которая приходит раз в неделю.
— Представляете? — усмехнулась Ольга. — Мама, которая всегда была против чужих в доме, теперь хвалит свою Светлану Ивановну. Говорит, она отлично убирает и готовит.
— А про нас что говорит? — спросил Сергей.
— Ничего хорошего, — Ольга отвела взгляд. — Считает, что вы ее бросили. Особенно на Катю злится.
— Я так и думала, — вздохнула Катя. — Я теперь враг.
— Дай ей время, — Ольга сжала ее руку. — Мама упрямая, но не глупая. Когда-нибудь поймет, что ошибалась.
Но месяцы шли, а Галина Петровна не меняла позиции. Сергей навещал ее один, возвращаясь все более мрачным. Свекровь не хотела мириться, требуя, чтобы Катя извинилась.
— Ни за что, — твердо отвечала Катя каждый раз. — Я не виновата и не буду просить прощения за то, что уважаю себя.
На вечеринке у общих знакомых они столкнулись. Галина Петровна, увидев Катю, демонстративно отвернулась и весь вечер игнорировала ее. Когда Катя все же подошла поздороваться, свекровь процедила:
— Здравствуй. Надеюсь, твоя гордость того стоила. Мой сын теперь сам не свой.
— Ваш сын грустит, потому что вы не хотите признать, что невестка — не прислуга, — тихо ответила Катя. — Я готова наладить отношения, Галина Петровна, но на равных.
— На твоих условиях? — свекровь скривилась. — Нет, спасибо. Лучше буду платить Светлане Ивановне, чем терпеть твое высокомерие.
Катя хотела ответить, но поняла, что это бесполезно. Галина Петровна видела себя жертвой, а Катю — неблагодарной.
— Как хотите, — сказала Катя и добавила: — Я не хотела быть вашим врагом. Я просто хотела уважения. Жаль, что вы этого не понимаете.
---
Прошел год. Отношения не наладились, но Катя привыкла. Сергей ездил к матери, иногда с Ольгой, когда та приезжала. Катя больше не посещала свекровь и не чувствовала вины.
— Может, попробуешь еще раз? — спросил как-то Сергей.
— Зачем? — удивилась Катя. — Чтобы снова услышать, какая я плохая?
— У мамы день рождения скоро... пойдем вместе?
Катя подумалась:
— Ладно, пойду. Но только как гостья. Если твоя мама начнет меня оскорблять, я уйду.
День рождения Галины Петровны прошел натянуто, но без скандалов. Свекровь была холодна с Катей, а та держалась достойно, игнорируя колкости.
Уходя, Галина Петровна вдруг сказала:
— В следующее воскресенье Светлана Ивановна не придет. У нее дела.
Катя напряглась, ожидая продолжения, но свекровь добавила:
— Сергей, не заедешь помочь с покупками?
— Конечно, мам, — кивнул Сергей.
На улице Катя удивилась:
— Она не попросила меня приехать. Только тебя.
— Прогресс? — улыбнулся Сергей.
— Может быть, — пожала плечами Катя. — По крайней мере, она больше не считает, что я должна все бросить и бежать.
— Это уже что-то, — Сергей обнял жену. — Дай ей время. Может, через год она признает, что ты была права.
— Сомневаюсь, — усмехнулась Катя. — Но я научилась с этим жить. Главное, что мы с тобой разобрались, и ты не заставляешь меня быть домработницей для твоей мамы.
— Никогда, — серьезно сказал Сергей. — Я понял свою ошибку.
Они шли домой, держась за руки. Катя чувствовала облегчение, что отстояла свои границы, даже ценой сложных отношений со свекровью. Она сделала все, чтобы сохранить уважение к себе, не жертвуя достоинством. А мнение Галины Петровны — ее личное дело. Некоторые люди не готовы меняться.
Катя больше не была ничьей домработницей. Она была собой — учительницей, женой, человеком с собственной жизнью. И это стоило всех трудностей.