Однажды мне купили очередной спортивный журнал, и я наткнулся на статью с названием «Когда мячи были большими, а Шава и Билл — маленькими». Это была статья о судьбах российских футболистов, тогда еще звезд европейских чемпионатов. Сегодня я решил вспомнить, что читал, кем восхищался в детстве, и что было за поколение игроков, которых мы до сих пор помним, как лучшее поколение футболистов России.
Парень, который обманул английский футбол
«Играть красиво — важнее, чем просто выигрывать». — А. Аршавин
Детство, где мяч важнее ботинок
Ленинград, 1980-е. Город, где в январе темнеет в три дня, а летом солнце встаёт раньше тебя. Среди дворов, облупленных фасадов и бесконечных «Жигулей» по улицам носится худенький пацан с хитрым прищуром и мячом, как будто приросшим к ноге. Это Андрей Аршавин.
Родился он 29 мая 1981 года — под знаком Близнецов, и, кажется, носил в себе двойственность: тихий в быту, но дерзкий на поле. Родители развелись, когда он был ещё дошкольником. Отец — бывший футболист-любитель, оставил Андрею фамилию, страсть к игре и, возможно, ген непредсказуемости. Мама тянула всё остальное: быт, и неуёмную веру в то, что из сына выйдет толк.
Школа — скорее помеха, чем цель. Мальчишка был умён, но непоседлив. Любил рисовать, мечтал стать дизайнером, но всё чаще выбирал гудящий школьный двор и битый «Чемпион» с облезлой кожей. Там и началась игра в футбол — без судей, с камнями вместо штанг, но с настоящими эмоциями.
Первая точка сборки: СДЮШОР «Смена»
В семь лет его отвели в школу «Смена». Там Аршавин впервые столкнулся с организованным футболом и жестокими рамками системы. Щуплый, ниже всех на голову, но с такой координацией, что казалось — он обманывает физику. Вячеслав Матвеев, первый тренер, говорил: «Он уже тогда видел поле на два хода вперёд».
Но путь не был прямым. В 16 лет Аршавин всерьёз задумался уйти из футбола — играл мало, взрослые не верили. Он даже подрабатывал развозчиком мебели, таскал тяжёлые тумбы, пока его сверстники уже выступали за молодёжку.
Один звонок изменил всё. «Зенит» предложил шанс. Маленький, но шанс.
Шанс в «Зените», и футбол без шаблонов
В 1999 году, когда Россия каталась по финансовым качелям, Аршавин дебютировал в основном составе «Зенита». Но по-настоящему раскрылся при Властимиле Петржеле — чеху, который понял: перед ним не просто атакующий полузащитник, а футбольный интеллектуал.
Аршавин — не бегун, не бомбардир, не танк. Он — дирижёр, фокусник, насмешник над защитниками.
К 2008 году он был не просто капитаном «Зенита». Он стал его синонимом. В том году клуб выиграл Кубок УЕФА — впервые в российской истории. Аршавин не забил в финале, но выдал игру уровня артхауса — дриблинг, пасы, игра в полноги. Футбол в его исполнении напоминал джаз: импровизация, свобода, стиль.
Лондонская опера: четыре ноты на «Энфилде»
В январе 2009-го Андрей оказался в «Арсенале». Его ждали — как культурного гостя с Востока, как представителя малоизвестной футбольной школы. Но он приехал не учиться, а учить.
И всего через пару месяцев написал свою главную английскую партитуру: четыре гола «Ливерпулю» на «Энфилде». Ни до, ни после — никто. Аршавин сделал это легко, с ухмылкой, как будто переигрывал старших на соседней коробке.
Англия восхищалась. Он стал героем таблоидов, фэшн-иконой, символом экзотики и футбольной дерзости. А ещё — любимцем Арсена Венгера, который в нём чувствовал родственную эстетику: ум, стиль и тонкость.
Нападающий без фокусов
«В футболе важна не только техника. Важно, насколько ты готов сражаться за каждый мяч». — П. Погребняк
Детство в Москве: мяч и красно-белые мечты
Павел Погребняк родился 8 ноября 1983 года в Москве — в столице, где футбол был в каждом дворе, и где мечты о «Спартаке» рождались ещё на советских турниках и разбитых коробках.
Семья у него была обычная. Отец — не звезда спорта, мать — не футбольная мама из шоу-бизнеса. Но один мяч всё изменил. Сначала — игры с братом Кириллом, затем — первые тренировки, и вот уже Павел в системе «Спартак-Орбита» — футбольной школе, где не уговаривают, а отсекают.
С юных лет он выделялся — не только ростом, но и характером. Он не был виртуозом, но брал другим: работоспособностью, мощным ударом, умением играть корпусом и не бояться контакта.
Спартаковская закалка
В юношеские годы Погребняк попал в академию московского «Спартака». Это было престижно — но и беспощадно. Конкуренция там, где по 50 парней на одну позицию. Павел пробился в дубль, получил шанс в основе, но закрепиться не смог. Тогдашний «Спартак» не верил в нападающих такого типа — массивных, таранных, «нехудожественных».
Начались аренды: «Балтика», «Химки», «Шинник». Где-то были голы, где-то — скамейка. Но Погребняк не ломался. Он рос как игрок — грубоватый, но эффективный. Учился держать мяч, цепляться, сражаться на втором этаже. И забивать.
Настоящим трамплином стала «Томь» — клуб из Сибири, где футбол жил без пафоса, но с душой. Там Погребняк раскрылся. Без давления столичных журналистов и с доверием тренера он начал забивать. Его 13 голов за сезон сделали своё дело — на него обратили внимание.
«Зенит»: брутальная атака и Кубок УЕФА
В 2006 году его подписал петербургский
«Зенит», где началась золотая глава. Сначала — адаптация, а потом — Погребняк стал основным нападающим команды Адвоката, выжимая максимум из каждой атаки.
Особенно он проявил себя в Кубке УЕФА 2007/08, где забил 10 голов, став одним из лучших бомбардиров турнира. Он пропустил финал из-за жёлтых карточек, но его вклад в победу был неоспорим. Этот «Зенит» навсегда вошёл в историю, а Погребняк — в пантеон клубных героев.
Европа и новая реальность
В 2009 году он уехал в «Штутгарт», где начал неплохо — сразу голы, физическая мощь, признание. Но Бундеслига — это не Россия. Там требовали больше движения, больше комбинаций, меньше паузы. Тем не менее, за два сезона Погребняк забил 15 голов в чемпионате, а в Лиге чемпионов не стушевался ни разу.
Настоящий всплеск случился в «Фулхэме». Англия встретила его скептично, но дебют был фееричным: 5 голов в первых 3 матчах. Газеты писали о «русском торнадо». Он доказал, что может играть в Премьер-лиге.
Затем был переход в «Рединг», где, увы, сказка закончилась. Команда вылетела, а Погребняк потерял стабильность. Зато осталась репутация — честного, мощного, неудобного нападающего.
Как пробить английский штиль
Он не был первым выбором, но забивал так, как будто другого шанса у него не будет. История русского «англичанина».
От простоты к удару
Роман Павлюченко родился 15 декабря 1981 года в городе Мостовской Краснодарского края, но всё его футбольное становление связано с Новочеркасском — южным, пыльным, провинциальным городом, где все знали друг друга, а футбол был больше, чем просто игра.
Его детство было без пафоса. Ни богатств, ни футбольной семьи — отец работал, мать занималась домом. Зато был характер: цепкий, упёртый и до безумия спортивный. В школу Романа провожали с бутсами в пакете и с возвращением под вечер, измазанным пылью с головы до ног. Мяч был в жизни первым увлечением — и остался главным.
В раннем возрасте он попал в местную спортивную школу «Дружба», где тренеры сразу заметили: у пацана — убийственный удар, взрывная скорость и, что редкость, – умение ждать момент. А потом резко врывался и решал.
Шаг за шагом: дебют в СКА и путь в «Ротор»
Юношеская карьера началась с ростовского СКА — клуба не из элиты, но с хорошей базой. Там Рома начал привыкать к взрослому футболу: грязным полям, жёстким подкатам, ветеранам, не прощающим дриблинг. В 1999 году его заметил волгоградский «Ротор», и началась его первая серьёзная попытка попасть в большой футбол.
Тогдашний «Ротор» ещё играл в Премьер-лиге. Павлюченко выходил на замены, учился, терял мяч, забивал, ошибался — и рос. Он не сразу стал звездой. Но он был готов ждать. Тренеры видели: с ним можно работать.
Взлёт со «Спартаком»
В 2003 году московский «Спартак» подписал Павлюченко. И с этого момента он стал не просто игроком, а фигурой. Красно-белые ждали нового героя — и Рома им стал.
Он был не всегда стабилен, но когда у него шло — забивал сериями. Простой, мощный, эффективный. Он мог весь матч теряться, а потом ударить с пол-оборота и забить.
В 2006 году стал лучшим бомбардиром чемпионата России. В 2007 — повторил это. Он шёл от игры к игре, не играя в «красивый футбол», но принося результат. И именно он вывел сборную на Евро-2008 — двумя голами в отборе со сборной Англии.
Евро-2008
До лета 2008-го Роман был просто спартаковским форвардом. После — национальным героем.
На Евро-2008 он был главной ударной силой сборной Хиддинка. Его голы Нидерландам, Швеции, работа в атаке, игра с флангов — всё это сделало его героем России. Он вошёл в символическую сборную турнира по версии УЕФА. И за ним выстроилась очередь европейских клубов.
«Super Pav»
В августе 2008 года он перешёл в «Тоттенхэм Хотспур» за €17 миллионов. Для тех лет — рекорд. В Англии ему не всегда доверяли, но он забивал: в первом же сезоне – 14 мячей.
Он был чужим для местных — с акцентом, с прямолинейным стилем, но забивал. Особенно в кубках. Фанаты прозвали его «Super Pav». Иногда он выходил и решал. Иногда — сидел. Но своё имя в истории клуба оставил.
Пожалуй, лучший момент — гол «Интеру» в Лиге чемпионов, когда весь «Уайт Харт Лейн» аплодировал стоя.
Тихий парень с блестящей левой
Он не кричал, не провоцировал, не играл на публику. Он просто делал своё дело — технично, точно, по-умному.
Сын футболиста
Динияр Билялетдинов родился 27 февраля 1985 года в Москве, в семье, где футбол был не хобби, а атмосферой. Его отец, Ринат Билялетдинов, сам играл профессионально, а потом стал тренером. Поэтому мяч в их доме не валялся в углу — он жил посреди кухни, как главный элемент интерьера.
Уже в пять лет Динияр вышел на поле. Сначала — во дворе, потом — в юношеских турнирах, где ему всегда приходилось быть умнее и быстрее: физически он не был «монстром», но брал интеллектом и техникой.
Он не был типичным «дворовым панком». Учился, уважал наставников, не искал коротких путей. Это — про него: спокойно, ровно, без выпендрежа — и с результатом.
Когда становишься «большим» по-настоящему
С 9 лет Билялетдинов попал в академию московского «Локомотива». Там было всё: снег на синтетике, тренировки в минус, жёсткие конкуренты, бег с резиновыми жгутами. Но именно здесь закалился его стиль: левша с отличным пасом, навесами и умением видеть поле.
Уже в 18 лет он дебютировал за основную команду. И сразу — в дело. Тогдашний «Локо» был командой-звездой: Лоськов, Сычёв, Измайлов. Но Билялетдинов не терялся. Он делал незаметную работу: создавал пространство, выверено бил, отдавал умнейшие передачи.
В 2004 году он стал чемпионом России с «Локомотивом», стал капитаном в юном возрасте, сыграл в Лиге чемпионов и закрепился в статусе одного из самых умных полузащитников страны.
«Left-footed Sniper»
В 2009 году, когда казалось, что Билялетдинов — это вечный «локомотивец», пришёл поворот: английский «Эвертон» купил его за почти €10 млн.
Переезд был неожиданным. Англия — это темп, борьба, удары. Но Билялетдинов начал неплохо. Уже в первом сезоне забил несколько эффектных голов, в том числе потрясающий мяч в ворота «МЮ». Его техника и дальние удары пришлись по вкусу болельщикам — и он получил прозвище «The Left-footed Sniper».
Но дальше — адаптация, лавка, конкуренция. Он не был типичным британским бойцом. Ему нужен был мяч, а не битва за каждый вынос. И хотя он провёл 59 матчей за «Эвертон», забил 9 голов, его европейская глава завершилась тише, чем начиналась.
Простой эпилог
Эти четыре российских игрока прошли сквозь мутные 90-е и шумные 2000-е, когда российский футбол только искал себя. И каждый из них, по-своему, нашёл путь в Европу. Там не всегда их ждали, не всегда ценили, но все они доказали: в России умеют делать футболистов, способных удивить весь мир.