Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Ужас-из-глубин

"Somnifex"

Глава 4. Часть 1: Настоящее пробуждение Тьма расступилась с громким щелчком, будто кто-то выключил проектор. Элиас дернулся всем телом, ощущая, как что-то плотное и липкое отлипает от его лица. Он сидел в кресле посреди знакомой лаборатории. На лбу — холодные датчики ЭЭГ, на руках — следы от медицинских зажимов. "Доктор Вейн? Вы слышите меня?" Перед ним стояла настоящая доктор Рейес — без той механической скованности, без черных трещин. Ее глаза были нормальными, усталыми, человеческими. "Что... какой сейчас день?" — голос Элиаса скрипел, будто не использовался неделями. "Пятнадцатое. Вы были в состоянии искусственно вызванного кататонического ступора почти 48 часов." Элиас посмотрел на свои руки — чистые, без трещин. Но когда он поднял взгляд на зеркало в углу лаборатории, то увидел: 1. Свое отражение, которое моргало с задержкой в секунду 2. На полу за ним — черную нить, медленно уползающую за шкаф 3. В углу зеркала — крошечную трещину в форме спирали "Мы были вынуждены прекратить эк

Глава 4. Часть 1: Настоящее пробуждение

Тьма расступилась с громким щелчком, будто кто-то выключил проектор.

Элиас дернулся всем телом, ощущая, как что-то плотное и липкое отлипает от его лица. Он сидел в кресле посреди знакомой лаборатории. На лбу — холодные датчики ЭЭГ, на руках — следы от медицинских зажимов.

"Доктор Вейн? Вы слышите меня?"

Перед ним стояла настоящая доктор Рейес — без той механической скованности, без черных трещин. Ее глаза были нормальными, усталыми, человеческими.

"Что... какой сейчас день?" — голос Элиаса скрипел, будто не использовался неделями.

"Пятнадцатое. Вы были в состоянии искусственно вызванного кататонического ступора почти 48 часов."

Элиас посмотрел на свои руки — чистые, без трещин. Но когда он поднял взгляд на зеркало в углу лаборатории, то увидел:

1. Свое отражение, которое моргало с задержкой в секунду

2. На полу за ним — черную нить, медленно уползающую за шкаф

3. В углу зеркала — крошечную трещину в форме спирали

"Мы были вынуждены прекратить эксперимент," — Рейес протянула ему стакан воды. "Ваши показатели ЭЭГ были... ненормальными. Как будто вы одновременно и спали, и бодрствовали."

Элиас взял стакан, но не пил. Вода была слишком прозрачной. Слишком неподвижной. Если приглядеться, на поверхности не было даже бликов.

"Где Хартман?" — спросил он внезапно.

Рейес нахмурилась. "Доктор Хартман уволился три месяца назад. После инцидента с субъектом 47."

На столе рядом лежал лабораторный журнал. Элиас потянулся к нему. Последняя запись гласила:

"День 14. Субъект 48 (Э.В.) демонстрирует уникальную реакцию. Мозг самостоятельно генерирует состояние, аналогичное Фазе Y, без потери сознания. Возможно, это и есть тот самый мост между..."

Дальше шли каракули, превращающиеся в черные спирали.

Внезапно в лаборатории погас свет. На долю секунды. Когда он вернулся, Рейес стояла ближе. На ее шее, под воротником халата, Элиас заметил начало черной линии.

"Вам нужно отдохнуть," — сказала она, неестественно растягивая слова. "Я провожу вас в палату."

Из динамиков раздался знакомый шепот:

"Она лжет. Ты все еще там."

Элиас встал, делая вид, что не слышит голос. Он знал правила теперь:

1. Не показывать, что видит трещины

2. Не смотреть в зеркала дольше трех секунд

3. Играть по их правилам... пока не найдет выход

Когда они вышли в коридор, Элиас заметил, что табличка на двери лаборатории изменилась. Теперь там значилось:

"Подвал №47".

А из-за угла доносилось шарканье капельницы.