"Somnifex"

Глава 2. Часть 1.

Белые стены палаты давили на Элиаса, словно снежный ком. Он сжал кулаки, ощущая под пальцами шершавую поверхность больничного одеяла. Доктор Рейес что-то говорила, но слова расплывались, как чернила в воде.

"Вы должны отдохнуть, доктор Вейн. Ваш организм перенес сильнейший стресс", - ее голос звучал неестественно четко, будто запись на повторяющемся треке.

Элиас поднял руку, прерывая поток слов. "Сколько... сколько я был без сознания?"

"Сорок семь часов", - ответила Рейес, поправляя очки. В линзах отражалось окно, но за ним не было видно неба - только белесая мгла.

Что-то в этом числе заставило его вздрогнуть. 47. Как номер субъекта Хартмана. Как последняя запись в его журнале.

Он резко повернулся к окну. "Какое сегодня число?"

"Пятнадцатое", - ответила врач, но ее губы шевельнулись на долю секунды позже, чем прозвучали слова.

Элиас почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он встал, игнорируя головокружение, и подошел к зеркалу. Его отражение повторяло движения, но... с едва заметной задержкой. Как будто между реальностью и зеркалом существовала незримая преграда.

"Доктор Рейес", - медленно произнес он, не отрывая глаз от зеркала, - "что случилось с моими записями? С моим исследованием?"

За его спиной раздался шорох. "Все материалы конфискованы. По распоряжению деканата". Ее голос внезапно изменился, стал глуше. "Вам не следует возвращаться в ту лабораторию, доктор Вейн. Особенно в подвал №14."

Элиас обернулся. Рейес стояла слишком близко. Ее глаза... зрачки были неестественно расширены, заполняя почти всю радужную оболочку. А из-под воротника халата виднелся край черной линии - точь-в-точь как трещины на его руках в том "сне".

"Вы все еще спите, доктор", - прошептала она, и в этот момент лампы в палате замигали.

При следующем всплеске света Рейес исчезла. На ее месте стояла тень с вытянутыми конечностями - один из Гипногригов. Его щелевидные глаза мерцали желтым светом.

"Ты думал, что проснулся?" - прошипело существо. "Ты просто перешел на следующий уровень. Здесь правила другие."

Элиас отпрянул к окну. За стеклом, в белесой мгле, проступили очертания. Огромное, во всю стену здания, зеркало. И в нем - силуэт в развевающемся плаще. Ноктюрн наблюдал за ним.

Гипногриг сделал шаг вперед. "Хочешь увидеть правду? Тогда смотри." Он указал длинным пальцем на больничную койку.

Элиас обернулся. На кровати... лежал он сам. С закрытыми глазами, с черными трещинами, расходящимися по лицу. А рядом, склонившись над спящим телом, стояли три фигуры в белых халатах. Их лица были скрыты хирургическими масками, но Элиас знал - за ними нет ничего. Пустота.

"Кто... что они делают?" - его голос сорвался.

Гипногриг засмеялся - звук, похожий на скрип пенопласта по стеклу. "Готовят тебя к вечному сну. Но ты можешь убежать. Если найдешь то, что спрятал Хартман."

Лампы погасли окончательно. В кромешной тьме Элиас услышал шепот: "Ищи дневник. В палате №47."

Когда свет вернулся, он был один. На полу у двери лежал больничный браслет. На нем выгравировано: "Субъект 48".