"Somnifex"

Глава 5. Часть 3: Лицо за белым шумом

Шаг вперед оказался падением сквозь слои реальности. Элиас проваливался сквозь черную сферу, ощущая, как его сознание растягивается на молекулы. Последнее, что он увидел перед тем, как зрение отказало — тысячи нитей, соединяющихся в его груди.

Пробуждение было резким и болезненным. Элиас лежал на холодном кафельном полу в помещении, напоминающем старую телестудию. Перед ним мерцал экран с белым шумом, заполнявший всю стену. Воздух пах статическим электричеством и чем-то органическим, словно под полом гнило мясо.

Он поднялся на ноги, отмечая странности:

- Тело двигалось с едва заметной задержкой

- Дыхание не оставляло следов на холодном воздухе

- Сердцебиение отсутствовало полностью

Из белого шума на экране начали проступать очертания. Сначала неясные, затем все четче. Комната, в которой он сейчас находился, была лишь одной из миллионов таких же, расположенных в гигантской сферической структуре. В центре...

Элиас прищурился. В центре конструкции находилось нечто, напоминающее человеческий мозг, но масштабов города. Его извилины пульсировали, испуская волны, которые заставляли дрожать все остальные комнаты.

"Это коллективное бессознательное," — раздался голос за спиной.

Элиас обернулся. В углу комнаты сидел Хартман, его зашитые веки теперь были покрыты черными трещинами. В руках он держал мозг — маленький, человеческий, пронизанный такими же нитями, что и паутина между снами.

"Ты нашел ядро. Место, где сходятся все сны. Где рождаются кошмары." Хартман протянул мозг. "Это твой. Последний фрагмент, который они еще не забрали."

Элиас взял мозг. Он был теплым и пульсировал в такт с гигантской структурой за экраном. При прикосновении в сознании вспыхнули воспоминания:

1. Лаборатория, но не его — кабинет XIX века, где мужчина в викторианском костюме вводил себе неизвестный препарат

2. Больничную палату 1970-х, где женщина с электрошокером приближалась к привязанному пациенту

3. Подземный бункер, где военные испытывали машину для лишения сна

"Все мы здесь," — прошептал Хартман. "Все, кто искал правду. Они называют нас субъектами. Но на самом деле мы — пища."

Экран внезапно погас. Когда свет вернулся, перед Элиасом стоял он сам — точная копия, но с пустыми глазницами, из которых струился черный дым.

"Ты дошел до конца," — сказал двойник. "Теперь выбор. Стать частью системы. Или..."

Двойник поднял руку и указал на трещину в стене — узкую, едва заметную щель, из которой сочился свет. Настоящий свет, не тот, что освещал эту искусственную реальность.

"Что там?" — спросил Элиас.

"То, что было до. Настоящее. Но если ты войдешь, то забудешь все. Забудешь нас. Забудешь механизм снов."

Из глубины комплекса донесся гул — что-то огромное пробуждалось. Пол задрожал.

"Он проснулся," — Хартман вскочил на ноги. "Решайся. Сейчас или никогда."

Элиас посмотрел на мозг в своих руках. Затем — на щель. Затем — на двойника.

Шаг вперед оказался самым легким движением за все время пребывания в этом мире.

Свет обжег глаза.

Тишина.

А потом...