Мои родители — представители той эпохи, когда эмоции считались слабостью, а отдых — роскошью. Слезы могли быть только на похоронах, усталость не признак организма, а повод работать еще больше, а просьба о помощи — почти преступление. Отдых? Только когда все дела сделаны, но по их опыту, дела никогда не бывают закончены.
Я впитала эти установки с детства. Работала на трех работах, спала по 4 часа, игнорировала сигналы тела, подавляя их сильнее с каждой болезненной попыткой. "Ты же крепкая — выдержишь", — повторяли они. И я терпела. До того рокового вторника.
В тот день в офисе мои руки вдруг перестали слушаться. Пальцы онемели, дыхание сбилось, перед глазами поплыли черные пятна. Коллеги потом рассказывали, что я кричала, но я не помнила ничего. Приехала скорая, меня увезли в больницу, где впервые за пять лет я увидела настоящий сон — 12 часов полной тишины и покоя, без звонков, долгов и вины. Врач поставил диагноз: острый невроз.
Когда я рассказала об этом дома, реакция была шокирующей.
Отец, словно цитируя свой словарь из прошлого:
«Что за безумие? Ты на работе устроила истерику! Теперь все будут смеяться! В наше время начальник мог и по лицу дать, а мы работали!»
Мать:
«Это не болезнь, а твоя распущенность! Мы тебя совсем не так воспитывали! Стыдно!»
Подводя итоги: 27 лет послушания, 15 лет без больничных, 1 кризис — и полный разрыв с родительской любовью.
Но вот что удивительно: через месяц после моего срыва что-то изменилось.
- Младшая сестра впервые попросила у родителей денег взаймы.
- Отец взял отпуск впервые за 12 лет.
- А мать... записалась к психологу.
Мой срыв стал тем разломом, через который в семью ворвалась правда. Теперь, когда отец начинает петь свою песню про «в наше время», я показываю ему фото из больницы. Не помогает — счёт за лечение. Не признаёт — сумму потерянной зарплаты.
Сейчас, спустя год:
- Я научилась говорить «нет» — родители недовольны.
- Регулярно хожу на терапию — соседки шепчутся.
- Позволяю себе болеть — и это настоящий бунт!
Самое сильное — недавно мать впервые за 30 лет заплакала при мне. Я не стала читать ей лекции, просто протянула салфетку. Может, и их однажды пробьет на эмоции — хотя бы на каплю человеческой мягкости.
Совет тем, у кого родители думают, что нервная система — это роскошь: когда слышите «В наше время…», отвечайте так: «В ваше время и водка дешевле была, и воздух чище. Хотите вернуться — вот билет в деревню и лопата. Нет? Тогда хватит об этом». Такой ответ действует чаще, чем вы думаете.