И снова здравствуйте! О возможном преображении Александра I.
Начало здесь
Направился в Сибирь под видом старца. Высокообразованный странник, одухотворенный и наполненный знаниями и владением иностранных языков, в надежде, что его никто не узнаёт.
Трудно судить о его выборе и помыслах, если это был действительно тот самый император.
Но то ли потому, что народ не хотел верить в нелепую смерть Алекса, то ли по какой-то другой причине, но молва шла впереди него, а он хранил тайну, что связывала его с памятью покойного Александра I.
В 1837 г. вместе с другими ссыльнопоселенцами бродяга был доставлен в Томскую губернию.
Он поселился неподалеку от Ачинска. Местные жители восхищались его величественным видом и высоким уровнем образования. Его обширные знания о жизни и быте царского двора вызывали удивление у современников.
Он часто рассказывал об Отечественной войне 1812 года и походе в Париж, но делал это с особым благоговением, а не для сплетен. По внешнему виду и возрасту он напоминал Александра I. У него были ласковые голубые глаза, аристократическое белое лицо с длинной седой бородой, и он носил белые одежды. Его благородные манеры речи и сходство Федора Кузьмича с Александром I заставляли людей видеть в нем императора.
Многие современники замечали, что старец вёл связь с Петербургом в виде переписки и желание современников донести до царской семьи весть о старце, но они странным образом не доходили до царского дворца.
20 января 1864 года в возрасте около 87 лет на лесной заимке близ Томска скончался старец Федор Кузьмич. Его похоронили на кладбище Богородице-Алексеевского мужского монастыря в Томске.
В келье старца всегда висел образ святого Александра Невского, и это совпадение не осталось незамеченным. Ведь Александр Первый получил это имя при крещении.
Могила Федора Кузьмича со временем превратилась в место паломничества. Здесь бывали и представители династии Романовых, в том числе наследник престола Николай II, который проезжал через Сибирь, направляясь в Японию.
Семья потомков фельдъегеря Маскова хранила предание, что в Петропавловской крепости в Петербурге, где с XVIII века хоронили русских императоров, на самом деле покоится их предок Масков, а не Александр I.
ЗАЧЕМ СБЕЖАЛ ПОБЕДИТЕЛЬ НАПОЛЕОНА
Создатель судеб Европы так странно покинул престол, инсценировав свою смерть, зачем?
Этот вопрос волнует тех, кто не хочет верить в нелепую и неожиданную смерть благородного императора, желавшего всю свою власть направить на улучшение жизни простого народа.
Это остается и, наверное, останется загадкой прошедшего века. До тех пор, пока не проведётся эксгумация тела, захороненного в Петродворце.
Только вот с этим тоже проблема, есть предположения, возможно, факты, будто во время ВОВ большевики открывали усыпальницу Александра, но тела там не оказалось. И опять же версии разнятся.
Почему же всё-таки так относительно поставленного выше вопроса?
Разберёмся в обстоятельствах
Для этого нужно окунуться в общественную жизнь России и Европы первой четверти XIX века.
Александр ощущал тяжкий грех отцеубийства. Убили императора Павла I в ночь на 11 марта 1801 года, и Александр был косвенным участником, он знал о планах заговорщиков и помешал! Всю сознательную жизнь винил себя за это и нёс тяжкий крест.
Ощущение расплаты тяготило и окрашивало его жизнь в роковые и печальные тона. Он был склонен к фатализму и готовил себя к судьбоносному ответу. Не отрекался от мистических взглядов, и его преследовало невыносимое чувство страха.
По свидетельству приближенных и друзей государя, Александр первый постоянно прокручивал в голове мрачные воспоминания о судьбе деда Петра III, убитого в заговоре, и погибшего отца, которых устранили могущественные дворянские династии, близкие к трону.
С самого детства и юности братья Александр и Константин думали об отречении от престола, опасаясь за свою жизнь.
Александр не имел сыновей, и тут по этой линии династия на трон прервалась. Старший брат Константин, женившись на польской графине Иоганне Грудзинской, не принадлежавшей к царской семье, тем самым отказался от прав на престол и подтвердил свой отказ письмом к Александру.
Ох, не проста ноша наследников престола.
Александр I во время своего 24-летнего царствования не раз говорил о намерении оставить трон.
Об этом есть множество свидетельств, и часто в правительственных кругах возникали идеи о насильственном свержении императора. Он об этом хорошо.
Первые разговоры о дворцовом перевороте начались в 1807 году после Тильзитского мира, унизительного для России, со сменой власти в пользу сестры Александра Екатерины Павловны.
В 1817–1818 годах на совещаниях декабристского общества «Союз спасения» обсуждали убийство царя как условие свержения самодержавия, одним из членов общества был П.П. Лопухин, флигель-адъютант Александра.
Писал Пушкин: «…Якушкин обнажал цареубийственный кинжал».
Александр всё знал.
Известно, что Александр I давно мечтал о введении конституции и отмене крепостного права в России, еще до восстания декабристов.
Его соратники разрабатывали соответствующие законы тайно. Экспериментальной площадкой стала Финляндия, которую он завоевал у шведов. Там он ввел самоуправление и отменил крепостное право. То же самое он сделал в Прибалтике. Но в России осуществить свои планы не смог. Дворянство сопротивлялось слишком сильно. Кроме того, Александр глубоко разочаровался в своих бывших союзниках по борьбе с Наполеоном — Австрии и Англии, которые вступили в сговор против России и предали его.
К тому же нападение французов и пожар в Москве сильно задели и пошатнули его, и он, как любой простой человек, считал это карой за свои грехи.
После Отечественной войны
Постепенно после Отечественной войны Александр сильно повернулся к религии. Он часто беседовал с европейскими и русскими «пророками». Он взял под покровительство русское Библейское общество и прислушивался к религиозным наставлениям архимандрита Фотия.
Может, отсюда началось перерождение Александра в старца Федора Кузьмича…
В 1818 году он признался: «Обратившись к религии, я обрел то спокойствие и душевный мир, который не променяю ни на какие земные блага!»
В 1818 его преследовала череда непредсказуемых печальных событий, что потрясли Александра.
В декабре 1818 года от простуды умерла любимая сестра императора Екатерина Павловна. Затем пожар в его Царскосельском дворце и знаменитое ноябрьское наводнение в Петербурге 1824 года. Климатическая катастрофа обернулась сильным морозом и унесла много жизней.
Император говорил:
«Вы знаете уже о печальных происшествиях 7 ноября. Погибших много, несчастных и страдающих еще более! Мой долг быть на месте: всякое удаление причту себе в вину. Вам нетрудно представить себе грусть мою. Воля Божия: нам остается преклонить главу перед нею».
Еще одно событие, подкосившее его более чем другие. В 16 лет умерла любимая дочь Софья, единственный оставшийся в живых ребенок от связи с М.А. Нарышкиной.
Две дочери от супруги Елизаветы Алексеевны — Машенька и Лиза — умерли в раннем детстве в 1800 году и в 1808-м.
Что также неприятно для человека с тонкой душевной организацией, в Петербурге начали ходить слухи о загадочном происхождении отца Александра — Павла I.
Слухи о том, что его подменили в младенчестве или у него был брат-двойняшка, которого отправили в неизвестном направлении. И теперь он живет в Сибири, зовут его Афанасий Петрович, и выдает себя за дядю Александра.
Опять Сибирь! Не случайно ли?
Это события уже 1822–1823 гг. сильно повлияли на мировоззрение Александра, что повлияло на само заточение или изоляции от общения и людей. Он часто ездит по самым дальним уголкам России.
Александр, к тому же чувствовал вину перед народом, так и те не получившим долгожданной свободы.
Встречи с крестьянами, казаками, военными поселенцами, рабочими рудников, даже арестантами вгоняли его в уныние, и впечатления от встреч были тяжелыми.
Стоит ли сейчас спорить о его загадочной судьбе?
Ведь это события давно минувших дней… Сериал «Александр I» навеял подобные и вскрыл прежние загадки.
Ведь если мы признаем, что император и сибирский старец – один и тот же человек, мы сможем по-новому оценить первую четверть XIX века в истории России и Европы.
Андрей Николаевич Сахаров, 85 лет. Человек, который можно сказать посвятил этому исследованию свою жизнь.
Доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент РАН и Союза писателей России. Возглавлял Институт российской истории РАН 17 лет. Автор около 300 научных работ и множества учебников истории России для школ и вузов.
Ещё один человек, который занимался данным вопросом, — Лариса Дрыгваль. Это эксперт-графолог. Кандидат психологических наук, руководитель Центра изучения почерка московского представительства Института графоанализа Инессы Гольдберг (Израиль).
К каким выводам пришла и чем делилась в итоге проведенной экспертизы в 1988 году.
Сибирская научно-исследовательская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции России по просьбе томских писателей провела почерковедческую экспертизу рукописей Федора Кузьмича и Александра I.
Графологическая экспертиза почерка позволяет определить темперамент и черты характера исследуемых текстов.
Дрыгваль проводила такую экспертизу по просьбе телекомпании РЕН-ТВ, снимавшей документальный фильм о загадочной смерти императора.
Ей были предоставлены копии рукописей царя и старца. Почерк показал сходство, из него следует, что и в одном, и в другом случае это человек, имеющий схожий темперамент, мировоззрение и жизненные приоритеты.
В подтверждение чего президент Русского графологического общества Светлана Семенова заявила в Томске, что, по ее мнению, царь и старец — один и тот же человек.
Однако основополагающей и окончательной точкой в этом вопросе может быть идентификация генетического материала.
Эдвард Радзинский, известный писатель и телеведущий, предлагал в своё вскрыть гробницу Александра I.
Но директор Государственного архива России Сергей Мироненко сказал, что этого не будет из-за сложности вскрытия погребальной камеры в Петропавловском соборе.
Только экспертиза, проведенная в соответствии с российским законодательством, имеет юридическую силу.
Александр Первый умер в Таганроге 19 ноября 1825 года. Этот факт подтвержден документами. Остальное — красивая легенда, лишенная доказательств, в которую хотелось бы верить, но воспринимать её, как конечную истину, не стоит.