Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Наталья Свиридова

И только портрет деда - в рамке

В нашей семье снимок деда моего супруга ветерана Великой Отечественной войны Степана Захаровича Аношко единственный имеет портретную рамку. В основном вся память - в небольшом фотоальбоме да на рабочем столе ноутбука и в телефоне. Современная действительность...  А Степан Захарович, конечно, герой для нас. Он прошел всю войну, служил, как говорит внук, на морском флоте. Черноморцы одними из первых вступили в Великую Отечественную войну. Полагаясь на внезапность, под покровом ночи 22 июня 1941 года вражеская авиация нанесла массированный авиаудар по главной базе флота – Севастополю. Но надежды немцев застать врасплох наших моряков не оправдались. Данные о дедушке, наверное, засекречены, найти что-то конкретное мы не можем уже много лет. Но военные снимки, которых тоже совсем немного, говорят о том, что награды у него были высокие. Их у нас, к сожалению, тоже нет. Знаем лишь, что орден Красной Звезды был. Дочка нашего дедушки рассказывает, что после войны к медалям и орденам отца,

В нашей семье снимок деда моего супруга ветерана Великой Отечественной войны Степана Захаровича Аношко единственный имеет портретную рамку.

Наш дед - Степан Захарович Аношко, - ветеран Великой Отечественной войны.
Наш дед - Степан Захарович Аношко, - ветеран Великой Отечественной войны.

В основном вся память - в небольшом фотоальбоме да на рабочем столе ноутбука и в телефоне. Современная действительность... 

А Степан Захарович, конечно, герой для нас. Он прошел всю войну, служил, как говорит внук, на морском флоте. Черноморцы одними из первых вступили в Великую Отечественную войну. Полагаясь на внезапность, под покровом ночи 22 июня 1941 года вражеская авиация нанесла массированный авиаудар по главной базе флота – Севастополю. Но надежды немцев застать врасплох наших моряков не оправдались.

Данные о дедушке, наверное, засекречены, найти что-то конкретное мы не можем уже много лет. Но военные снимки, которых тоже совсем немного, говорят о том, что награды у него были высокие. Их у нас, к сожалению, тоже нет. Знаем лишь, что орден Красной Звезды был.

Дочка нашего дедушки рассказывает, что после войны к медалям и орденам отца, да и других ветеранов, так трепетно, как сейчас, не относились, не хранили в коробочках. Дети, и она в том числе, часто играли с ними, девочки, наряжаясь, цепляли на платья. Мирное время внесло и тогда свои коррективы… 

А муж вспоминает, что дед хотел отправить его учиться в Суворовское. Дедушка умер, когда Алешке было лет пять. Мечта ветерана осталась бы мечтой. Но внук много лет спустя все-таки поступил в морское училище, может быть, и потому, что дед очень хотел «сделать из него человека»…

Каждый год мы принимали участие в шествии Бессмертного полка. Внук несёт портрет деда. На фото ветеран в послевоенное время. На нём Степан Захарович даже помладше, чем сейчас мой супруг. А дед к тому времени уже прошел войну. Тяжелое время выпало на долю наших ветеранов, которых мы помним и неустанно будем благодарить. И чтобы сегодня не говорил Запад и его прислужники, нет такой силы, которая бы могла обнулить подвиг советских солдат, наших дедов и прадед. А ребята, военнослужащие России, которые отдают жизнь за мир сегодняшний, только подтверждают это.

Материал опубликован в рамках проекта «Архивы памяти 1941-1945».