Ну вот и случилось то, чего она и хотела, и вместе с тем боялась одновременно.
А ведь вроде только вчера всё только начиналось.
Ещё маленькой Нина любила играть в доктора и мечтала выучиться на врача. Своим дворовым друзьям она без боли вытаскивала занозы и только ей соседский Ванька позволял мазать коленки зелёнкой.
Ванька был её лучший друг, он гонял на огромном велике своего старшего брата Никиты и красовался перед Ниной. Однажды упал в канаву с крапивой, но тут же вскочил и сделал вид, что ему совсем не больно, хотя крапива его знатно обстрекала.
Перед Ниной Ваня всегда хотел выглядеть героем. Но коленки разбивал часто. Для своей синеглазой подружки Ванька был готов на всё.
Он даже лазил за сиренью во двор сварливой Антонины Егоровны, которую боялись и взрослые мужики. Сирень у неё была особенная, махровая, лилово-пурпурная и душистая до умопомрачения.
Первый раз Ваня наломал ей сирени, когда им было десять лет. И не выдержал, когда лез обратно потерял равновесие, свалился с забора, и ковылял с разбитой коленкой под крики и ругательства бабы Тони.
- Держи, это тебе, ты самая красивая! - гордо сунул Ваня обалдевшей Нине ветки сирени.
А она ахнула, - Да как же ты домой пойдёшь?
Вид у Ваньки был и правда не очень, на ноге царапина, он за гвоздь в заборе зацепился. Коленка разбита и синяк уже наливался, а рубаха грязная и пуговицы с "мясом" оторваны!
Нина вдохнула аромат сирени, ей ещё никто не дарил цветы и не жертвовал собой ради неё так, как Ваня.
Она прямо как взрослая!
- Ну идём, горе ты моё, сейчас только сирень в банку с водой поставлю, - сказала вздохнув Нина, такими словами обычно мама её встречала отца с грязной работы. Помогала стащить сапоги и спецовку и вела его умываться.
Так и Нина повела Ваню, но сначала налила воды в банку и поставила сирень на стол. Комната тут же наполнилась нежным ароматом, а Нина налила воды в миску, обмыла другу царапины и коленку, обсушила и щедро смазала зелёнкой.
Ванька всё терпел, а Нина дула что есть силы на его болячки, раздувая щеки, чтобы было не больно, да так, что Ваня аж рассмеялся,
- Ты потешная такая, а всё равно красивая...
Когда он уходил служить, то еле дотащил ей огромную охапку сирени. Поцеловал Нину нежно, и спросил, - Ждать хоть будешь? Ты учись, пока я служу и жди, жди меня, - шептал ей Ваня.
И Нина ждала, она тогда только в медучилище поступила, а потом она на врача пойдёт, мечта у неё такая.
Она ждала, но потом Ваня написал, что надо ещё подождать, и Нина понимала, в чём дело. Старший брат Вани Никита намекнул, что брат в горячей точке. И Нина ждала и верила.
Но Ваня так не вернулся и с тех пор больше никто не дарил ей охапки сирени.
Нина же совсем сникла, ей жить не хотелось без Ванечки. Она с ужасом представляла, как тяжко было ему там без неё. Стали известны подробности, Ваня не выжил после тяжёлого ранения, и Нина корила себя, что не была рядом, она бы выходила его обязательно, спасла его, отдала бы ему свои силы. Но теперь поздно думать об этом, поздно...
После училища дальше учиться Нина не пошла, ей уже не хотелось быть хирургом и причинять боль, даже если это и во благо.
Она пошла медсестричкой и неистово выхаживала самых тяжелых больных, словно каждый раз видя в них Ванечку.
Замуж Нина очень долго не выходила, вышла уже под сорок за одного из своих подопечных, Василий был на пятнадцать лет её старше, смеялся,
- Для себя выхаживала, золотко ты моё, спасительница моя, жёнушка ненаглядная.
Они мечтали о детях, но видно не судьба, выкидыш на позднем сроке, почти шесть месяцев, мальчоночка, сыночек её, она хотела Ванечкой его назвать, но он не выжил...
И вот ей уже и шестьдесят три, на пенсию вчера проводили. Говорят радоваться надо, а у Нины Георгиевны слёзы на глазах, не знает она, как жить ей дальше...
Послышался шум мотора и у её калитки остановился большой внедорожник, из него вышел незнакомый мужчина и спросил,
- Здравствуйте, а верно мне сказали, что здесь Нина Георгиевна Светлова живёт?
- Это я, - улыбнулась Нина Георгиевна, вглядываясь - вроде она его видела где-то?
Мужчина очень обрадовался,
- Как хорошо, что я вас нашёл, добрый день, Нина Георгиевна, я Максим, сын вашего пациента Николая Ивановича, вы моего отца выходили. Приехал в больницу, а мне сказали, что вас на пенсию проводили. Но я вас разыскал, сказали, что у вас сегодня день рождения и мы с сыном с подарками приехали!
Нина Георгиевна от неожиданности не знала, что и сказать. А Максим достал с заднего сиденья пышный букет сирени, заметил её удивлённый взгляд и пояснил,
- Это мы у железнодорожной станции у какой-то бабушки всё, что было, купили. Уж очень Ваньке моему эта сирень понравилась, смотрите какая необычная, лилово красная, махровая, а пахнет как! А ещё мы вам подарки привезли, ну-ка Ваня помогай.
Она оглянулась и ахнула - мальчик лет десяти еле тащил ей охапку сирени, а у Нины Георгиевны просто ноги подогнулись от происходящего. Она только и смогла сказать дрожащим голосом, Ванечка, да как же это... сирень такая же и ты, Ванечка...
Мальчишка покраснел и смутился, напугала парнишку, и Нина Георгиевна тут же улыбнулась и позвала мужа,
- Вася, иди скорее, гости у нас!
Василий тяжело вышел на крыльцо, у него ноги болят, но он держится. А Максим достал из багажника большую коробку и сам занёс к ним на терраску.
- Это подарок от всех, кому вы выжить помогли, выходили, как моего отца, и не возражайте, у вас ведь день рождения сегодня!
И не дав ничего больше сказать, Максим стал распаковывать огромный телевизор.
- Мы с сыном решили, если вы не против, приезжать к вам иногда будем, если пустите, - заявил Максим, когда вместо старого пузатого телевизора Нине Георгиевне с мужем установили новый.
- Да неудобно как-то, спасибо, но я таких подарков ведь не заслужила, - пыталась сказать Нина Георгиевна. Но Максим достал торт и улыбнулся, - Может чаем напоите, а Ванька пусть пока во дворе листья старые сгребёт в кучку. Он помогать рвался, я это приветствую, мы и дальше вам будем помогать.
- Максим, да как же, это ведь дорого очень, - не могла никак успокоиться Нина Георгиевна, но Максим её обнял,
- Я не бедный человек, а вы столько жизней спасли, что мы все вам должны. Знаете, это ведь большая редкость - такие люди, как вы. Вот бывает вроде и поводов нет радоваться, всё болит или на работе всё наперекосяк. И годы идут, и сил становится меньше, и денег не хватает. А встретишь такого человека, как вы, Нина Георгиевна, и без всякого повода силы приходят. И уже и не болит ничего, всё становится светлым. И понимаешь, что это благодать какая-то, потому что вы рядом! Вы для многих людей как талисман доброты, с вами люди выздоравливают и к жизни возвращаются. У друга моего отца после операции тяжелое состояние, мы вас очень просим, можно я вас к нему свожу...
Нина Георгиевна снова при деле, не дали ей на пенсии загрустить. Максим сам возит её к тем, кому может помочь только светлое добро Нины Георгиевны и её сострадание.
Ведь она для многих - талисман доброты, и в этом вся её жизнь.