Вы когда-нибудь пытались разобраться в индийской философии? Первое с чем сталкивается человек, который решит это сделать, будет сложность терминологии. Которая совсем отличается от европейской философской системы понятий. Давайте поговорим об одном из этих понятий и попробуем разобраться, что лежит за ним.
Я хочу поговорить о понятие «майи» — одном из самых загадочных, обсуждаемых и при этом недосягаемо тонких понятий в индийской философской традиции. Это понятие встречается в различных текстах, его можно встретить в различных храмовых, и не только, образах, ритуалах. Оно является основополагающим понятием в рамках внутренних практик как индуизма, так и некоторых школ буддизма и джайнизма. И майя суть не просто «иллюзия бытия», как принято её упрощено толковать. Майя есть сила и завеса, проявление и энергия, это нечто тайное, охраняющее врата к освобождению.
Вообще, слово «майя» происходит от санскритского корня «ma-», что означает «измерять, ограничивать, формировать». Изначально в «Ригведе» (одном из древнейших текстов человечества) оно использовалось в значении некой чудесной силы, присущей богам, особенно таким как Индра и Варуна. Майя — это способность творить, создавать из непроявленного, проявленное.
В этом смысле, майя была не отрицательной, разрушающей, а созидающей силой, символом власти и могущества.
В «Упанишадах» (приблизительно 800–500 гг. до н. э.) произошёл сдвиг в понимании этого термина: майя начинает осмысляться как нечто, отделяющее нас от истинной реальности — Брахмана.
Уточним несколько понятий: брахман — это единая, вечная, безличностная реальность, лежащая в основе всего. Атман — это внутреннее «я» человека, его подлинная природа. Майя же — это то, что заставляет человека отождествлять себя с телом, разумом, эго, а не с Атманом.
Таким образом, майя становится не просто силой, а стеной, иллюзорной стеной между Атманом и Брахманом, она создает ощущение дуальности, времени, пространства и всего «другого».
Наиболее известное и систематическое объяснение майи мы находим у Шанкары (8 век), крупнейшего представителя школы Адвайты Веданты. Он утверждал что Брахман — это наша единственная реальность, а мир, который мы воспринимаем, — нереален в абсолютном смысле, он реален только относительно. Майя же тут, — это энергия, создающая видимость множественности и изменений этого относительного мира.
Короче говоря, Шанкара описывал мир как нечто, что не является ни полностью реальным, ни полностью ирреальным. Мир, в таком случае, можно сравнить со сном или миражем в пустыне. Согласитесь, что даже это понимание делает майю достаточно сложным абстрактным понятием.
Пример из Адвайты:
Канат в темноте может показаться змеёй. Пока нет света, змея кажется реальной. Свет — это знание, которое рассеивает майю.
В тантрической философии и традициях, посвящённых Божественной Матери (Шакти), майя не воспринимается как негативное или вводящее в заблуждение явление. Наоборот, Майя тут — это сама Шакти, то есть творческая сила Бога. И если мир — это проявление Божественного, то он не является ни ошибочным, ни обманчивым. Просто этот мир суть «лила», игра Бога, в которой он «прячется» от самого себя, чтобы обрести себя заново.
Такой взгляд ближе к религиозному пантеизму, имли даже монизму: мир не отвергается как иллюзия, а рассматривается как божественное развлечение, игра, цель которого: самопознание божественного начала.
В буддизме тоже можно встретить данное понятие, хотя буддизм и не всегда использует термин «майя», однако сама идея иллюзорности воспринимаемого мира, так или иначе, лежит в его основе. Вот пара понятий которые имеют близкие значения:
- Анитья — всё в мире непостоянно;
- Дуккха — всё страдает;
- Анатта — нет никакого неизменного «я»;
- Шуньята (пустотность) — все явления лишены самосущности.
Буддизм утверждает, что наш опыт обусловлен иллюзиями с которыми мы имеем дело каждый день: со снами, отражениями и миражами. Практика буддизма направлена на разрушение этих цепочек восприятия и, как следствие, освобождение от заблуждений.
Вообще всё учения появившиеся в Индии, ставят себе целью достижение мокшы, или освобождения от круговорота рождений и смертей («самсары»). Пока человек находится под властью майи, он:
- Идентифицирует себя с телом, эго, социальными ролями.
- Стремится к объектам желаний, веря, что они принесут счастье.
- Страдает от страха, привязанности, гнева, невежества.
Только через глубинное знание (джняна) или преданность (бхакти) возможно «пробуждение» от майи и возвращение к своей подлинной природе.
У каждого, кто столкнулся с этой философией может появиться вопрос: если майя — это ложь, то зачем вообще она существует? Философы Адвайты дают парадоксальные ответы:
- Майя необходима, поскольку без неё не было бы ни мира, ни стремления к истине, ни возможности какого-либо познания.
- Майя — как зеркало и в нём можно увидеть иллюзию, но именно оно помогает осознать, кто ты на самом деле.
- Через майю мы можем достичь Брахмана.
Сегодня понятие о майе трактуется не только как философская идея, но и как метафора некоей психологической или социальной иллюзии. Современные мыслители и гуру интерпретируют майю как:
- Иллюзию эго и образа "я".
- Иллюзию материального успеха как цели жизни.
- Иллюзию контроля, которую мы создаём вокруг себя.
- Иллюзию «внешнего счастья», которое ускользает.
Психологи, особенно в трансперсональной и интегральной психологии, используют понятие майи для обозначения «фальшивых я», то есть наших социальных масок, а также различных коллективных заблуждений.
В заключение скажем, что майя — это одновременно и враг, и союзник. Она — причина страданий, однако и дверь к освобождению. Она неотделима от нашего опыта существования. Без неё не было бы ни поиска, ни истины, ни желания познать себя.