– Многие специалисты считают, что после возвращения российского биатлона на мировой уровень спад неизбежен. Вы следите за Кубком мира. Насколько уровень этих соревнований вырос в сравнении с 2022 годом?
– Конечно, это все чисто догадки, но, на мой взгляд, есть предел человеческих возможностей. В разные периоды времени доминировали разные спортсмены: Уле Эйнар Бьорндален, Мартен Фуркад и Йоханнес Бо. Далеко не факт, что тот же Йоханнес по своим физическим данным превосходил Бьорндалена, но за счет новшеств и развития технологий скорости с каждым годом становились все выше.
С 2022 года там остались практически те же люди. Не считаю, что они могли сделать какой-то шаг на минуту вперед в функциональном плане. Мы также тренируемся и работаем. Если брать стрелковый компонент, где все говорят, что мы уступаем, они сравнивают нас с лидерами.
У женщин это Жюлия Симон, у мужчин — Мартин Ульдал. Все сравнивают нас с их рекордными рубежами, но если посмотреть на общую картину, то уровень Стурлы Лагрейда и Йоханнеса Бо вполне достижим для нас. Считаю, что все мы узнаем только тогда, когда вернемся, но не думаю, что мы сильно отстаем в функциональном плане.
Возможно, у нас возникнут проблемы с адаптацией к инвентарю. Там работают без фтора и больше возможностей у сервис-групп пробовать варианты на теплую погоду. Снег действительно разный. Когда мы выступали раньше на Кубке мира, считали, что у нас хорошие лыжи для Европы, но потом переезжали в Россию, и эти лыжи оказывались далеко не лучшими.
Это может стать серьезным фактором так же, как оружие и патроны. Инвентарь, возможно, первое время будет для нас сдерживающим фактором, – сказал бронзовый призер Олимпиады-2022 в эстафете Халили.
