На этот раз всё было против Ланы.
И ветер с утра был неправильный, и солнце светило как-то мимо, и даже крики воробьёв звучали издевательски. Всё шло наперекосяк с того самого момента, как её — Лану! — привязали на поводок к столбу террасы.
Терраса стояла гордой королевой, глядя на весь огород: свежевскопанные грядки. Лекс, как истинный монарх придомовой территории, чинно прогуливался между клубничными рядами, изредка высокомерно посматривая на привязанную Лану.
Ему было достаточно одного взгляда, чтобы сказать:
«Дети и поводки — вот что губит королевскую породу».
Лана же была настроена серьёзно.
Она не знала, за какие такие прегрешения её оставили в стороне от великого процесса работы на огороде. Но если уж её лишили права рыть, прыгать и носиться между рядами с грязными лапами — значит, она найдёт себе дело получше!
И вот тут на сцену вышла она — Картонная Коробка.
Одинокая, забытая после пересадки рассады, она стояла в углу террасы и молча звала:
«Иди ко мне... измени мою судьбу...»
Лана прищурилась, оценивая расстояние. Поводок был коротким, но она не теряла надежды. Сначала — аккуратный прыжок вперёд. Потом — отчаянное натяжение. Лапы скользят по деревянным доскам, хвост метёт воздух. И наконец — победа! Её зубы сомкнулись на первом хрупком краешке картона.
Лана грызла коробку с вдохновением скульптора, высекающего шедевр из мрамора. Кусочки картона летели в стороны, как весенние лепестки. Маленький, но гордый обрывочек застрял на носу, другой — на ушке.
Терраса быстро превращалась в поле боя.
— Лана! — раздался тревожный голос с огорода. — Ты что там творишь?
Лана замерла с куском картона в зубах, сделала вид, что её здесь нет, и только хвост едва заметно шевельнулся.
Но было поздно.
Картину разрушения оценивали всей семьёй.
На террасе лежали обрывки коробки. Поводок, натянутый в дугу, свидетельствовал о яростной борьбе. А Лана сидела посреди всего этого безобразия, гордо подняв подбородок.
— Она, видимо, обиделась, что её не пустили в огород, — философски заметил папа.
— Это месть! Самая настоящая! — заявила мама, сметая картон в мусорный пакет.
Лекс лениво зевнул и ушёл в тень ближайшего куста. Для него это был обыкновенный день среди простых смертных.
А Лана...
Лана была довольна собой.
Да, на душе всё ещё скребли кошки обиды. Да, поводок ограничивал её свободу. Но её миссия была выполнена. Её эмоции были выражены, картон был наказан за мирную нейтральность.
Она победила.
Прошёл час.
Папа всё ещё возился в огороде. Мама таскала лейки туда-сюда. А Лана, развалившись на террасе, жевала остатки коробки, будто жевала свои переживания.
Порыв ветра подкинул к ней забытый клочок картона.
Она лениво прищурилась и осторожно прихватила его зубами.
Шурррррр... шур-шур...
Лана тихонько мурлыкала себе под нос, совсем как Лекс, когда ворчал во сне.
Ветер пах свежей землёй и чуть-чуть — обидой.
Но в сердце уже зреет новая затея.
Ведь завтра коробка снова вернётся. Пусть другая, но обязательно вернётся. А вместе с ней — новые приключения, новые победы и, возможно, немного вкусной грязи на лапах.
И если подумать, разве это не идеальная жизнь для настоящей корги?
Если вам понравилась эта история о Лане — ставьте лайк, оставляйте комментарий и обязательно подписывайтесь!
Впереди ещё больше забавных приключений, весёлых картинок и добрых рассказов о жизни нашей Ланы и мудрого Лекса.