Цикл текстов о Великой Отечественной войне мы продолжаем рассказом об исторической встрече на Эльбе советских, английских и американских солдат 25-27 апреля 1945 года.
Середина апреля 1945-го. В воздухе витает предчувствие скорой Победы. Восточный и Западный фронты сжимают в тиски обречённый Берлин, который готовится к бесполезной обороне. Англо-американские и советские войска перед ключевым штурмом двигаются навстречу друг другу. Историческое соприкосновение армий произошло близ города Торгау на реке Эльбе.
Путь до Эльбы у Советов и союзников был разный. Красноармейцы, двигаясь от Москвы, разбили 607 вражеских дивизий, освободили свои земли, а также Болгарию, Югославию, Польшу, Румынию, Австрию, Чехословакию и часть Норвегии. Американцы и англичане вступили в войну только 6 июня 1944-го и одолели 176 вражеских дивизий, в нескольких операциях опираясь на мощную поддержку с противоположного фронта. Но, встретившись, солдаты с обеих сторон не собирались меряться победами. И хоть для окончательного триумфа ещё предстояло взять Рейхстаг, бойцам хотелось передышки. Они заслужили праздник фронтовой тишины.
«Это был день простого человека, когда с востока никто не стрелял, и с запада никто не стрелял», — писал американский солдат в мемуарах.
25 апреля около 11:30 отряд американского лейтенанта Альберта Котцебу у деревни Леквитц встретил советского кавалериста Айткали Алибекова. Через пару часов американцы переправились на советский берег Эльбы, где старший лейтенант Георгий Голобородько оказал гостям радушный приём: Котцебу с отрядом даже заночевал на советских позициях.
Примерно в то же время лейтенант Уильям Робертсон выдвинулся в Торгау, где могли находиться американские пленные. Войдя в город, он столкнулся с отрядом советских разведчиков под командованием лейтенанта Александра Сильвашко. Тот, в отличие от Голобородько, поначалу совсем не обрадовался пришельцам. На то были весомые причины. Советская и англо-американская сторона условились «представляться» друг другу сигнальными ракетами: наши — красными, союзники — зелёными. Но у Робертсона не оказалось с собой зелёных ракет. К счастью, обошлось без «дружественного огня», американцы закричали: «Америка! Россия! Товарищ!»
Англичане, американцы и советские солдаты пытались разговаривать на немецком (так как одни слабо знали английский, вторые — русский) и на языке дружбы. Бойцы обменивались подарками, в сувениры годилось всё, что находилось под рукой. Или на руке: кто-то из наших воинов не пожалел для заокеанского товарища обручальное кольцо. В основном новые знакомые охотно обменивались пуговицами с гимнастёрок и отличительными знаками с пилоток. У офицеров и высших чинов, конечно, был обмен иного порядка. Так, Генерал Омар Нельсон Брэдли, командующий 1-й Американской армией, подарил маршалу Ивану Коневу, командующему 1-м Украинским фронтом, полуавтоматический карабин М1А1 и армейский автомобиль Willys MB. Конев ответил не менее дорогими подарками — преподнёс знамя, пистолет ТТ и своего лучшего донского скакуна, который с 1943 года повсюду следовал за полководцем.
Простым солдатам отметить встречу было нечем: сухпайки не слишком годились для торжественного «стола». Однако ощущение праздника и скорой Победы докатилось до Москвы с Нью-Йорком: в нашей столице дали салют в 24 залпа из 324 орудий, на Таймс-сквер — устроили «народные гуляния».
Прошагавшим тысячи километров от Москвы, Сталинграда и Курска советским бойцам оставалось сделать решающий бросок — на Берлин.
«Общались мы по-немецки. Я переводил Котцебу на английский, а один из русских, знавший немецкий, переводил остальным на русский. В тот исторический момент встречи представителей двух народов простые американские и русские солдаты торжественно поклялись сделать всё, чтобы ужасы войны никогда больше не повторились, чтобы народы нашей планеты жили в мире. Такова была наша Клятва на Эльбе. Всё это было неофициально, но по-настоящему торжественно. У многих в глазах стояли слёзы, отчасти, видимо, и от предчувствия, что не всё так хорошо будет в будущем, как мы себе представляли. Мы обнялись и поклялись вечно помнить о нашей встрече», — Джо Половски, боец отряда лейтенанта Альберта Котцебу.