Добро пожаловать на Карронад, ставший ареной противостояния между имперскими рыцарями и экспедиционным флотом тау. Тогда наша партия игроков столкнулась с необычным противником.
Им был Кат'Лук — круут-наёмник, он же птицеобразное существо, продвинутое в искусстве партизанской войны. Валентина, решившего играть за хищную птицу, сопровождал отряд гуэ'веса. Так называются люди, которым очень сильно надоели феодалы с их "добротой" по отношению к крепостным.
Оппозицию составил Георгий, создатель Ольгерда фон Эврайка — имперского аристократа и владельца квестора. Если кто не знает, квестор — что-то вроде пафосного шагохода с нейроинтерфейсом.
Разумеется, пан рыцарь был далеко не в восторге от мятежников. В коронном замке он получил квест: пройти горный хребет, занять городок Тойво и доступно разъяснить местному ярлу, что идеалы свободы, равенства и братства — не то, чем должны заниматься слуги Императора.
С горем пополам боярин-дворянин перешёл хребет. Далее произошло то, что перевернуло мои представления об интеллектуальных способностях имперской знати.
Ольгерд разбил лагерь в лесу (палатки чуть левее центра). С тыла у него перевал с круглосуточной метелью, кое-как прикрытый двумя ветхими башнями. По бокам — непролазная тайга с бандитами, мутировавшим зверьём и дикими племенами. Впереди — город, чья лояльность под очень большим вопросом.
Наступил черёд Кат'Лука. Круут запустил дрона. Ольгерд кинул кубик на восприятие.
— Ты видишь, как над лагерем пролетает странное блюдце. У него снизу пикт-камера и две выступающие пушки.
— Ладно. Пусть летает.
Время шло к вечеру. Из чащобы слышался весёлый рёв плотоядных мамонтов и прочих тварей, для охоты на которых нужно брать скорострельную пушку. Благородный Эврайк вылез из доспеха. Залившись пивом, он приказал крепостным спать перед штурмом, предварительно отказав им в пайках и на всяких случай побив плетью нескольких кнехтов. До смерти, разумеется. Треть солдат он сразу велел повесить. О том, чтобы накормить бойцов и выставить караул, защитник человечества как-то не подумал.
Голодное и злое ополчение решило разжиться пайками. На просёлочной дороге крепостных встретили добрые гуэ'веса с тушёнкой и набором идеологических бесед. Таким образом отряд Кат'Лука пополнился новыми и крайне мотивированными бойцами.
Довольно ухмыляясь, Валентин перенёс на бумажку расположение имперских палаток. Партизаны медленно сжимали кольцо.
Наступил ход боярина. Проверив, все ли спят, Эврайк пешком двинул в Тойво. Он без препятствий дошёл до города и там встретил ярла. Диалог шёл в контексте, что вы все еретики, а я — барон, так что сдавайтесь, и тогда я казню только каждого второго. Дополнительным аргументом выступил адский топор "1д6+3 дробящего урона".
Ход мятежников. Валентин долго показывал гейм-мастеру самописные карты с тактическими выкладками. Птицъ поджёг лес. Сначала в лагерь имперцев забежали напуганные кабаны. Под рычание свиней заговорили импульсные винтовки партизан.
— Максимальный заряд плазмы по квестору! — скомандовал круут. — Жарить по коленным шарнирам!
Темнота не мешала гуэ'веса. Над полем боя парил дрон-целеуказатель, которого никто не удосужился сбить. Боевая машина имперцев безропотно глотала урон, пока не стала недвижимостью. Тому изрядно помогла бомба, сброшенная в выхлопную трубу с дрона. Без движка и ног особо не побегаешь.
— Ты слышишь грохот. В окнах видны сполохи, — объявил мастер Эврайку.
Барон ещё не понимал, насколько всё плохо. Растолкав стражу, он выскочил на подворье. Там его ждал митинг из нескольких сотен мужиков с дубьём.
Потрясая колотушкой, имперец сделал невнятную попытку стукать "еретиков". Через минуту он валялся в критах.
Последним, что видел Эврайк, стал довольный круут, костёр на сырых дровах и языки пламени под ногами.
Вообще, Ольгерд фон Эврайк был примечательным хотя бы за счёт своей грустной квенты. Там всё как положено: враги сожгли родную хату, убили всю его семью, куда теперь идти барону — теперь он станет Мэри Сью. Мы это слушали, наверное, минут сорок. Возможно, именно поэтому Валентин испытал желание попустить Эврайка максимально доходчивым образом.
Сью не учёл того, что создание заведомо сильного персонажа вовсе не гарантирует нагиба. На этой кринжовой игре пацаны случайно выдали канон: Империум Человечества показал себя как чудовищный режим, ведомый откровенно жестокими и некомпетентными лидерами, а синекожие тау — всего лишь меньшее зло на фоне человеческих правителей.