(Из цикла «Генералы Победы. Неизвестное», портал «Литературная Россия», 2025, № 16, 25.04.2025, автор: Вячеслав ОГРЫЗКО)
Свой первый орден Александр Покрышкин получил в конце 1941 года. Представляя его к награде, командование 55-го истребительного авиаполка отметило:
«Мужественно выполняет боевые задания по уничтожению немецких захватчиков. В борьбе с этими извергами тов. ПОКРЫШКИН в неравных воздушных боях был дважды сбит. Выполняя задание Командующего ВВС 9-й Армии по разведке пр<отивни>ка был сбит в неравном бою, один при помощи бойцов организовал вывозку своего самолёта из тыла пр<отивни>ка, но попал в окружение, по приказу Командующего 18-й армией самолёт сжёг и совместно с бойцами 30 СД [стрелковой дивизии. – В.О.] мужественно пробился из окружения. Тов. ПОКРЫШКИН в период с 15 по 20.9.41 г., получив специальное задание оказать содействие наземным частям в захвате ст. Акимовки, в исключительно в неблагоприятных метеоусловиях тов. ПОКРЫШКИН с звеном с<амолё>тов МИГ-3 пробивается к цели и отличным бомбометанием ФАБ-50 зажигает станционные постройки и уничтожает забаррикадировавшихся там немцев, в результате чего ст. Акимовка была занята нашими войсками. Тов. ПОКРЫШКИН получил благодарность от Командующего ВВС 9-й армии. Имеет 190 боевых вылетов, из них 144 на штурмовку. Один из лучших разведчиков в полку и дивизии».
Ходатайство командования авиаполка о награждении блестящего лётчика орденом Ленина было поддержано командиром 20-й отдельной авиадивизии Осипенко, командующим ВВС 9 армии Батыгиным и командующим ВВС Южного фронта Вершининым. А 23 декабря 1941 года уже вышел и указ.
Откуда же взялся такой ас? В архивах сохранились десятки анкет лётчика. В них были указаны год и место рождения Покрышкина: 1913-й, Новосибирск. А вот социальное положение везде сообщалось разное. И это не было случайностью.
По одной трактовке Покрышкин происходил из рабоче-крестьянской семьи: до переселения в Сибирь его предки крестьянствовали, а уже в Новониколаевске отец будущего аса подрядился работать в строительных артелях, пока несчастный случай не превратил хорошего каменщика в инвалида. Новую жизнь родители Покрышкина начали в годы НЭПа: они получили патент на торговлю галантереей. Но когда курс власти сменился, их за предприимчивость лишили избирательных прав. А потом ещё у Покрышкиных и старший сын умер. Не выдержав всех обрушившихся на него испытаний, старший Покрышкин в конце 1934 года покончил с собой.
Второй сын Покрышкиных – Александр сначала пошёл по отцовской стезе, тоже стал строителем, но в конце концов победило увлечение небом.
В составленной в 1957 году анкете подробно отразились все вехи довоенного пути будущего аса. Читаем:
«1929–1930 г. – кровельщик строительного треста, гор. Новосибирск1930–1932 г. – ученик школы ФЗУ, гор. Новосибирск1932–1932 г. – слесарь-инструментальщик завода комбайнстрой, гор. Новосибирск1932–1934 г. – курсант военной школы авиационных техников [г. Пермь]1934–1934 г. – слушатель курсов усовершенствования технического состава Военно-воздушных сил им. К.Е. Ворошилова, гор. Ленинград1934–1938 г. – техник авиационного завода связи 74 стрелковой дивизии, Северо-Кавказский военный округ1938–1939 г. – слушатель военной авиационной школы пилотов, гор. Кача1938–1941 г. – младший лётчик 56 истребительной авиационного полка» (РГАНИ, ф. 3, оп. 50, д. 150, л. 79).
Здесь что стоило бы добавить? Первое. Отец Покрышкина не сомневался, что Александр так и пойдёт по строительному делу. Но в 1930 году на какой-то почве он с сыном поругался, и тот ушёл в ФЗУ учиться на слесаря-лекальщика. Второе. Оказавшись после ФЗУ на заводе «Сибсельмаш», он нашёл в себе силы одновременно начать заниматься в вечернем институте сельхозмашиностроения. Однако очень скоро и завод, и институт его разочаровали, и летом 1932 года он добровольцем записался в армию, получив направление в Пермскую авиашколу авиатехников. Третье. В армии Покрышкин показал себя рукастым умельцем. Он очень устраивал своих командиров как техник. А ему самому хотелось летать. Покрышкин 39 раз подавал рапорт о переводе его в лётную авиашколу, но понимания у начальства не находил, и поэтому в свободное от службы время стал ходить в Краснодарский авиаклуб, и в один из своих отпусков даже освоил за семнадцать дней годичную программу подготовки гражданских пилотов. Только после этого ему дали направление в Качинскую авиашколу. Это четвёртое. И пятое. В 1939 году Покрышкин чуть с треском не вылетел из авиации. Во время очередной чистки обнаружился факт лишения его родителей в 1929 году избирательных прав. Лишь чудом он отделался тогда только выговором по комсомольской линии.
После Качинской авиашколы Покрышкин попал в Кировоград в 55-й истребительский авиаполк, который потом перебазировали в Молдавию, в район Бельц. В этой части он одним из первых лётчиков пересел с И-16 на новейший по тому времени МиГ-3.
Когда началась война, немцы нанесли по аэродрому 55-го авиаполка бомбовые удары. Но Покрышкин успел поднять свой самолёт в воздух. И тут случилась беда. Он принял бомбардировщик СУ-2 из соседнего бомбардировочного полка за вражеский и подбил его.
А первую победу в воздухе Покрышкин одержал на четвёртый день войны, 26 июня. Во время разведки он сбил немецкий Мессершмитт.
Первую Золотую Звезду Героя Советского Союза Покрышкин получил 24 мая 1943 года. Ровно через три месяца его наградили уже второй Звездой. А третью ему дали 19 августа 1944 года. К тому времени на его счету были 550 боевых вылета и 53 сбитых самолёта противника.
В конце 1944 года Покрышкин получил генеральскую должность и стал командиром 9-й гвардейской истребительной авиадивизии. Но, к удивлению однополчан, звание генерал-майора ему в те дни так и не присвоили (злые языки болтали, будто этому воспротивился сын Сталина – Василий, с которым Покрышкин якобы конфликтовал ещё во время учёбы в Качинском училище).
Вскоре после Победы Покрышкин был направлен на учёбу в Военную академию имени Фрунзе. Но по её окончании он в ВВС уже не вернулся. Его перевели в войска ПВО и назначили сначала заместителем командира истребительного авиакорпуса, а затем и командиром.
Как Покрышкин тогда проявил себя? Очень хорошо.
«По уровню боевой подготовки, – отметил потом в одной из аттестаций врио главкома ПВО маршал артиллерии Николай Яковлев, – корпус, которым командовал тов. ПОКРЫШКИН, занимал первое место в армии» (РГАНИ, ф. 3, оп. 50, д. 150, л. 81).
Ну а генерал-майора Покрышкин получил лишь через несколько месяцев после смерти Сталина – 3 августа 1953 года.
Впоследствии легендарный воздушный ас окончил академию Генштаба, командовал армией ПВО, был замом Главкома войсками ПВО и до перехода в группу генинспекторов Минобороны возглавлял ДОСААФ, дослужившись до звания маршала авиации.
Я встречался с Покрышкиным накануне его 70-летия, в феврале 1983 года, в доме на Большой Бронной (там жили также многие члены Политбюро). Помню, задал ему не совсем тактичный вопрос: за что его приняли в Союз писателей. В ответ маршал долго смеялся.
Никаким писателем Покрышкин, конечно же, не был. Но в году 44-м политработники сказали, что нужно воспитывать молодёжь. К нему прикрепили одного из журналистов. И он за подписью Покрышкина быстро состряпал целую книжицу. Ну и после этого пошло-поехало. И в 1965 году литгенералитет затащил военачальника в Союз писателей.
Но саму литературу Покрышкин любил. Он вспомнил служившего у него командиром эскадрильи Вадима Фадеева. Это был очень смелый лётчик. От него Покрышкин впервые услышал имя Есенина. Фадеев, к слову, многое знал из Есенина наизусть и даже иногда декламировал стихи поэта в узком кругу лётчиков своей эскадрильи. Но в 43-м Фадеев в боях за освобождение Кубани погиб. Звание Героя ему присвоили посмертно.
Кстати, хорошие книги свели Покрышкина в войну с его будущей женой – Марией Кузьминичной. Это было в 42-м году. Полк Покрышкина стоял в Махачкале. Когда появилась свободная минута, он решил навестить в санчасти товарища. А в палате в это время сидела и задумчиво смотрела на море красивая девушка. Чтобы вновь увидеть её, Покрышкин попросил у этой девушки на время книгу. Она дала ему «Отверженных» Гюго. Но самого Покрышкина девушка не отвергла. И вскоре они поженились.
Что мне ещё запомнилось из той встречи? Покрышкин очень ругал власть. Военачальник считал, что она много наломала дров и повела страну не туда. И эта власть была для него не абстрактна: его соседями были многие члены Политбюро и секретари ЦК КПСС. Покрышкин ругал их самыми последними словами. Его пыталась утихомирить супруга. Она напоминала мужу, что у стен есть уши. А он в ответ бурчал: ну и пусть слушают. А ведь Покрышкин таким же ершистым и независимым был и в войну.
Умер он осенью 1985 года.