Киновед Андрей Апостолов разбирает визуальные отсылки в артхаусном хорроре Роберта Эггерса. Специально для Wink.
Если в двух словах, фильм «Маяк» — это хроника постепенного сумасшествия бородатого Уиллема Дефо («Умереть за доллар» (18+)) и усатого Роберта Паттинсона («В ожидании Варваров» (18+)), оказавшихся в самоизоляции на отдаленном маяке. «Маяк» точно понравится любителям визуальной изысканности и внимательны к психологизму камерности.
Ознакомиться с этим фильмом в отличном качестве можно в онлайн-кинотеатре Wink. Не забудьте погасить свет, чтобы создать ощущение маленького старого кинотеатра, в котором крутят черно-белые фильмы: эта деталь поможет проникнуться атмосферой, старательно выстроенной режиссером.
1. Рождение нового большого режиссера
Пять лет назад Роберт Эггерс, до этого работавший в кино художником-постановщиком и время от времени снимавший короткометражки, ударно дебютировал в режиссуре «Ведьмой». Мастерская атмосфера и предельно тревожная картина стали одним из самых впечатляющих хорроров десятых годов. Зажглась звезда Ани Тейлор-Джой, которая после этого успела сняться в супергеройской франшизе Шьямалана («Неуязвимый», «Сплит» и «Стекло» (18+)) и еще паре небезынтересных фильмов. А, главное, приковала внимание кинематографической общественности к самому Эггерсу.
После «Ведьмы» на него возлагали большие надежды. И «Маяком», представленном в каннском двухнедельнике режиссеров, он их вполне оправдал. Фильм получил прекрасную прессу, россыпь профессиональных наград, вошел во всевозможные списки лучших фильмов 19-го года. Но, главное, подтвердил статус Эггерса, как одного из самых многообещающих постановщиков современности.
Он — следующий в ряду ярких киноавторов, вышедших в 10-е годы из жанра хоррор. После Джордана Пила и Ари Астера («Реинкарнация» (18+)), Джастина Бенсона («Весна» (18+)) и Аарона Мурхеда («После полуночи» (16+)), Дэвида Роберта Митчелла («Оно приходит за тобой» (18+)), Оза Перкинса («Собиратель душ» (18+)) и Трея Эдварда Шульца («Оно приходит ночью» (18+)). И, судя по его второй картине, вполне может претендовать на то, чтобы считать если не самым талантливым в своей генерации, то уж по крайней мере самым изобретательным, смелым и амбициозным.
2. Метаморфоза хоррора
Говорить о том, что Эггерс и другие перечисленные режиссеры вышли из хоррора — несколько упрощать картину. На самом деле то, чем они занимаются, трудно вписать в привычные рамки фильмов ужаса. Ленты Астера, Пила, Эггерса, Митчелла нарушают устоявшиеся за десятилетие нормы жанра. У них нет традиционных приемов хоррора вроде скримеров или джампскейров — они по мере сил стараются отойти от традиционных жанровых схем.
Режиссеры этого поколения работают тоньше и ставят перед собой куда более амбициозные задачи. За их фильмами закрепилось определение «слоубернер» — пришедший из музыки термин, означающий плавное погружение зрителя в атмосферу напряжения и тревоги — стирающий границу между нормой и безумием, реальностью и фантазией, привычным и пугающим.
В конечном счете, для Эггерса и родственных ему авторов хоррор, со всеми его тропами и схемами – это всего лишь декорация, позволяющая им решать другие задачи. Бенсент и Мурхед в «Весне» (18+) вроде бы пугают лавкрафтианскими ужасами, но на самом деле говорят о невозможности любви. Карин Кусама в «Приглашении» камуфлирует атрибутами слэшера посыл о необходимости отпускать прошлое. Астер в «Реинкарнации» (18+) вроде бы рассказывает оккультную сказку, но на самом деле высказывается о дисфункциональной семье. Так и Эггерс в «Маяке». Будто бы это хоррор о сводящей с ума изоляции, алкогольном делирии и вожделении к амфибии.
Но на самом деле это исследование мужского подсознания, со всеми его фобиями, травмами, фрустрациями и комплексами. Как, в свою очередь, исследованием подсознания женского была «Ведьма». Недаром каркасом сюжета, объектом, вокруг которого разворачиваются борьба двух героев фильма, становится маяк. Этот, говоря на языке психоанализа — очевидный фаллический символ.
3. Блестящий формализм
Как уже было сказано, Эггерс первоначально художник. И в «Маяке» это очень заметно. Здесь, как и в «Ведьме», он идет от атмосферы, проявляет невероятное внимание к деталям. Он блестящий формалист, умелый стилизатор, великолепный архитектор предметного мира.
Каждый прием, каждый кадр, каждый нюанс, и даже каждая монтажная склейка тотально подчинены у него общему замыслу — созданию визуального фантазма, подчинению зрителя логике сна. Всего два человека в кадре, всего одна локация — специально отстроенный для фильма маяк, в канадской Новой Шотландии. Натуральное освещение, 35-миллиметровая пленка, редкий формат кадра 1:19, нужный Эггерсу для ассоциации с поздними шедеврами немецкого экспрессионизма.
Фильм чрезвычайно живописен. И не только визуально. Речь героев, для воссоздания которой потребовалось серьезное лингвистическое исследование, и для перевода которой нужны большие усилия, тоже дорогого стоит. Такая зацикленность на формальных вопросах, это отношение к фильму, как к полотну, могло бы выглядеть удручающе, могло бы смотреться слишком претенциозно и заставить зрителя скучать. Но это все не про маяк.
Эггерс не художник, снимающий кино на досуге, но прирожденный режиссер с художественным бэкграундом. И он точно знает, что и зачем делает. И «Маяк» выходит у него не просто красивой безделушкой на потребу арт-критикам, но настоящим фильмом: живым, сложным и бесконечно притягательным.
4. Цитаты, референсы, аллюзии
«Маяк» сложно устроен не только визуально. На уровне сюжета это вроде бы непритязательная история о двух смотрителях маяка, которые постепенно сходят с ума от одиночества, пьянки и непогоды. Но на самом деле у этого рассказа необычайно насыщенный культурный багаж, в котором невероятно интересно разбираться.
Фильм «Маяк» переполнен аллюзиями, литературными и кинематографическими. Он искусен в манипулировании культурными кодами и схемами. Уже стало общим местом проводить аналогию с древнегреческой мифологией. Герой Паттисона — своеобразный титан Прометей, похищающий огонь у богов. Герой Дефо — свергнутое божество. Скорее всего, Уран или Кронос.
Но эллинский легендариум — далеко не единственный ключ к фильму. Оставило свой след и американская литература 19-го века, во всем своем многообразии. И Вашингтон Ирвинг, и Амброз Бирс. Но, в первую очередь, несравненные Эдгар По и Герман Мелвилл. Только вместо ворона По здесь дьявольская чайка, а вместо капитана Ахава старый сатир Дефо.
По сути, фильм «Маяк» — это кинематографический аналог готического романа 19-го века. Очень вольная вариация на темы Мэри Шелли или Роберта Льюиса Стивенсона. Чтобы приблизиться к эпохе, Эггерс даже намеренно состарил картинку под дагерротип — еще один визуальный референс.
Конечно, отсылает «Маяк» и к главному хоррормейкеру американской литературы 20-го века Говарду Филлипсу Лавкрафту. Как и у Лавкрафта, источник страха здесь сокрыт в море. Однако у Маяка не только литературное происхождение. Можно проследить и его кинематографический генезис. В первую очередь на ум приходит немецкий экспрессионизм.
По сути, фильм «Маяк» — это картина о бунте против вертикали власти, как и «Метрополис» (12+) Фрица Ланга. Сам Уиллем Дефо проводил параллели между «Маяком» и творчеством Тарковского. Не так сложно найти цитаты из Хичкока — ну, те же чайки — и Кубрика. Но уже сложнее увидеть визуальные заимствования из Жана Гремийона, Жана Эпштейна и Белы Тарра.
Но смешнее всего находить аналогии маяка в современном российском кино. Он похож то ли на черно-белый ремейк «Как я провел этим летом» Алексея Попогребского, то ли на эстетскую версию «Зеленого слоника» Светланы Басковой.
5. Уиллем Дефо и Роберт Паттинсон
Отметив мастерство режиссера «Маяка» Эггерса, нельзя не рассказать и об актерских перформансах, на которых фильм держится не в меньшей степени, чем на изысканной операторской работе и изобретательном звуковом дизайне.
В «Маяке» всего двое героев. И играющие их Уиллем Дефо и Роберт Паттинсон ни в чем не уступают друг другу. Про то, что Дефо — один из лучших исполнителей в мире и великий характерный актер, мы знали давно и так. И в «Маяке» он, конечно, не разочаровывает. С неподдельной страстью отыгрывает он здесь хромого морского волка, гения места, хтоническое существо. Одновременно трогательного и жуткого монстра и метеоризмом, который разом и вожделеет, и ненавидит своего молодого помощника.
Удивительно, но Паттинсон нисколько не проигрывает на его фоне. Он не только фактурен с усами и в грязи, но и очень натурально погружается в алкогольно-мистическое безумие. «Маяк» вслед за «Космополисом» и «Звездной картой» Дэвида Кроненберга, «Высшим обществом» Клер Дени и «Хорошим временем» братьев Сэфди показывает, что Роберт Паттинсон, над ролью которого в «Сумерках» еще недавно было принято смеяться, становится одним из самых интересных актеров современности.
Фильм «Маяк» — это испещренный цитатами и аллюзиями блестящий формальный эксперимент Роберта Эггерса в жанре постхоррор с Уиллемом Дефо и Робертом Паттинсоном в главных ролях. Кажется, этого вполне достаточно, чтобы самостоятельно познакомиться с этим фильмом. А доступен он в онлайн-кинотеатре Wink: смотреть фильм «Маяк» можно онлайн в отличном качестве.
Источник изображений для превью и иллюстраций к статье: legion-media.com