Формирование и развитие гуманистической психологии

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Глава 1. Общая характеристика гуманистической психологии

Глава 2. Первые теории гуманистической психологии

Глава 3. Теория Маслоу

Глава 4. Теоретические концепции Роджерса и Франкла

Заключение

Литература

ВВЕДЕНИЕ

Моя работа посвящена теме формирования и развития гуманистической психологии.

Цель работы – изучение темы формирования и развития гуманистической психологии.

Поставленная цель определяет задачи исследования:

1. Дать общую характеристику гуманистической психологии;

2. Описать первые теории гуманистической психологии;

3. Описать теорию Маслоу;

4. Раскрыть теоретические концепции Роджерса и Франкла

Работа состоит из введения, глав основной части, выводов (заключения), списка литературы.

Рассматривая далее в работе эти вопросы, я использовала литературу таких авторов как А.В. Петровский, М.Г. Ярошевский, Н. Смит и др.

ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ГУМАНИСТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Экзистенциально-гуманистический подход не относится к числу простых. Сложности начинаются уже с самого названия. Чтобы разобраться с этим, необходимо немного истории.

Экзистенциально-гуманистическое направление в психологии возникло в Европе в первой половине ХХ века на стыке двух тенденций: с одной стороны это неудовлетворенность многих психологов и терапевтов господствовавшими тогда детерминистскими взглядами и установкой на объективный, научный анализ человека; с другой стороны это мощное развитие экзистенциальной философии, которая проявляла большой интерес к психологии и психиатрии. В результате в психологии появилось новое течение - экзистенциальное, представленное такими именами как Карл Ясперс, Людвиг Бинсвангер, Медард Босс, Виктор Франкл и др.

«Экзистенциализм и гуманизм безусловно, не одно и то же; и название экзистенциально-гуманистический фиксирует не только их нетождественность, но и принципиальную общность, которая состоит прежде всего в признании за человеком свободы построения своей жизни и способности к этому»[1]. – так считает С.Л. Братченко. Я считаю, что все таки следует рассмотреть отдельно от экзистенциального гуманистическое направление в психологии.

Итак, психоаналитическое направление, впервые поставившее вопрос о необходимости исследования мотивации и структуры личности обогатило психологию многими важными открытиями. Но этот подход игнорировал изучение таких важнейших характеристик как качественное своеобразие личности каждого человека, возмож­ность сознательно и целенаправленно развивать определенные стороны «образа Я» и строить взаимоотношения с окружающими. Вызывала возражения ученых и идея психоанализа о том, что процесс развития личности заканчивается в детстве, тогда как экспериментальные материалы показывали, что становление личности происходит в течение веси жизни.

Не мог быть признан удовлетворительным и подход к исследо­ванию личности, развиваемый в рамках бихевиористского направ­ления. Ученые, развивавшие этот подход, сосредоточиваясь на изу­чении ролевого поведения, игнорировали вопросы внутренней мо­тивации, переживаний личности, так же как и исследование тех врожденных качеств, которые накладывают отпечаток па ролевое поведение человека.

Осознание этих недостатков традиционных психологических направлений привело к появлению новой психологической школы, получившей название гуманистической психологии. Это направле­ние, появившееся в США в 40-х годах, строилось на основе фило­софской школы экзистенциализма. Одним из его основателей яв­ляется Г. Олпорт, который подчеркивал, что американская психо­логия способствовала распространению и развитию того, что вне­сли в психологию Фрейд, Сеченов и другие ученые. «Теперь мы можем сослужить такую же службу в отношении Хайдеггера, Ясперса и Бинсвангера», [VII, c. 384] - писал он.

Развитию гуманистической психологии способствовала обста­новка, которая сложилась в обществе после Второй мировой вой­ны. Если Первая мировая война продемонстрировала бессознатель­ную жестокость и агрессию человека, ужаснувшие общественное мнение и пошатнувшие устои гуманизма и просвещения, то Вторая мировая воина, не опровергнув наличия этих качеств выявила и другие стороны человеческой психики. Она показала, что многие люди в экстремальных ситуациях проявляют стойкость и сохраня­ет достоинство в самых трудных условиях.

Нужны были новые подходы, интерпретирующие возможности людей преодолеть давление си­туации, их желание творче­ской реализации своих способностей. Это стремление человека к сохранению и развитию своей духовной уникальности было не­возможно объяснить в терминах старой психологии и только естественно-научной детерминации, игнорируя философские по­стулаты.

Именно поэтому лидеры гуманистической психологии обрати­лись к достижениям философии XX в., прежде всего к экзистенциа­лизму, изучавшему внутренний мир, экзистенцию человека. Так по­явилась новая детерминация - психологическая, объясняющая раз­витие человека его стремлением к самоактуализации, творческой реализации своих потенциальных возможностей. Частично пересматриваются и взаимоотношения личности с обществом, так как социальное окружение может не только обо­гатить человека, но и стереотипизировать его. Исходя из этого, представители гуманистической психологии, хотя и подчеркивали неприемлемость идеи глубинной психологии о враждебности внешнего мира к личности, старались изучать разнообразные ме­ханизмы общения, описывать сложность взаимоотношений лич­ности и общества во всей ее полноте. При этом подчеркивалось значение для науки исследования полноценных и творческих людей, а не только невротиков, стоявших в центре исследователь­ских интересов психоанализа.

Таким образом, и логика развития психологии, и идеология общества приводили с необходимостью к появлению нового третьего пути в психологии, который как раз и стремилась сформу­лировать гуманистическая психология, развиваемая Г. Олпортом, А. Маслоу и К. Рождерсом.

ГЛАВА 2. ПЕРВЫЕ ТЕОРИИ ГУМАНИСТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ

Г. Олпорт (1897-1967) является одним из основателей гумани­стической психологии, рассматриваемой им как альтернатива ме­ханицизму поведенческого подхода и биологическому, инстинк­тивному психоаналитическому подходу. Олпорт возражал и про­тив переноса симптомов, наблюдаемых у больных людей, невро­тиков, на психику здорового человека. Хотя он и начинал свою карьеру как врач-психотерапевт, но очень быстро отошел от вра­чебной практики, сосредоточившись на экспериментальных исследованиях здоровых людей. Олпорт также считал необходимым не просто собирать и описывать наблюдаемые факты, как это прак­тиковалось в бихевиоризме, но систематизировать и объяснять их. «Собирание «голых фактов» делает психологию всадником без го­ловы», - писал он, поэтому свою задачу он видел не только в раз­работке способов исследования личности человека, но и в созда­нии новых объяснительных принципов, концепции личностного развития. «Американская психология имеет мало собственных оригинальных теорий», - отмечал Г. Олпорт. [VIII, c. 306]

Одним из главных постулатов теории Олпорта, изложенных им в книге «Личность: психологическая интерпретация» (1937), было положение о том, что личность является открытой и саморазви­вающейся системой. Он исходил из того, что человек прежде всего социальное, а не биологическое существо и потому не может раз­виваться без контактов с окружающими людьми, с обществом. Отсюда его резкое неприятие положения психоанализа об антаго­нистических, враждебных отношениях между личностью и общест­вом. Утверждая, что «личность - это открытая система», он под­черкивал значение окружающего для ее развития, открытость че­ловека для контактов и влияния внешнего мира. При этом Олпорт считал, что общение личности с обществом является не стремлением к уравновешиванию со средой, а взаимообщением, взаимо­действием. Таким образом, он резко возражал и против общепри­нятого в то время постулата, что развитие - это адаптация, при­способление человека к окружающему миру. Он доказывал, что в основе развития человеческой личности лежит как раз потребность взорвать равновесие, достичь новых вершин, т. е. потребность в постоянном развитии и совершенствовании.

К важнейшим заслугам Олпорта относится и то, что он одним из первых заговорил об уникальности каждого человека. Он утверждал, что каждый человек неповторим и индивидуален, так как является носителем своеобразного сочетания качеств, потребностей, которые Олпорт называл trite - черта. Эти потребности или черты личности он разделял на основные и инструментальные Основные черты стимулируют поведение и представляют собой врожденные генотипические, а инструментальные - оформляют поведение и формируются в процессе жизни человека, т. е. являются фенотипическими образованиями. Набор этих черт и составляет ядро лич­ности, придает ей уникальность и неповторимость.

Хотя основные черты врожденные, они могут видоизменяться развиваться в течение жизни, в процессе общения человека с дру­гими людьми. Общество стимулирует развитие одних черт лично­сти и тормозит развитие других. Так постепенно формируется тот уникальный набор черт, который лежит в основе «Я» человека. Важным для Олпорта является и положение об автономности черт. У ребенка еще нет этой автономности, его черты неустойчивы и не полностью сформированы. Только у взрослого человека, осознаю­щего себя, свои качества и свою индивидуальность, черты стано­вятся по-настоящему автономными и не зависят ни от биологиче­ских потребностей, ни от давления общества. Эта автономность потребностей человека, являясь важнейшей характеристикой сформированности его личности, позволяет ему, оставаясь открытым для общества, сохранять свою индивидуальность. Так Олпорт ре­шает проблему индентификации-отчуждения - одну из важнейших для гуманистической психологии.

Олпорт разработал не только свою теоретическую концепцию личности, но и свои методы системного исследования психики человека. Он исходил из того, что определенные черты существу­ют в личности каждого человека, разница только в уровне их раз­вития, степени автономности и месте в структуре. Ориентируясь на это положение, он разработал свои многофакторные опросни­ки, при помощи которых исследуются особенности развития черт личности конкретного человека. Наибольшую известность приоб­рел опросник Миннесотского университета (MMPI), который используется в настоящее время (с рядом модификаций) не только для исследования структуры личности, но и для анализа совместимости, профессиональной пригодности и т.д.

Сам Олпорт постоянно дорабатывал свои анкеты, создавал новые, считая, что данные пикеты должны дополняться результатами наблюдения, чаще всего совместного. Так, в его лаборатории практиковались совместные наблюдения за человеком, а затем обмен мнениями и составление карты черт наблюдаемого клиента. Он также пришел к выводу, что интервью дает больше информации и является более надежным методом, чем анкета, именно потому, что позволяет в ходе исследования менять вопросы, наблюдать за состоянием и реакцией испытуемого. Достаточная четкость критериев, наличие объектив­ных ключей для расшифровки, системность выгодно отличают все разработанные Олпортом методы исследования личности от субъ­ективных проективных методик психоаналитической школы.

Таким образом. Олпорт сформулировал основные положения нового направления - гуманистической школы психологии лично­сти, которая представляет собой в настоящее время одну из наи­более значительных психологических школ.

Несколько позднее присоединился к гуманистической психоло­гии американский психолог Р. Мэй (1909-1994), на психологиче­скую концепцию которого повлияли взгляды А. Адлера и идеи экзистенциальной философии. В своей теории Мэй исходил из по­ложения о том, что одним из важнейших свойств человеческой пси­хики является способность воспринимать себя и как субъекта, и как объект. Эти два полюса сознания задают пространство свободы воли, под которой Мэй подразумевал свободу выбора одного из этих двух состояний и возможность смены одного состояния другим.

Процесс становления личности, по мнению Мэя, связан с раз­витием самосознания, которое характеризуется интенциональностью и осознанием своей идентичности. Таким образом, в кон­цепции Мэя проступают черты не только психологии Брентано и Гуссерля, но и психоанализа. Это влияние особенно ощутимо в его трактовке бессознательного, которое он связывает с нереали­зованными способностями и стремлениями человека. Нереализованность приводит к возникновению тревоги, которая, усилива­ясь, способствует невротизации.

Поэтому задача психотерапевта состоит в помощи человеку при осознании причин его тревоги, зависимостей, мешающих свобод­ному развитию и самосовершенствованию. Свобода связана с гиб­костью, открытостью, готовностью к изменениям, что помогает человеку осознать себя п выстроить адекватный своей индивиду­альности образ жизни.

ГЛАВА 3. ТЕОРИЯ МАСЛОУ

А. Маслоу (1908-1970) по праву считается «духовным отцом» гуманистической психологии. Именно им были разработаны важ­нейшие теоретические положения этого направления - о самоактуализации, видах потребностей и механизмах развития личности. Своими блестящими лекциями и книгами он также способствовал распространению идей этой школы, хотя по степени популярности в США они уступают бихевиоризму и психоанализу.

Маслоу окончил Висконсинский университет и получил степень доктора психологических наук в 1934 г. На его интерес к психологии и развитие его концепции оказало огромное влияние знакомство с европейскими философами, особенно с учеными, эмигрировавшими в США, в частности, с М. Вертгеймером. Именно этот ученый, его личность, стиль жизни и творчества навели Маслоу на мысль о «самоактуализировавшейся личности» Вторым человеком, послужившим образцом для этого понятия стала известный антрополог Р. Бенедикт.

Собственная теория Маслоу, которую ученый разработал к 50-м годам, изложена им в книгах «К психологии бытия» (1968) «Мо­тивация и личность» (1970) и др. Она появилась на основе детального знакомства с основными психологическими концепциями существовавшими в тот период, так же как и сама идея Маслоу о необходимости формирования третьего пути, третьего психологи­ческого направления, альтернативного психоанализу и бихевио­ризму.

В 1951 г. Маслоу пригласили в Бренденский университет, где он занимал пост председателя психологического отделения до 1968 г. т.е. почти до самой смерти. Последние годы жизни он также был президентом Американской психологической ассоциации.

Говоря о необходимости формирования нового подхода к пони­манию психики, Маслоу подчеркивал, что он не антибихевиорист, не антипсихоаналитик, не отвергает старые подходы и старые шко­лы, но выступает против абсолютизации их опыта, против всего, что ограничивает развитие человека, сужает его возможности.

«Основным выразителем этого протеста явился Абрахам Маслоу». [IX, c. 161] Одним из самых больших недостатков психоанализа, по его мнению, является не столько стремление принизить роль сознания человека, сколько тенденция рассматривать психическое развитие сточки зрения адаптации организма к окружающей среде. В то же время одной из главных идей Маслоу была мысль о том, что, в отличие от животных, человек не стремится к равновесию со сре­дой, но, наоборот, хочет взорвать это равновесие, так как оно яв­ляется смертью для личности. Равновесие, адаптация, укоренен­ность в среде уменьшают или совсем уничтожают стремление к самоактуализации, которая и делает человека личностью. Поэто­му только стремление к развитию, личностному росту, т.е. к са­моактуализации, есть основа развития человека и общества.

Не менее активно Маслоу выступал и против тенденции сведе­ния всей психической жизни к поведению, которая была свойствен­на бихевиоризму Он считал, что самое ценное в психике - ее Самость, стремление к саморазвитию - не может быть описано и по­нято с позиций поведенческой психологии, а потому психология поведения должна быть не исключена, но дополнена психологией сознания, которая бы исследовала «Я - концепцию», Самость лич­ности.

В своих психологических исследованиях Маслоу почти не про­водил глобальных, крупномасштабных экспериментов, которые приняты в американской психологии, особенно в бихевиоризме. Для него характерны небольшие, пилотажные исследования, ко­торые не столько нащупывали новые пути, сколько подтверждали то, к чему он пришел в своих теоретических рассуждениях. Такой подход был свойствен Маслоу с самого начала, именно так он по­дошел к исследованию самоактуализации, одного из центральных понятий своей концепции гуманистической психологии.

В отличие от психоаналитиков, которые исследовали главным образом отклоняющееся поведение, Маслоу считал, что исследо­вать человеческую природу необходимо, «изучая ее лучших пред­ставителей, а не каталогизируя трудности и ошибки средних или невротических индивидуумов». Только изучая лучших людей, пи­сал он, мы можем исследовать границы человеческих возможностей и вместе с тем понять истинную природу человека, недостаточно полно и четко представленную в других, менее одаренных людях.

Выбранная им группа состояла из 18 человек, при этом 9 из них были его современниками, а 9 - историческими личностями, в чис­ло которых входили А. Линкольн, А. Эйнштейн, В. Джемс, Б. Спи­ноза и другие известные ученые и политические деятели. Эти иссле­дования привели его к мысли о том, что существует определенная иерархия потребностей человека, которая выглядит следующим образом:

физиологические потребности - в пище, воде, сне и т. п.;

потребность в безопасности - стабильности, порядке;

потребность в любви и принадлежности - в семье, дружбе;

потребность в уважении - самоуважении, признании;

потребность в самоактуализации - развитии способностей.

Одно из самых слабых мест в теории Маслоу заключалось в его положении о том, что данные потребности находятся в раз и на­всегда заданной жесткой иерархии и более «высокие» потребности (например, в самоуважении или самоактуализации) возникают только после того, как удовлетворяются более элементарные, на­пример потребность в безопасности или в любви. Не только крити­ки, но и последователи Маслоу показали, что очень часто потреб­ность в самоактуализации или самоуважении доминирует и опреде­ляет поведение человека, несмотря на то что его физиологические потребности остались неудовлетворенными, а иногда даже фрустрировали удовлетворение потребностей более высокого уровня.

Однако, несмотря на расхождение по проблеме иерархии дан­ных потребностей, большинство представителей гуманистической психологии приняли сам термин самоактуализация, введенный Маслоу, так же как и его описание самоактуализирующейся лич­ности.

Впоследствии и сам Маслоу отказался от столь жесткой иерар­хии, объединив все существующие потребности в два класса - по­требности нужды (дефицита) и потребности развития самоактуализации. Таким образом, он выделил два уровня существования человека - бытийный, ориентированный на личностный рост и самоактуализацию, и дефицитный, ориентированный на удовлетво­рение фрустрированных потребностей. В дальнейшем он выделил группы бытийных и дефициентных потребностей ценностей познаний, обозначив их терминами Б и Д (например, Б - любовь и Д-любовь), а также ввел термин метамотивация для обозначения собственно бытийной мотивации, ведущей к личностному росту

Описывая самоактуализирующуюся личность, Маслоу говорил о том, что таким людям присуще принятие себя и мира, в том числе и других людей. Это, как правило, люди естественные, адекватно и эффективно воспринимающие ситуацию, сконцентрированные на задаче, а не на себе. В то же время этим людям свойственны не только принятие других, открытость и контактность, но и стремле­ние к уединению, к автономии и независимости от окружающей их среды и культуры.

Так в теорию Маслоу входят понятия идентификация и отчуж­дение, хотя полностью эти механизмы психического развития им так и не были раскрыты. Однако общее направление его рассуж­дений и экспериментальных исследований позволяет осознать его подход к психическому развитию личности, его понимание связей между личностью и обществом.

Ученый считал, что каждый человек рождается с определенным набором качеств, способностей, которые и составляют сущность его «Я», его Самости и которые человеку необходимо осознать и проявить в своей жизни и деятельности. Поэтому именно осознан­ные стремления и мотивы, а не бессознательные инстинкты состав­ляют самую суть человеческой личности, отличают человека от животных. Однако стремление к самоактуализации наталкивается на различные трудности и препятствия, на непонимание окружаю­щих и собственную слабость, неуверенность. Поэтому многие люди отступают перед трудностями, отказываясь от желания проявить себя, самоактуализироваться. Такой отказ не проходит бесследно для личности, он останавливает ее рост, приводит к неврозам. Ис­следования Маслоу показали, что невротики - это люди с нераз­витой или неосознанной потребностью к самоактуализации.

Таким образом, общество, окружение, с одной стороны, необхо­димо человеку, так как самоактуализироваться, проявить себя он может только среди других людей, только в обществе. С другой стороны, общество по самой своей сути не может не препятство­вать самоактуализации, так как любое общество, считает Маслоу, стремится сделать человека шаблонным представителем среды, оно отчуждает личность от ее сути, ее индивидуальности, делает ее конформной.

В то же время отчуждение, сохраняя Самость, индивидуальность личности, ставит ее в оппозицию к окружающему и также лишает ее возможности самоактуализироваться. Поэтому в своем развитии человеку необходимо сохранить равновесие между этими двумя механизмами, которые, как Сцилла и Харибда, стерегут его в про­цессе развития, чтобы погубить личность. Оптимальным, считает Маслоу, является идентификация во внешнем плане, в общении человека с окружающим миром и отчуждение во внутреннем пла­не, в плане его личностного развития, развития его самосознания. Именно такой подход позволяет эффективно общаться с окружаю­щими и в то же время оставаться самим собой. Эта позиция Мас­лоу, его мысли о необходимости противостояния, но не враждеб­ности личности и общества, необходимости отчуждения от среды, стремящейся стереотипизировать человека, склонить его к кон­формизму, сделали Маслоу популярным среди интеллектуалов, так как эта позиция во многом отражала не только концепцию самого Маслоу, но и концепцию взаимосвязи между личностью и обще­ством, принятую в этой социальной группе.

Признание получил и тезис Маслоу о том, что цель личностного развития - это стремление к росту, самоактуализации, в то время как остановка личностного роста - это смерть для личности, Са­мости. При этом духовному росту мешают не только физиологиче­ские потребности, боязнь смерти, дурные привычки, но и давление группы, социальная пропаганда, которые уменьшают автономность и независимость человека. Необходимо подчеркнуть, что, в от­личие от психоаналитиков, которые рассматривали психологиче­скую защиту как благо для личности, как способ избежать невроза, Маслоу считал психологическую защиту злом, которое останавливает личностный рост. В какой-то степени причина этого противоречия станет ясной, если вспомнить о том, что для психоанализа развитие - это адаптация к среде, нахождение определенной эколо­гической ниши, в которой личность может уйти от давления среды. С точки зрения Маслоу, психологическая защита помогает адапта­ции к окружающему и, следовательно, препятствует личностному росту. Таким образом, противоположные взгляды на сам процесс развития личности рождают противоположные взгляды на роль психологической защиты в этом развитии.

Самоактуализация связана с умением понять себя, свою внут­реннюю природу, научиться «сонастраиваться» в соответствии с этой природой, строить свое поведение исходя из нее. При этом самоактуализация является не одномоментным актом, но процес­сом, не имеющим конца, это способ «проживания, работы и отно­шений с миром, а не единичное достижение», - писал Маслоу. Он выделял в этом процессе наиболее значимые моменты, которые изменяют отношение человека к самому себе и миру, стимулируют личностный рост и стремление к самоактуализации. Это может быть мгновенное переживание, которое Маслоу называл «пик-пе­реживание», или длительное «плато-переживание». В любом случае это моменты наибольшей полноты жизни, реализации именно бытийных, а не дефициентных потребностей, а потому они так важны в развитии самоактуализации, в первую очередь самоактуализации трансцендентного типа, формируемой у людей, для кото­рых наиболее значим именно трансцендентный опыт.

Необходимо отметить, что Маслоу был практически первым психологом, обратившим внимание не только на отклонения труд­ности и негативные стороны личности, но и на позитивные сторо­ны личностного развития. Он одним из первых исследовал пози­тивные достижения личного опыта, раскрыл пути саморазвития и самосовершенствования для любого человека.

ГЛАВА 4. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ КОНЦЕПЦИИ РОДЖЕРСА И ФРАНКЛА

К. Роджерс (1902-1987) окончил Висконсинской университет, отказавшись от карьеры священника, к которой готовился с юно­сти. Он увлекся психологией, а работа в качестве практикующего психолога в центре помощи детям дала ему интересный материал, который он обобщил в своей первой книге «Клиническая работа с проблемными детьми» (1939). Эта книга имела успех, и Роджерса пригласили на должность профессора в Университет Огайо. Так началась его академическая деятельность, которую он успешно продолжал до конца своей жизни. В 1945 г. Чикагский университет предоставил ему возможность открыть консультационный центр, в котором он разрабатывал основы своей индирективпой терапии - «терапии, центрированной на клиенте». Основы ее изложены в одноименной книге Роджерса, опубликованной в 1952 г. В 1957 г. он перешел в Висконсинский университет, где вел курсы психиат­рии и психологии. Здесь он написал книгу «Свобода учиться», в которой отстаивал право студентов на самостоятельность в их учебной деятельности. Однако конфликт с администрацией, считав­шей, что он предоставляет слишком много свободы своим студен­там, заставил Роджерса уйти из государственных университетов и организовать Центр для изучения личности - свободное объедине­ние представителей терапевтических профессий, в котором он и работал до конца жизни.

В своей теории личности Роджерс разработал систему понятий, позволяющую людям создавать и изменять свои представления о себе, своих близких. На основе этой теории разрабатывалась терапия, помогающая человеку изменить себя и свои отношения с окружающими. Как и для других представителей гуманистической психологии, идея ценности и уникальности человеческой личности является центральной для Роджерса. Он считал, что тот опыт, ко­торый приобретает человек в течение жизни и который он называет «феноменальным полем», уникален и индивидуален. Этот мир, создаваемый человеком, может совпадать или не совпадать с ре­альной действительностью, так как не все предметы в окружении человека осознаются им. Степень тождественности этого поля ре­альной действительности Роджерс называл конгруэнтностью. При высокой степени конгруэнтности то, что человек сообщает дру­гим, то, что происходит вокруг, и то, что он осознает в происходя­щем, более пли менее совпадают между собой. Нарушение конгруэнтности приводит к тому, что человек либо не осознает реально­сти, либо не высказывает то, что он реально хочет сделать или о чем он думает. Это приводит к росту напряженности, тревожности и в конечном итоге - к невротизации личности.

Невротизации способствует и уход от своей индивидуальности, отказ от самоактуализации, которую Роджерс, как и Маслоу, счи­тал одной из важнейших потребностей личности. Развивая осно­вы своей терапии, ученый соединил в ней идею конгруэнтности с самоактуализацией, так как их нарушение ведет к неврозу и от­клонениям в развитии личности.

Говоря о структуре «Я», Роджерс пришел к выводу о том, что внутренняя сущность человека, его Самость выражается в само­оценке, которая является отражением истинной сути данной лич­ности, его «Я». У маленьких детей эта самооценка бессознательна и представляет собой скорее самоощущение, а не самооценку. Тем не менее уже в раннем возрасте она руководит поведением чело­века, помогая понять и отобрать из окружающего то, что присуще именно данному индивиду, - интересы, профессию, общение с оп­ределенными людьми и т.д. В более позднем возрасте дети начи­нают осознавать себя, свои стремления и способности и строить свою жизнь уже в соответствии с осознаваемой оценкой себя. В том случае, если поведение выстраивается именно исходя из самооцен­ки, оно выражает истинную суть личности, его способности и уме­ния, а потому приносит наибольший успех человеку. Результаты деятельности приносят человеку удовлетворение, повышают его статус в глазах других, такому человеку не надо вытеснять свой опыт в бессознательное, так как его мнение о самом себе, мнение о нем других и его реальная Самость соответствуют друг другу, создают полную конгруэнтность.

Идеи Роджерса о том, какими должны быть истинные взаимо­отношения между ребенком и взрослым, легли в основу работ из­вестного ученого Б. Спока, который писал о том, как родители должны ухаживать за детьми, не нарушая их истинной самооцен­ки и помогая их социализации.

Однако родители, по мнению обоих ученых, не так часто со­блюдают эти правила и не прислушиваются к своему ребенку. По­этому уже в раннем детстве ребенок может отчуждаться от своей истинной самооценки, от своей Самости. Чаще всего это происходит под давлением взрослых, у которых имеется свое представление о ребенке, его способностях и предназначении. Свою оценку они навязывают ребенку, стремясь, чтобы он ее принял и сделал своей самооценкой. Некоторые дети начинают протестовать против навязываемых им действий, интересов и представлений, приходя к конфликту с окружающими, негативизму и агрессии. Стремление во что бы то ни стало отстоять себя, преодолеть давление взрослых также может нарушить истинную самооценку, так как в своем негативизме ребенок начинает протестовать против всего что идет от взрослого, даже в том случае, если это соответствует его истинным интересам. Естественно, что такой путь развития не может быть позитивным, и необходимо вмешательство психотера­певта, чтобы наладить общение ребенка с окружающими.

Однако чаще всего, отмечает Роджерс, дети и не пытаются противостоять родителям, соглашаясь с их мнением о себе. Это проис­ходит потому, что ребенок нуждается в ласке и принятии со сторо­ны взрослого. Такое стремление заслужить любовь и привязан­ность окружающих он называл «условием ценности», которое в крайнем своем проявлении звучит как желание быть любимым и уважаемым каждым, с кем человек входит в соприкосновение. «Условие ценности» становится серьезным препятствием на пути личностного роста, так как мешает осознанию истинного «Я» че­ловека, его истинного призвания, заменяя его тем образом, кото­рый приятен другим. Однако проблема не только в том, что, ста­раясь заслужить любовь других, человек отказывается от себя, от своей самоактуализации, но и в том, что при осуществлении дея­тельности, навязанной другими и не соответствующей истинным, хотя и неосознаваемым в данный момент желаниям и способно­стям, человек не может быть полностью успешен, как бы он ни старался и как бы ни убеждал себя, что эта деятельность и есть его настоящее призвание. Необходимость постоянно игнорировать сигналы о собственной несостоятельности или недостаточной ус­пешности, которые приходят к субъекту из внешнего мира, связана с боязнью изменить свою самооценку, к которой человек привык и которую он уже считает действительно своей. Это приводит к тому, что он вытесняет и свои стремления, и свои страхи, и мнения окружающих в бессознательное, отчуждая свой опыт от сознания. При этом строится очень ограниченная и ригидная схема окружающего мира и себя, которая мало соответствует реальности. Эта неадекватность не осознается, но вызывает в человеке напряжение, приводящее к неврозу. Задача психотерапевта совместно с субъектом разрушить эту схему, помочь человеку осознать свое истинное «Я» и перестроить свое общение с окружающими. Исследования, проведенные Роджерсом, доказывали, что успешная социализация человека, его удовлетворение работой и собой коррелируют с уровнем его самосознания. Эта связь более значима для нормального развития личности, чем отношение родителей к ребенку, их привязанность или отчуждение от него, социальный статус семьи и ее окружение.

Данные выводы Роджерса подтверждает и работа Келли (ученика Роджерса), который исследовал поведение преступников подросткового возраста. Келли провел объективные исследова­ния семейного климата, образования, влияния соседей, культуры общественного опыта, проанализировал состояние здоровья, на­следственность каждого преступника.

Эти факторы были классифицированы в зависимости от того насколько они благоприятствуют нормальному развитию детей. Кроме того, была сделана попытка прогнозировать благоприят­ное развитие малолетних преступников в зависимости от уровня самопонимания - того уровня, на котором индивид объективно и реалистично оценивает себя и свое положение, эмоционально принимает элементы своего «Я» и среды.

С самого начала исследователи предполагали, что существует связь уровня самопонимания с развитием агрессивности и форми­рованием определенного стиля жизни у малолетних преступников, хотя и не предполагали, что она может играть решающую роль. Данные о 75 молодых преступниках были сравнены со сведениями об их поведении и наличии повторных правонарушений, которые были получены в течение 2-3 лет после их освобождения из коло­нии. Как и ожидалось, данные о семейном климате и социальном опыте ребят помогли в какой-то степени предвидеть их будущее. Однако главное, что доказал Келли, - это то, что, основываясь на уровне самопонимания, можно получить наиболее точный про­гноз будущего поведения детей (на 84%), в то время как социаль­ный опыт и семейный климат дают меньшую точность прогнози­рования (55 и 36% соответственно).

Эти данные были подтверждены вторичным исследованием 76 молодых преступников, в котором также было доказано, что чрезвычайно эффективно прогнозировать будущее поведение ма­лолетних преступников в зависимости от уровня реалистического понимания себя и своей среды.

Роджерс из этого исследования сделал вывод, что те преступ­ники, которые осознали происходящее и свое место в свершивших­ся событиях, были «свободными» и в образном виде могли пере­жить все возможные варианты дальнейшего развития событий, что и помогло им выбрать наиболее приемлемые из них. Те же ребята, которые не могли осознать реальности, были не в состоянии про­тивостоять давлению среды, которая толкала их на путь асоциаль­ного и агрессивного поведения.

При этом Роджерс настаивал на том, что самооценка должна быть не только адекватной, но и гибкой, т.е. должна меняться в зависимости от окружения. Он говорил о том, что самооценка - это связанный образ, гештальт, который постоянно находится в процессе формирования и изменяется, переструктурируется при изменении ситуации. Постоянное изменение, избирательность по отношению к окружающему и творческий подход к нему пои от боре фактов и ситуаций для осознания, о котором пишет Роджерс, доказывают связь его теории не только с взглядами Маслоу, но и с концепцией гештальтпсихологии и идеей творческого «Я» Адлера, повлиявшей на многие теории личности, созданные во второй половине нашего века. При этом Роджерс не только говорит о влиянии опыта на самооценку, но и подчеркивает необходимость открытости человека навстречу опыту. В отличие от большинства других концепций, в которых утверждается ценность будущего (Адлер) или влияние прошлого (Юнг, Фрейд), Роджерс подчерки­вал значение настоящего, говорил о том, что люди должны нау­читься жить в настоящем, осознавать и ценить каждый момент своей жизни, находя в нем что-то прекрасное и значительное. Только тогда жизнь раскроется в своем истинном значении и толь­ко в этом случае можно говорить о полной реализации, или, как говорил Роджерс, полном функционировании личности.

Открытия Роджерса связаны не только с новым взглядом на самоактуализацию и самооценку человека, но и с его подходом к психокоррекции. Он исходил из того, что психотерапевт должен не навязывать своего мнения пациенту, а подводить его к пра­вильному решению, которое пациент принимает самостоятельно. В процессе терапии пациент учится больше доверять себе, своей интуиции, своим ощущениям и побуждениям. Он начинает лучше понимать себя, а затем и других. В результате происходит то «оза­рение» (инсайт), которое помогает перестроить свою самооценку, «переструктурировать гештальт», как говорил вслед за Вертгеймером и Келером Роджерс. Это повышает конгруэнтность и дает возможность человеку принять себя и окружающих, налаживает его общение с ними, уменьшает тревожность и напряжение. Эта терапия происходит как встреча терапевта с клиентом или в груп­повой терапии как встреча нескольких клиентов и терапевта. Такой подход позволил Роджерсу создать так называемые энкаунтер-группы, или группы встречи, которые являются одной из самых распространенных в настоящее время технологий психотерапии и обучения.

С 1942 по 1945 г.г. В. Франкл был узником в нацистских концентрационных лагерях в Аушвице и Дахау, где умерли его брат, родители и жена. Под воздействием пребывания в этих лагерях выкристаллизовались его мысли о смысле жизни и страдания, и это в какой-то мере предопределило его решение заняться распространением своих убеждений, которые помогли ему сохранить жизнь. В. Франкл умер в возрасте 92 лет в Вене, где и похоронен. Он является основателем «третьей» Венской школы психотерапии – логотерапии («логос» в данном случае – «смысл»).

Согласно взглядам В. Франкла, стремление к смыслу является центральным мотивом человеческого существования. «В явном или неявном виде – этот вопрос присущ самой природе человека». Сомнения в смысле жизни, таким образом, никогда нельзя рассматривать как проявления психической патологии, эти сомнения в значительно большей степени отражают истинно человеческие переживания, они являются признаком самого человечного в человеке. Человеку, в отличие от животных, дано обнаружить проблематичность своего существования и ощутить неоднозначность бытия. Проблема смысла жизни может буквально завладеть человеком.

Смысл не достигается путем прямого поиска, а рождается в результате открытия. Те, кто привык потакать своим слабостям, могут почувствовать свою никчемность и ненормальность, испытывая экзистенциальный вакуум, т.е. ощущение, что жизнь потеряна. Позже может развиться расстройство, которое В. Франкл назвал ноогеническим неврозом, проявляющимся в ощущении бесполезности существования. Собственно логотерапия и была направлена на излечение этой болезни. Психотерапевт помогает своему клиенту открыть смысл. При этом всячески подчеркивается, что логотерапия пытается бороться с теми душевными расстройствами, которые не относятся к разряду болезней в клиническом смысле, поскольку основное предназначение «психотерапии в духовном смысле» – справляться с теми страданиями, которые вызваны философскими проблемами, поставленными перед человеком жизнью.

Согласно В. Франклу, смысл жизни постоянно меняется, но он никогда не исчезает. «Человеческое существование никогда не бывает бессмысленным. Жизнь человека полна смысла до самого конца – до самого его последнего вздоха. И пока сознание не покинуло человека, он постоянно обязан реализовывать ценности и нести ответственность. Он в ответе за реализацию ценностей до самого последнего момента своего существования».

В противовес научным взглядам А. Маслоу и К. Роджерса, В. Франкл утверждает, что смысл выходит за рамки самоактуализации и существует на трех уровнях:

а) наивысший смысл (на уровне мироздания);

б) смысл момента;

в) общепринятый каждодневный смысл.

Мы можем обнаружить смысл жизни тремя способами:

- путем совершения поступка;

- путем переживания ценности (например, восторгаясь творениями культуры);

- путем страдания (занимаясь поиском адекватного отношения к неизбежному).

Человек перестает ценить жизнь тогда, когда теряет ее смысл. Если у человека есть основания для жизни, то он вынесет почти любые ее условия. Огромную психотерапевтическую силу имеет убежденность человека в том, что ему есть ради чего жить. «Особенно ярко это проявляется в том случае, когда человеку эта задача кажется, будто специально предназначенной для него лично, когда она представляет собой нечто вроде миссии. Такая задача помогает человеку ощутить свою незаменимость, жизнь приобретает смысл уже потому, что она незаменима».

В. Франкл считал, что каждый человек имеет свою цель в жизни, которую он в состоянии достичь. Чем больше он видит жизнь как выполнение поставленных перед ним задач, тем более полной смысла кажется она ему. Кроме того, по его мнению, жизненной задачи «вообще» не существует, «сам вопрос о задаче «вообще» или о смысле жизни «вообще» – бессмыслен...Мы всегда должны учитывать конкретную ситуацию и конкретного человека». Таким образом, обнаруживается индивидуальность и уникальность жизненных смыслов, их неповторимость. А это предполагает принятие ответственности за свою жизнь каждым человеком. Только приняв на себя ответственность можно прожить содержательно богатую жизнь.

Разрабатывая методы психотерапии и коррекции отклонений в развитии личности, все представители гуманистической психоло­гии утверждают, что каждый индивид сосредоточивается на своем «Я» и поэтому каждое наступление против своего «Я» рассматри­вает как наступление на свое существование. Р. Мэй подчеркивал, что это свойство является общим для человека и для других жи­вых существ, а потому он считал необходимым при воспитании избавить ребенка от всех возможных угроз против своего «Я», так как в противном случае угрозы приведут к стрессовому состоянию человека и развитию агрессии.

С точки зрения большинства ученых этого направления, раз­витие агрессивности тесно связано с уровнем адекватности само­оценки ребенка, так как у несамоактуализировавшихся, потеряв­ших смысл жизни людей самооценка неадекватная, негибкая, уяз­вимая. Наоборот, самоактуализированные люди всегда адекватны и уверены в себе. В то же время мнения ученых разделяются при исследовании содержания самооценки у агрессивных и тревожных людей. Нет также единого мнения о том, какой должна быть само­оценка человека, чтобы полностью исключить возможность воз­никновения у него немотивированной агрессии.

Европейские психологи, например А. Хелер, считают, что агрессивность возникает в результате заниженной самооценки, неуверенности человека в себе и, следовательно, часто переживаемой им тревоги. С помощью агрессивности человек старается вернуть по­терянную самооценку, снижаемую атаками окружающих. Хелер приходит к выводу о том, что нужно стремиться к созданию «тако­го человеческого общества, где каждый индивид будет иметь доста­точно высокую самооценку, чтобы избежать ее приобретения путем агрессивности».

Однако возможно, что в таком гипотетическом обществе людям будет гораздо труднее договориться и понять друг друга, чем сего­дня. Об этом писали и американские представители гуманистиче­ской психологии. «Не думаю, что мы должны всерьез восприни­мать европейских экзистенциалистов, которые предлагают как единственное лекарство, как мне кажется, высокомерное отноше­ние», - писал Маслоу, напоминая своим европейским единомыш­ленникам, что потеря иллюзий и открытие самого себя хотя могут быть первоначально болезненными, но в конце концов оказыва­ются облегчающими и стимулирующими.

Исследуя возможности коррекции поведения, представители гуманистической психологии ориентируются на способы развития у людей осознания своей ответственности за свое поведение, кото­рое базируется на осознании себя и своего места в мире. Поэтому их коррекционные технологии существенно отличаются от тех, которые предлагают психоаналитики и бихевиористы. Так, Род­жерс считает, что «нужно помочь людям справиться с каждоднев­ными требованиями, помочь им понять, что они не беспомощные жертвы, они имеют выбор и должны быть ответственны и внима­тельны даже тогда, когда не способны изменить ситуацию».

Попытка внедрить на практике такую модель для детей делается в так называемых «недирективных школах», где не выделяется роль учителя при распределении обязанностей в группе детей. Кроме того, многие гуманистические психологи приветствовали и модель «антиавторитарного воспитания». Эти системы образования осно­ваны на постулате гуманистической концепции о том, что позна­вательные и другие потребности личности могут саморазвиваться, если не помешает внешняя среда, которая должна лишь стимули­ровать извне такое развитие. И хотя эти попытки принесли опре­деленную пользу в реформировании системы образования многих стран, некоторые прогрессивные педагоги отмечают ограниченный и элитарный характер подобных учебных заведений, а также рез­кое снижение уровня знаний у детей, воспитывающихся при таких системах образования.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Оценивая гуманистические теории личности, необходимо от­метить, что их разработчики впервые обратили внимание не только на отклонения, трудности и негативные стороны в поведе­нии человека, но и на позитивные стороны личностного развития. В работах ученых этой школы исследовались достижения личного опыта, были раскрыты механизмы формирования личности и пу­ти для ее саморазвития и самосовершенствования.

Необходимо отметить и тот факт, что большее распространение это направление получило в Европе, а не в США, где не так сильны традиции экзистенциализма и феноменологии. Особенно важно, что эти идеи не были популярны среди американских интеллектуалов, ориентированных на прагматизм Джемса и Дьюи, в отличие от европейских ученых (например, Сартра, Камю, Антониони и других), связанных с теорией Хайдеггера и Гуссерля. Во многом именно это и подготовило почву для распространения в Европе идеи гуманистической психологии.

Появление новых тенденций в развитии психологии в конце XX в., направленных на конвергенцию лучших достижений разных психологических школ, нашло отражение и в содержании теорий гуманистической психологии, так как ее трансформация происхо­дит не только в логике одного направления, но и в более комп­лексном подходе к психологии личности.

ЛИТЕРАТУРА

1. Братченко С.Л. Экзистенциально-гуманистический подход в психологии// Психологическая газета. №01(16). 1997 г.

2. Великие психологи/ Сост. С.И. Самыгин – Ростов н/Д.: Феникс. – 2000 – 576 с.

3. Галустова О.В. История психологии: учебное пособие. – М.: ТК Велби. – 2005 – 48с.

4. Ждан А.Н. История психологии: Учебник. – М.: Изд-во МГУ. – 1990 – 367 с.

5. История психологии. XX век/ Под ред. П.Я. Гальперина, А.Н. Ждан. – М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга. – 2002 - 832 с.

6. Лучинин А.С. История психологии. Учебное пособие. – М.: Экзамен. – 2005 – 287с.

7. Марцинковская Т.Д. История психологии: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. – М.: Академия. – 2001 – 544 с.

8. Петровский А.В., Ярошевский М.Г. История и теория психологии. Том 2. – Ростов н/Д.: Феникс. – 1996 – 416 с.

9. Смит Н. Психология. Современные системы/ Пер. с англ. под общ. ред. А.А. Алексеева – СПб.: Прайм – ЕВРОЗНАК. – 2007 – 543 с.

10. Ярошевский М.Г. История психологии. – М.: Мысль. – 1976 – 463 с.