Мастера эпатажа и рекламных трюков: Когда розыгрыш – это бизнес
Сегодня, в эпоху вирусных видео и флешмобов, кажется, что искусство розыгрыша достигло небывалых высот. От пранков Саши Барона Коэна, шокирующих знаменитостей, до виртуозных интернет-мистификаций – современные технологии предоставляют безграничные возможности для тех, кто хочет подшутить, удивить или даже ввести в заблуждение публику. Однако не стоит думать, что розыгрыши и мистификации – изобретение нашего времени. На протяжении всей истории находились люди с нестандартным мышлением, богатым воображением и изрядной долей дерзости, которые превращали розыгрыш в настоящее искусство, способное вызвать смех, недоумение, а иногда и изменить ход событий. Задолго до появления телевидения и интернета эти мастера эпатажа и иллюзий устраивали невероятные представления, водили за нос целые города и даже использовали розыгрыш как инструмент для достижения своих целей – будь то реклама, слава или даже свобода. Давайте вспомним десять легендарных пранкеров и мистификаторов прошлого, чьи выходки вошли в историю.
В начале XX века, когда кинематограф только зарождался и отчаянно нуждался в способах привлечения зрителей, на сцену вышел Гарри Рейхенбах (Harry Reichenbach) – гений паблисити и пионер рекламных трюков. Этот американский пресс-агент и публицист понял, что для продвижения фильмов нужны не только афиши, но и громкие, скандальные события, способные вызвать общественный резонанс. Рейхенбах стал настоящим мастером создания таких событий, часто балансируя на грани розыгрыша и откровенного обмана. Одним из самых известных его трюков стала рекламная кампания фильма "Тарзан, приемыш обезьян". Чтобы подогреть интерес публики к экранизации романа Эдгара Райса Берроуза, Рейхенбах тайно поселил живого льва в номере одного из отелей на Бродвее. Разумеется, вскоре "случайно" об этом узнали журналисты, и новость о диком звере, разгуливающем по престижному отелю, облетела все газеты, обеспечив фильму невероятную рекламу. Для продвижения другого фильма, "Девственница Стамбула", Рейхенбах нанял восемь актеров, которые под видом обеспокоенных родственников объявили о награде в 20 000 долларов за информацию о пропавшей дочери некоего арабского шейха. Эта история также попала в прессу, вызвав сочувствие и интерес к сюжету фильма. Но, пожалуй, самой остроумной и показательной выходкой Рейхенбаха стал трюк, который он провернул с одним начинающим, никому не известным актером. Этот актер направлялся на важную встречу с влиятельным агентом, от которой зависела его карьера. Рейхенбах заплатил ему за то, чтобы по дороге в офис актер как бы случайно ронял монеты на тротуар. Прохожие, видя падающие деньги, инстинктивно начинали их подбирать и следовать за актером в надежде на новую "добычу". К тому моменту, как актер добрался до офиса агента, за ним уже шла целая толпа! Агент, увидев из окна, какой ажиотаж вызывает его потенциальный клиент, решил, что перед ним невероятно популярная и востребованная звезда. Этот хитроумный трюк, создавший иллюзию славы на пустом месте, прекрасно иллюстрирует методы Гарри Рейхенбаха – мастера манипуляций общественным мнением, превратившего розыгрыш в эффективный инструмент рекламного бизнеса.
Продолжателем традиций эпатажного пиара в середине XX века стал Джим Моран (James "Jim" Moran). Родившийся в 1908 году, Моран был американским публицистом и мастером невероятных трюков, которые он устраивал для продвижения самых разных компаний и продуктов – от киностудий и розничных сетей до производителей автомобилей и даже политиков. Его карьера началась с поистине легендарной акции: он умудрился продать холодильник General Electric эскимосу на Аляске, что стало символом высшего мастерства продаж и абсурдности рекламы. Моран обладал неистощимой фантазией на экстравагантные выходки. Он буквально воплощал в жизнь идиомы и метафоры, доводя их до абсурда. Например, он провел быка через посудную лавку, чтобы доказать (или опровергнуть?) известное выражение. Он публично искал иголку в стоге сена, превратив это занятие в зрелищное шоу. Он высиживал страусиное яйцо, демонстрируя терпение и невозмутимость. Однажды он устроил поездку по городу в такси, за рулем которого сидел шимпанзе в фуражке шофера, вызвав настоящий переполох на улицах. Моран не боялся рисковать и шокировать публику. Он даже планировал запустить карлика через Центральный парк Нью-Йорка на огромном воздушном змее, но этот рискованный трюк был вовремя остановлен полицией. Джим Моран был настоящим шоуменом от рекламы, человеком, который понимал, что лучший способ привлечь внимание – это сделать нечто совершенно невообразимое, смешное и запоминающееся. Его розыгрыши и трюки, балансировавшие на грани абсурда и гениальности, вошли в историю американского пиара и поп-культуры.
Аристократы духа и эксцентрики: Искусство розыгрыша как стиль жизни
Не всегда розыгрыши были связаны с бизнесом или рекламой. Для некоторых людей с нестандартным мышлением, богатым воображением и особым чувством юмора пранки становились своеобразным стилем жизни, способом бросить вызов условностям, посмеяться над авторитетами или просто развлечь себя и окружающих. Часто это были люди образованные, принадлежавшие к элите или богеме, для которых розыгрыш был формой интеллектуальной игры или художественного самовыражения.
Хью Трой (Hugh Troy) был именно таким человеком – художником, учившимся в престижном Корнельском университете в первой половине XX века, и одновременно легендарным пранкером, чьи выходки до сих пор пересказывают в университетских кругах. Хотя Трой так и не получил диплом (его отчислили за неуспеваемость или очередной розыгрыш), он оставил после себя богатое наследие невероятных и остроумных шуток. Его пранки отличались изобретательностью и тонким расчетом. Однажды снежной зимой он использовал корзину для мусора, сделанную из ноги носорога (видимо, охотничий трофей), чтобы оставить на заснеженном кампусе загадочные следы невиданного зверя, вызвав переполох среди студентов и преподавателей. Другой раз он незаметно раскрасил калоши приезжего лектора, нарисовав на них детальные изображения человеческих ступней, что создавало комичный эффект, когда лектор их снимал. Трой также выдумал фиктивного персонажа по имени Джонни Цал (Johnny Tsal – анаграмма от "last" – "последний"), который неизменно занимал последнее место во всех университетских соревнованиях, что породило массу шуток и недоумений. Одна из самых известных его выходок произошла в Центральном парке Нью-Йорка. Трой сидел на скамейке, затем спокойно встал, поднял эту скамейку и понес ее с собой. Его немедленно арестовали за кражу общественного имущества. Однако Трой тут же предъявил полицейским чек, подтверждающий, что он купил эту скамейку и является ее законным владельцем! Он любил играть с ожиданиями и бюрократическими нормами. Трой мог повесить табличку "Иисус Спасает" ("Jesus Saves") на фасаде местного банка, создавая двусмысленную ситуацию. Он замаскировал кусок солонины под человеческое ухо и подбросил его в музей. Он даже создал фальшивый бланк военного отчета, требующий писать донесения исключительно на липкой бумаге для ловли мух. Сегодня его, пожалуй, лучше всего помнят как создателя глобуса в холле здания Daily News в Нью-Йорке, на котором его родной город Итака (где находится Корнелл) ошибочно обозначен как столица штата Нью-Йорк – еще одна тонкая и долгоиграющая шутка. Хью Трой был интеллектуальным хулиганом, использовавшим розыгрыш как форму искусства и способ посмеяться над рутиной и предсказуемостью мира.
Другим мастером розыгрыша, принадлежавшим к высшему обществу и превратившим свою жизнь в череду эксцентричных выходок, был Уильям Гораций де Вер Коул (William Horace de Vere Cole). Этот англо-ирландский аристократ, поэт и шутник жил на рубеже XIX-XX веков и прославился своими дерзкими и тщательно спланированными пранками. Коул обладал неуемной фантазией и актерским талантом. Еще будучи студентом Кембриджского университета, он, переодевшись и изменив внешность, выдал себя за дядю султана Занзибара, прибывшего с официальным визитом. Университетское начальство и городские власти были полностью одурачены и оказали "высокому гостю" все подобающие почести. В другой раз Коул устроил званый ужин, на который пригласил только тех людей, чья фамилия содержала слово "дно" или "зад" ("bottom" на английском), создав абсурдную и комичную ситуацию. В свободное время он любил прогуливаться по улицам Лондона с привязанным к брюкам коровьим выменем, шокируя и смеша прохожих. Некоторые даже приписывают ему участие в знаменитой мистификации "Пилтдаунского человека" – "открытии" костных останков якобы ранее неизвестного предка человека, которое долгое время вводило в заблуждение научное сообщество (хотя прямых доказательств причастности Коула нет). Но самой знаменитой его авантюрой стал "Розыгрыш с 'Дредноутом'" ("Dreadnought" hoax) в 1910 году. Коул и несколько его друзей (включая будущую знаменитую писательницу Вирджинию Вулф) загримировались под членов абиссинской (эфиопской) королевской семьи, прибывших с визитом в Англию. Используя фальшивые телеграммы и рекомендации, они сумели убедить командование Королевского флота устроить им экскурсию на один из самых современных и мощных боевых кораблей того времени – линкор "Дредноут". "Высоких гостей" встретили с подобающими почестями, провели по кораблю, демонстрируя его мощь. "Абиссинцы" общались между собой на выдуманном языке, состоявшем из обрывков латыни и греческого, и выражали свое восхищение возгласами "Бунга-бунга!". Весь британский флот был поставлен в неловкое положение, когда обман раскрылся. Этот розыгрыш стал настоящей сенсацией и наделал много шума в прессе, высмеяв как чопорность военных, так и легковерность властей. Гораций де Вер Коул был истинным аристократом розыгрыша, человеком, для которого не существовало авторитетов и который находил удовольствие в том, чтобы ставить в неловкое положение сильных мира сего с помощью остроумия и тщательно спланированного обмана.
Сатира, пародия и абсурд: От литературных мистификаций до дадаизма
Розыгрыш не всегда был самоцелью или способом развлечься. Иногда он становился инструментом сатиры, пародии, социального или политического комментария. Писатели, художники, студенты использовали пранки и мистификации, чтобы высмеять общественные пороки, глупость, суеверия или бросить вызов устоявшимся художественным и политическим нормам.
Великим мастером литературной мистификации и сатирического розыгрыша был англо-ирландский писатель Джонатан Свифт, живший в XVIII веке. Его самое знаменитое произведение, "Путешествия Гулливера", – это не просто фантастическая история о приключениях англичанина в странах лилипутов, великанов, говорящих лошадей и летающих островов. Это глубокая и едкая сатира на английское общество того времени, на политические интриги, научную спесь и саму человеческую природу с ее пороками и глупостью. Свифт был мастером иронии и сарказма. В своем другом знаменитом памфлете "Скромное предложение..." он с убийственной серьезностью предлагал для решения проблемы бедности в Ирландии продавать детей бедняков богачам в качестве... еды. Этот шокирующий текст был, конечно же, горькой сатирой на безразличие английских властей к страданиям ирландского народа. Но Свифт не ограничивался литературной сатирой, он любил и розыгрыши в реальной жизни. В 1708 году он решил посмеяться над знаменитым астрологом Джоном Партриджем, который издавал популярные альманахи с предсказаниями. Свифт под псевдонимом Исаак Бикерстафф опубликовал свой собственный альманах, где, среди прочего, предсказал точную дату смерти Партриджа – 29 марта того же года. Когда предсказанная дата миновала, 30 марта, Свифт (опять же под псевдонимом) выпустил элегию, в которой с прискорбием сообщал о кончине несчастного астролога, описывая его последние часы. Новость быстро разлетелась, и многие поверили в смерть Партриджа, несмотря на то, что сам астролог отчаянно пытался доказать, что он жив и здоров, публикуя опровержения. Свифт же продолжал издеваться, утверждая, что настоящий Партридж умер, а тот, кто протестует, – самозванец. Эта литературная мистификация наделала много шума и надолго подорвала репутацию Партриджа, став классическим примером того, как остроумный розыгрыш может высмеять шарлатанство и легковерие публики.
Студенческий юмор часто бывает дерзким и изобретательным, особенно когда он направлен на пародирование серьезных общественных явлений. В 1936 году, в разгар Великой депрессии в США, два студента Принстонского университета, Льюис Горин-младший и Эрбан Раштон, создали организацию под названием "Ветераны будущих войн" (Veterans of Future Wars, VFW). Это была чистой воды пародия на различные ветеранские движения того времени, которые активно добивались от правительства досрочной выплаты бонусов ветеранам Первой мировой войны. Манифест "Ветеранов будущих войн" доводил эту идею до абсурда. Вместо того чтобы награждать ветеранов после войны, группа требовала выплатить бонус в размере 1000 долларов всем потенциальным ветеранам будущих войн немедленно, пока они еще молоды и могут насладиться этими деньгами. Логика была убийственной: зачем ждать, пока тебя убьют или покалечат? Получи деньги сейчас! Кроме того, организация требовала выплачивать пособие в 50 долларов в месяц всем матерям и будущим матерям мальчиков (потенциальных солдат). То, что начиналось как студенческая шутка, неожиданно получило огромный резонанс. Идея оказалась настолько абсурдной и одновременно злободневной, что VFW приобрела национальную известность. Отделения организации стали возникать в колледжах и университетах по всей стране, а число ее членов достигло 60 000 человек! Многие люди, в том числе политики и журналисты, восприняли эту пародию всерьез, начав обсуждать "требования" VFW. Горину пришлось арендовать офис и нанять секретаря, чтобы справляться с потоком корреспонденции. Его даже стали приглашать выступать с лекциями. Эта история – курьезный пример того, как удачная сатира может выйти из-под контроля и зажить своей жизнью, обнажая абсурдность некоторых общественных настроений и политических требований. После окончания Горином и Раштоном университета и переключения внимания активистов на другие проблемы организация постепенно распалась, оставшись в истории американского студенчества как один из самых масштабных и остроумных розыгрышей.
Начало XX века было временем бунта против старых форм искусства и общественных устоев. Одним из самых радикальных авангардных течений стал дадаизм, возникший в Цюрихе во время Первой мировой войны и затем распространившийся по Европе. Дадаисты отрицали традиционные эстетические ценности, логику, разум, провозглашая абсурд, иррациональность, случайность и протест против войны и буржуазного общества. Одним из основателей и главных идеологов дадаизма был румынский поэт и художник Тристан Тцара. Для дадаистов розыгрыш, мистификация, скандал были не просто шуткой, а важной частью их художественной и политической стратегии, способом эпатировать публику, разрушать стереотипы и высмеивать авторитеты. После переезда в Париж в 1920 году Тцара и его соратники (Андре Бретон, Ханс Арп и др.) активно использовали пранки для привлечения внимания к своему движению и дискредитации того, что они считали фальшью и лицемерием в искусстве и обществе. Одним из таких трюков стало распространение фальшивой рекламы, анонсирующей выступление знаменитого Чарли Чаплина на одном из дадаистских вечеров. Разумеется, никаких договоренностей с Чаплином не было, но реклама вызвала ажиотаж и привлекла публику, которую затем ожидали абсурдные перформансы дадаистов. Целью было высмеять культ знаменитостей и легковерие прессы. Другой известный розыгрыш – инсценировка дуэли между Тцара и другим дадаистом, Хансом Арпом. Они опубликовали в швейцарских газетах противоречивые сообщения о якобы состоявшейся дуэли, ее причинах и исходе, создав информационный хаос и посмеявшись над погоней прессы за сенсациями. Для Тцара и дадаистов розыгрыш был не просто развлечением, а формой художественного высказывания, актом абсурдистского бунта против упорядоченного и предсказуемого мира.
Предтечей дадаизма и сюрреализма в румынской литературе считается Урмуз – псевдоним писателя и юриста Деметру Деметреску-Бузэу, жившего незадолго до Тцара (1883-1923). Его творчество, дошедшее до нас лишь в небольшом количестве фрагментарных текстов, отличается абсурдистским юмором, гротеском, игрой слов и пародией на различные литературные и бытовые штампы. Урмуз был известен не только своим авангардным письмом, но и эксцентричным поведением и любовью к розыгрышам, которые носили такой же абсурдистский характер, как и его проза. Рассказывают, что он мог подойти к случайному прохожему на улице и строгим голосом потребовать предъявить документы для проверки, имитируя полицейского и ставя человека в тупик. В другой раз Урмуз с друзьями заявился в Кэлдэрушанский монастырь в Румынии и потребовал от монахов оказать им гостеприимство и обслуживание как знатным гостям, подвергнув их терпение серьезному испытанию. Он также любил подходить к семинаристам, заводить с ними серьезный разговор о национальных проблемах или политике, а затем неожиданно начинал декламировать абсолютно бессмысленные стихи или фразы, разрушая серьезность момента и вызывая недоумение. Розыгрыши Урмуза были не просто шутками, а своего рода перформансами, направленными на разрушение автоматизма восприятия, высмеивание бюрократии, общественных условностей и напыщенной серьезности. Его абсурдистское поведение и творчество предвосхитили многие приемы дадаистов и сюрреалистов, показав, что розыгрыш может быть формой философского и художественного высказывания.
Иллюзии, побеги и перевоплощения: Когда розыгрыш становится судьбой
Иногда розыгрыш перестает быть просто шуткой или перформансом, а становится способом выживания, бегства от суровой реальности или даже делом всей жизни. История знает примеры, когда люди создавали вокруг себя настолько убедительные иллюзии и мистификации, что им удавалось обманывать целые общества или совершать невероятные побеги, стирая грань между правдой и вымыслом, игрой и судьбой.
Одной из самых знаменитых мистификаторш XIX века была Мэри Бейкер, английская служанка из Девоншира, вошедшая в историю как Принцесса Карабу (Princess Caraboo). В апреле 1817 года в городке Алмондсбери в Глостершире местный сапожник встретил странно одетую молодую женщину, говорившую на непонятном языке. Она выглядела растерянной и явно была чужестранкой. Ее привели к местному мировому судье Сэмюэлю Уорреллу и его американской жене Элизабет. Женщина не могла объяснить, кто она и откуда, но с помощью жестов и рисунков дала понять, что она – принцесса по имени Карабу с острова Явасу в Индийском океане, что ее похитили пираты, она спрыгнула с корабля в Бристольском заливе и чудом добралась до берега. История звучала невероятно, но экзотическая внешность девушки (хотя она была англичанкой, но умело играла роль), ее странный язык (который она сама и выдумала) и уверенное поведение произвели впечатление на Уорреллов и местное общество. Принцессу окружили заботой и вниманием. Она демонстрировала экзотические манеры: спала на полу, молилась неведомому богу по имени Аллах Таллах, мастерски стреляла из лука и плавала голой. Ее легитимность вызывала споры. Нашлись и те, кто ей поверил. Один португальский моряк даже заявил, что смог поговорить с ней на ее "родном" языке (вероятно, это был еще один элемент мистификации или просто недоразумение). Принцесса Карабу стала местной знаменитостью, ее принимали в лучших домах Бристоля, о ней писали газеты. Однако обман длился недолго – всего несколько месяцев. Одна из бывших работодательниц Мэри Бейкер увидела ее портрет в газете и опознала в "принцессе" свою бывшую служанку. Мистификация была раскрыта. Оказалось, что Мэри Бейкер – обычная девушка из простой семьи, склонная к фантазиям и авантюрам. Ее "экзотический" язык был выдумкой, а странные отметины на голове – следами от неудачной медицинской процедуры в лондонской работной богадельне. После разоблачения Мэри на короткое время стала еще большей знаменитостью, но затем ее слава угасла. Некоторое время она пыталась выступать в Лондоне и Америке под видом Принцессы Карабу, но безуспешно. В конце концов, она вернулась в Бристоль, где до конца жизни скромно зарабатывала на жизнь продажей пиявок для местной больницы. История Принцессы Карабу – удивительный пример того, как одна находчивая девушка с богатым воображением смогла на несколько месяцев одурачить целое общество, став живой легендой. Ее история оказалась настолько популярной, что в 1994 году по ней был снят художественный фильм.
Совершенно иная история, где обман и выдумка стали не развлечением или способом привлечь внимание, а отчаянной борьбой за свободу и саму жизнь, – это история Генри Брауна по прозвищу "Бокс" (Henry "Box" Brown). Генри Браун родился в рабстве в штате Вирджиния в начале XIX века. Он работал на табачной фабрике в Ричмонде. Как и миллионы других афроамериканцев в то время, он был лишен элементарных человеческих прав и свобод. Его жизнь была полна тяжелого труда и унижений. Но самым страшным ударом для него стала разлука с семьей. Его жена Нэнси и трое детей принадлежали другому хозяину. В 1848 году хозяин Нэнси продал ее (беременную четвертым ребенком) и детей на плантацию в Северную Каролину. Генри был бессилен помешать этому, его навсегда разлучили с самыми близкими людьми. Эта трагедия повергла его в глубокое горе, но одновременно зародила в нем неукротимое желание бежать из рабства. План, который он придумал, был невероятно дерзким и смертельно опасным. Он решил отправить самого себя по почте из Ричмонда (рабовладельческий штат) в Филадельфию (свободный штат) в деревянном ящике. Для осуществления этого плана ему потребовалась помощь. Он обратился к белому сапожнику и члену церковного хора Сэмюэлу Смиту (чернокожему свободному человеку, согласно большинству источников) и белому аболиционисту Джеймсу Миллеру МакКиму в Филадельфии. Был изготовлен деревянный ящик размером примерно 0,9 метра в длину, 0,6 метра в ширину и 0,8 метра в глубину. Внутри ящик был обит грубой тканью, и в нем было проделано небольшое отверстие для воздуха. Генри взял с собой лишь немного воды и несколько сухарей. 29 марта 1849 года он залез в ящик, который заколотили и отправили экспресс-почтой Адамса как "сухие товары" по адресу МакКима в Филадельфию. Путешествие длилось 27 часов и было настоящим испытанием на выносливость и мужество. Ящик перевозили поездом, пароходом, повозкой. Его много раз переворачивали вверх дном, несмотря на надпись "Этой стороной вверх". Временами Генри чуть не терял сознание от нехватки воздуха и неудобного положения. Однажды двое грузчиков даже сели на ящик отдохнуть. Но Генри выдержал. Когда ящик наконец доставили в Филадельфию в офис антирабовладельческого общества, МакКим и его соратники с волнением вскрыли его. Генри Браун поднялся из ящика и, по легенде, произнес: "Как поживаете, джентльмены?". Его чудесное спасение стало сенсацией. Генри Браун получил прозвище "Бокс" и стал живым символом движения за отмену рабства и героем Подземной железной дороги (сети тайных маршрутов и убежищ для беглых рабов). Он выступал с лекциями, рассказывая о своей истории. Позже он создал движущуюся панораму под названием "Зеркало рабства", средства от показа которой шли на аболиционистское движение. История Генри "Бокса" Брауна – это не розыгрыш, а свидетельство невероятной силы человеческого духа, изобретательности и жажды свободы, заставившей человека пойти на смертельный риск, чтобы вырваться из ужасов рабства.