- Ты должна отдать племянника в приют, чтобы устроить личную жизнь, - сказали мне родители

Я росла в самой обычной семье. У меня были родители и родная сестра Саша. В детстве мы были похожи, у нас все было одинаково.

После окончания школы наши с Сашей судьбы стали отличаться. Я была больше погружена в учебу, в работу. Сестра не отставала, старалась получать знания, подрабатывать. Но она еще и с друзьями проводила много времени.

На последнем курсе университета Саша забеременела. Она не вышла замуж за отца ребенка, а просто стала с ним жить.

У Саши родился сын Паша. Она им занималась, а ее сожитель Кирилл зарабатывала деньги.

Когда Паше было 4 года, сестра поехала за границу вместе с Кириллом. Она сказала что это временно, что она на заработки отправляется.

Но только Саша так и не появилась дома. Она и на связь со временем перестала выходить. Родителям и мне она сообщила, что у нее своя жизнь, что у нее нет желания возвращаться в прошлое и заниматься сыном.

Так Паша остался на моем попечении. И я взяла на себя ответственность за ребенка, стала его растить.

У меня не было своей квартиры. Всю жизнь я жила с родителями. В их квартире мне было хорошо. Туда же я забрала Пашу.

Мне казалось, что вместе с мамой и папой мы поднимем племянника, поможем ему устроиться в жизни. Но тут я просчиталась.

Паша в 7 лет пошел в школу. Я его отводила туда, я его забирала. Родители не помогали мне никак вообще, хоть у них на пенсии было много свободного времени.

Но с этим я еще могла смириться. Меня удивило совершенно другое. Оказалось, что они были против, чтобы я растила Пашу. Об этом они сказали прямо.

- У тебя нет ни мужа, ни своего ребенка, - сказал папа за ужином. – Как ты думаешь дальше жить?

Я объяснила, что я планирую поставить на ноги Пашу. Мне на самом деле было важно сделать что-то для него. Но родителям этого невозможно было объяснить.

- Ты должна отдать племянника в приют, чтобы устроить личную жизнь, - сказала мама. – Кому ты с чужим ребенком нужна? А так ты еще успеешь и замуж выйти, и детей родить. Счастливой хоть станешь.

Я не могла поверить, что мои мама и папа могут предлагать такое. Они вообще не думали о ребенке, который им внуком приходится.

Я тогда четко сказала, что от Паши отказываться не собираюсь. Я думала, что родители успокоятся, все поймут. Но время показало, что они не собираются сдаваться.

В следующие месяцы у нас постоянно были споры на тему того, где должен жить Паша. Для меня этот вопрос был закрыт. Ребенок должен быть со мной.

Родители же говорили, чтобы я отдала племянника в детский дом. И когда я в очередной раз сказала, что этому не бывать, меня попросили из дома.

- Если ты не идешь на наши условия, то ты не должна больше жить в этой квартире, - сказал отец.

Я в очередной раз выбрала ребенка. Я собрала наши с Пашей вещи, ушла к подруге, которая согласилась меня приютить. А через несколько дней я нашла квартиру для съема, куда переехала.

Все мои деньги уходили на аренду, на одежду для Паши, на еду. Я подрабатывала, но это не особо спасало ситуацию.

Родители не задумались о своих поступках, когда я ушла. Это мне стало понятно по их звонкам.

Мама все время напоминала мне о дочернем долге. Она твердила, что я – предательница.

- Ты не даешь нам с отцом ни копейки денег! А ты в курсе, какие у нас пенсии? На них невозможно нормально жить. У нас все уходит на еду и лекарства. Мы с трудом платим коммуналку каждый месяц. Так и в долгах скоро окажемся. Цены ведь растут!

Родителей не волновало, как дела у их внука, что он ест, в чем он ходит. Я решила, что не буду вестись на такие провокации.

Мама и папа решили не сдаваться. В один день они мне позвонили и выдвинули ультиматум.

- Если ты не будешь помогать нам финансово, то останешься без наследства! – кричал отец. – Мы заложим квартиру, наберем кредитов. И тебе останутся только долги.

Я сказала, что и в наследство вступать не будут. Мне на самом деле ничего не нужно от этих людей.

Родители еще несколько попыток меня шантажировать делали. Но потом они поняли, что я не собираюсь отступать от своего. В итоге они оставили меня в покое, перестали вообще мне звонить. А я теперь не знаю, что с ними, как они.