Ночь. Пара палаток где-то в горах и вышка с прожектором. По сценарию это – погранзастава. По слякоти шлёпает боец и забирается под вышку, на которой стоит часовой. Часовой не возражает.
Боец вытаскивает бумагу и карандаш и начинает в ночи выводить: «Здравствуй, мама!» Почему он решил, что в ночное время под вышкой самое удобное место для написания письма? А просто Кеосаян его попросил туда сесть и даже чем-то подсветил, чтобы удобнее писать было.
В это самое время с отвесной скалы по тросам спускались двенадцать диверсантов. Визг от скольжения по этим тросам стоял такой, что даже барсук в ближайшем лесу, который не спал и тихо танцевал вокруг какого-то предмета, повешенного на суку, насторожился и перестал танцевать.
Но, к большому сожалению, часовые не услышали этого звука и не заметили диверсантов, которые спустились со скалы и перебили всю заставу за пару минут. Мамкин писарь испуганно упал лицом в грязь, пока его не заметили, а потом провожал взглядом уходящих немцев и плакал.
Медсестра Вера от лица американской дипмиссии заявилась к Печкиняну, торжественно вручила ему инвалидную коляску для его мамы, кулёк апельсинов, а также поблагодарила за лимонное дерево.
Нина отозвала Веру в сторону и сказала, что девушка она хорошая, но ей нужно держаться подальше от американца Джона. Ведь поматросит и бросит, а ей ещё жить с этим!
Вера прислушалась к совету опытной женщины и попыталась свалить от Джона, но ловкий американец перехватил её и сказал, что всё решит, но чуть позже.
Её попытка побега также не прошла незамеченной нашими спецслужбами, и противный лысый тип наорал на Веру и сказал, что она должна регулярно докладывать обо всех телодвижениях Джона, а если тот захочет её отчебурашить, она должна предоставить ему свои апельсины.
Я чего-то недопонимаю? Джон должен был насовсем уехать в США через день или два – к чему такие жертвы?!
Кстати, немалую головную боль доставляли дочери Рузвельта, Черчилля и других членов иностранной делегации. Дело было в том, что иностранцы приехали в Ялту, как на курорт, с жёнами и детьми, и девки рвались пошопиться в Симферополь.
Наших друзей опять мобилизовали и бросили на поиски вражеских диверсантов. Им сообщили: в избушке нашли убитую Люську – не иначе, диверсанты пробегали!
Турок и Печкинян приехали к избушке. Одна из маргиналок признала Печкиняна и сказала: «Слышь, ты, я расскажу, что ты бил интерес на Люську!»
Слышь, ты! А про Исмаилку, которого Люська скрывала, ты никому рассказать не желаешь?
Печкинян понял: дело дрянь, и покаялся перед Турком в том, что он хвостиком махнул и отпустил Рябу. Турок громко ругался, возмущался, и грозил военным трибуналом. Печкинян сказал: «Дай мне разобраться с Исмаилкой, а потом отдавай меня хоть куда».
Нашим героям выделили взвод солдат-сибиряков, и они все вместе пустились по следу группы диверсантов. Преследовали их они целый день, под вечер решили остановиться до утра.
И тогда Печкинян залез на пригорок повыше и стал выкрикивать имена-фамилии боевых товарищей из партизанского отряда, и когда они погибли, типа: «Иван Иванов, декабрь сорок второго!»
Так он пытался разбудить Рябину совесть.
Ряба, который в этот самый момент любезно сопровождал группу фашистов, чуть задержался и призадумался. Да Печкинян просто прирождённый психолог!
Я думал – ну, ладно, решили наши поисковики ночью отдохнуть, кто их осудит. Ведь немцы могли заминировать пути своего отхода и всё такое. Но я не ожидал, что отдыхать они будут не в лесу, а разойдутся… по домам?
Типа, встречаемся утром на этом же месте?! Прикольно!
Печкинян проснулся вечерком и встрепенулся: почему его не разбудили?! М-м… то есть, он проспал весь день, я правильно понял?!
Турок, который сидел на террасе, успокоил его и сказал, что всё пучком, диверсантов гоняют без них, а им неплохо бы отметить день рождения Печкиняна, который был как раз сегодня. На столе появились коньяк и импортные закуски: это подошёл Джон.
Американец привёл с собой медсестричку Веру, и каждый счёл своим долгом подойти к нему, сделать страшные глаза и сказать: «Хватит матросить медсестричку!!!»
Джон сказал, что напрасно ребята напрягаются, он всё решил: Вера поедет с ним в край обетованный.
Посидели, попили коньяка, Печкинян с мамой спели печальную армянскую песню.
Я даже проверил в Интернете, нет ли у Евгения Миллера в роду армян, настолько он убедительно сыграл. Оказалось – нет, там таки совсем другая история!
На следующий день поиски диверсантов продолжились!
Лежит такой боец с автоматом, всматривается в никуда, и тут на него сверху напрыгивает Ряба! Ряба жарко шепчет бойцу на ухо: «Я тебя типа убил, передай Печкиняну – декабрь сорок третьего!»
И тут же мимо бодро прошагал немецкий диверсионный отряд, за которым семенили лысый доктор и Добросред.
Кто-нибудь мне объяснит, почему боец одиноко лежал в лесу на маршруте следования диверсантов?!
Печкинян смекнул: ага, в декабре сорок третьего мы с партизанским отрядом варили супчик воон на том костре! Поэтому он сказал – никому за ним не ходить, и пошёл к старому костровищу, над которым до сих пор висел котелок: охотников за металлом в ту пору ещё не было. Сел он у костровища и стал потюкивать палочкой по котелку.
Вскоре пришёл Ряба. Ряба сказал: Люську он не убивал, но вина его. Печкинян пожурил товарища: как же так, ещё и хвост за собой привёл, вон, двое в кустах шевелятся. Ряба пожал плечами: «У меня ничего не осталось, я просто ненавижу это всё».
И Печкинян выдал эпичную фразу, достойную Министра обороны: «Ненавидеть можно, предавать нельзя!»
Ряба психанул, мол, никого он не предавал, это его предали!
Ну да, ну да. Оказывать услуги проводника фашистам на нашей земле – ничего личного, просто бизнес!
А шевеления в кустах продолжались. Ряба напоследок шепнул, что немцы спрятались в старой сторожке, и друзья открыли огонь по кустам.
Одного фашиста им удалось завалить, но второй прошил очередью незадачливого Исмаилку.
Ряба сказал: «Я не предатель!» - и помер. Тут из-за дерева выскочил Добросред и очередью из автомата с глушителем изрешетил Печкиняна.
На звуки выстрелов прискакали Турок с Джоном, убили ещё одного фашиста, а Добросред галопом поскакал в старую сторожку.
Печкинян сказал: немцы в сторожке. Хотя эта информация была абсолютно бесполезна: Турок был не местным, бойцы были из Сибири, да и Джон как-то в местных лесах ориентировался не очень.
Затем Печкинян попросил рассказать его маме, что он уехал. И умер.
Вот такая неожиданность!
Наши герои вместе с бойцами пустились вдогонку за Добросредом, добежали до сторожки и завязалась кровавая битва, в ходе которой всех немцев перебили, а Добросреда и лысого доктора повязали.
Лысый доктор всё порывался укусить воротник своего пальто, но Джон решил, что такую хорошую вещь в секонд-хенде с руками оторвут, поэтому не позволил портить зубами предмет одежды.
И вот ключевая сцена, ради которой, как я понял, и снимался весь фильм. Власик, сияя от радости, ведёт Турка и его начальника на доклад к самому товарищу Сталину, который как раз пирует за столом в обществе иностранных гостей.
Турок волнуется: дело в том, что он грязный, как свинья: накувыркался в лесу и до сих пор не привёл себя в порядок.
Власик распахивает дверь и говорит: «Заходи, герой!»
Турок, робея, заходит в банкетный зал и видит: банкет закончен, никого нет, лишь официантки убирают грязную посуду со стола.
Власик ухмыляется: «Неужели ты думал, что я пущу тебя к самому товарищу Сталину?»
Затем он указывает на объедки: «Не стесняйся, можешь съесть всё, что захочешь!» - и, смеясь, уходит.
Турок с начальником мрачно разворачиваются и тоже уходят.
Среднестатистический зритель после этой сцены ощущает себя как-то так:
Ну и в самом конце – контрольный в голову. Джон сказал Вере, что обо всём договорился, сейчас они плывут в Севастополь, где пересядут на американское торговое судно и уплывут в США. Они подошли к причалу, где у них проверили документы. После этого Джона проводили на корабль, а Веру взяли под белы рученьки.
Джон хотел рвануться к ней, но и его двое людей в штатском нежно взяли за локоточки.
Так советские скоты растоптали нежные ростки любви между русской и американцем.
Ну, тут как бы и конец фильма.
Фильм про Ялтинскую конференцию, а Сталина не показали даже в документальной хронике.
Сегодня прошла новость о том, что Союз советских офицеров обратился с открытым письмом к Путину с просьбой принять решение о переименовании Волгограда в Сталинград. Представляю себе, как перекорёжит всю съёмочную группу этого грязного сериальчика, если это всё же случится…
Список всех кинообзоров (здесь интересно!)
Статья содержит кадры из фильма «Ялта-45» (2012).