Породистого кота избивали. Не то чтобы зверски, до полусмерти, нет. Скорее, методично, с какой-то будничной злостью, как будто кот – не живое существо, а предмет, досадная помеха, которую необходимо устранить. Толкали ногой, когда он пытался проскользнуть в дверь. Шикали, брызгали водой из пульверизатора, если он осмеливался взобраться на диван. Обзывали презрительными кличками, хотя его звали Маркиз.
Маркиз и правда был породистый. С родословной, с гордым профилем, с шелковистой шерстью дымчатого оттенка. Его привезли из питомника, как дорогую игрушку, как символ статуса. Но довольно быстро наигрались. Он перестал быть милым котенком, требующим внимания и ласки. Он вырос, стал самостоятельным, независимым. А независимость не прощают.
Он всё понимал. Чувствовал перемену в отношении, видел презрительные взгляды. Сначала пытался задобрить: терся о ноги, мурлыкал, поднимал хвост трубой. Но это только раздражало. Тогда он затаился. Перестал лезть на глаза, старался быть незаметным. Уходил в дальние комнаты, прятался под кроватью. Но и там его находили, доставали, причиняли мелкие неприятности.
Он больше не мяукал, не мурлыкал. Только смотрел. Тяжелым, полным укора взглядом. Будто спрашивал: "За что?" Но ответа не было. Только тишина и равнодушная жестокость. Он заслужил это? Или это просто человеческая природа – причинять боль тем, кто слабее? Вопросы без ответов терзали его, словно когти, разрывая душу на части.
Однажды Маркиз исчез. Просто не пришел на зов, не появился на кухне во время ужина. Его хватились не сразу. Сначала подумали, что забился в дальний угол, как обычно. Но поиски не дали результата. Осмотрели все комнаты, заглянули под все кровати. Маркиза нигде не было.
В доме поднялась легкая паника. "Куда он мог деться?" – спрашивали друг друга хозяева. Выскочил в открытую дверь? Убежал в окно? Или его украли? Начали звонить знакомым, соседям. Разместили объявление в интернете. Но всё было тщетно. Маркиз словно растворился в воздухе.
Прошло несколько дней. Надежда найти его живым угасала с каждой минутой. Хозяева начали привыкать к его отсутствию. В доме стало тише, спокойнее. Исчезла раздражающая помеха. Но вместе с тем возникло какое-то странное чувство неловкости. Будто совершили что-то нехорошее, от чего теперь не избавиться.
Однажды утром, разбирая старые вещи на чердаке, хозяйка нашла его. Маркиз лежал в пыльном углу, свернувшись калачиком. Он был мертв. Его шерсть свалялась в комки, глаза были закрыты. На его теле не было видно следов насилия. Просто уснул и не проснулся. Рядом с ним лежала его любимая игрушка – старый плюшевый мышонок. Хозяйка застыла в оцепенении, держа на руках бездыханное тело. Впервые за долгое время она почувствовала угрызения совести. Слишком поздно.