К 24 апреля 1945 года, согласно данным The Times, большая часть Берлина перешла под контроль Красной армии. Советские войска, наступающие с трёх направлений, приближаются к центру города, подвергая артиллерийским обстрелам даже знаковые объекты вроде бульвара Унтер-ден-Линден. Улицы, прежде служившие площадкой для нацистских парадов, превратились в арену уличных боёв.
Гамбургское радио продолжает транслировать призывы к сопротивлению, утверждая, что Гитлер лично руководит обороной. Геббельс угрожает расстрелом тем, кто поднимет белый флаг. Однако, как отмечает издание, подобные меры не требовались защитникам Москвы или Сталинграда, сражавшимся в куда более критических условиях.
На западе войска Эйзенхауэра захватывают стратегические регионы, взяв в плен около 2 млн немецких солдат. Тем временем Красная армия, преодолевшая 2000 км от Волги, методично продвигается к центру Берлина, используя танковые клинья и штурмовые группы. Линия фронта остаётся нечёткой из-за хаотичных боёв, но советские штабы уже развёрнуты в городских кварталах.
The Times предполагает, что командование РККА избегает лобового штурма центра, предпочитая стратегию окружения. Эта тактика направлена на блокировку путей отступления и деморализацию гарнизона. Городская инфраструктура, включая военные заводы и транспортные узлы, практически уничтожена бомбардировками союзников.
Падение Берлина, по мнению издания, имеет не только военное значение. Город был оплотом прусского милитаризма и колыбелью нацизма — его захват разрушает последние иллюзии сторонников режима. Ни одна европейская столица, кроме Лондона и Москвы, не избежала оккупации, но именно крах Берлина знаменует конец 12-летнего «тысячелетнего рейха.