Найти в Дзене

Смотри, цветочек

Смотри, цветочек… 💀 Банты, белоснежный фартук, запах мела и мыла. Я шла по коридору, сжимая в руках букварь, когда услышала за спиной топот. Оборачиваюсь — а он уже здесь. Пацан из пятого класса, весь в грязи, лицо в царапинах, глаза блестят как у голодного зверя. В руках у него не веревка, а что-то длинное, жилистое, мокрое. Кишка. Человеческая. Слизкая, с обрывками плоти, обмотанная вокруг костяной палки. — Смотри, цветочек! — хрипит он, и швыряет её мне в лицо. Теплота. Липкость. Что-то скользит по щеке, заползает за воротник. Я кричу, но звук тонет в хлюпающем гуле. Срываю с лица эту штуку — и понимаю. Это не просто кишка. Из неё вылезают черви, белые, толстые, с кровавыми пятнами на сегментах. Они извиваются, падают на пол, впиваются в мои туфли. А на конце «веревки»… Голова. Крысы? Нет. Маленькая, сморщенная, с вывалившимся синим языком. Детская. Кровь. Её слишком много. Она течёт из глазниц головы, смешивается с червями, капает на фартук. Пацан хохочет, и вдруг его смех обр

Смотри, цветочек… 💀

Банты, белоснежный фартук, запах мела и мыла. Я шла по коридору, сжимая в руках букварь, когда услышала за спиной топот. Оборачиваюсь — а он уже здесь. Пацан из пятого класса, весь в грязи, лицо в царапинах, глаза блестят как у голодного зверя. В руках у него не веревка, а что-то длинное, жилистое, мокрое. Кишка. Человеческая. Слизкая, с обрывками плоти, обмотанная вокруг костяной палки.

— Смотри, цветочек! — хрипит он, и швыряет её мне в лицо.

Теплота. Липкость. Что-то скользит по щеке, заползает за воротник. Я кричу, но звук тонет в хлюпающем гуле. Срываю с лица эту штуку — и понимаю. Это не просто кишка. Из неё вылезают черви, белые, толстые, с кровавыми пятнами на сегментах. Они извиваются, падают на пол, впиваются в мои туфли. А на конце «веревки»… Голова. Крысы? Нет. Маленькая, сморщенная, с вывалившимся синим языком. Детская.

Кровь. Её слишком много. Она течёт из глазниц головы, смешивается с червями, капает на фартук. Пацан хохочет, и вдруг его смех обрывается хрустом. Его шея выгибается неестественно, позвоночник выламывается через кожу, белый осколок кости торчит из-под уха. Он падает, бьётся в судорогах, а из рта у него выползают змеи — тонкие, чёрные, с жёлтыми глазами. Они шипят, сползают по его телу, обвивают мои ноги.

Я бегу. Не знаю куда. В глазах мокро от слёз, в горле — ком из червей. В раздевалке натыкаюсь на учительницу. Она тянет меня в туалет, но вода из крана не льётся — вместо неё вырываются змеи, сотни, они бьются о раковину, обвивают её руки.

— Не плачь, — шепчет она, но её лицо вдруг сползает, как воск. Из-под кожи лезет что-то чёрное, с щупальцами, с костями, торчащими как иглы.

Я закрываю глаза. Вспоминаю маму, банты, букварь… А потом — тишину.

После.

Меня нашли в подвале, в луже ледяной воды. Фартук исчез. Волосы вырваны клоками. Врачи говорят, я молчала три месяца. А пацана того… не нашли. Только в кабинете биологии нашли клетку с надписью «Сергей, 5Б» и клубок змей, скелетов крыс и кукол с вырванными позвоночниками.

Но я-то знаю. Он там. В стенах. Шелестит кишками, шепчет: «Смотри, цветочек…»