Лето 1826 года. 60-тысячная персидская армия Аббас-Мирзы вторглась в пределы Карабаха. Разгромив русский батальон подполковника Назимки, персы выдвинулись по направлению к Шуше. К этому времени командиру 42-го егерского полка полковнику Реуту удалось сосредоточить в крепости все имеющиеся у него силы. Но этих сил, чуть более 2 тыс. было явно недостаточно, чтобы противостоять столь огромной армии противника.
26 июля лазутчики донесли о приближении к Шуше передовых персидских отрядов. Полковник Реут принимает решение оборонять крепость до последнего. Для поднятия боевого духа солдат он выступил перед ними с пламенной речью:
Я совершенно уверен, что всякий из моих сотоварищей по долгу присяги, чести, преданности к государю и любви к отечеству неизменно будет исполнять свою обязанность, не щадя себя до последней капли крови, имел в виду непременное правило – победить или умереть и тем заслужить бессмертную славу.
Ермолову было направлено срочное донесение о положении дел в Карабахе. Курьерам предстояло пробраться сквозь сплошную стену персидских войск, обложивших Шушу со всех сторон. В ночь на 27 июля из крепости вышли два казака, отправленные в Тифлис с донесением Ермолову. Пробираясь по Тифлисской дороге, они были замечены противником. Началась погоня. К счастью, донские лошади превзошли персидских скакунов и казаки успешно добрались до пункта назначения.
Началась осада крепости. Не смотря на плачевное состояние крепостных укреплений, персы не решились идти на штурм. Но положение осажденных осложнялось тем, что егеря имели всего восьмидневный запас провианта. Еще хуже дело обстояло с водой. Поэтому главными врагами солдат стали не столько персы, сколько жажда и голод. Аббас-Мирза прекрасно знал об этом, потому и не предпринимал активных действий.
В таких условиях полковнику Реуту, запертом в Шуше с отрядом в 1700 штыков, оставалось только исполнить долг храброго солдата и не посрамить честь вверенного ему полка. Но и Аббас-Мирзе Шушинская крепость была не нужна. Он опасался оставлять в своем тылу контролируемую русскими крепость. Уже вечером 27 июля в крепость явился парламентер с требованием немедленно покинуть Карабах. Аббас-Мирза дозволял гарнизону покинуть крепость с оружием, кроме того, обещал снабдить солдат провизией и подводами.
Когда Реут, на военном совете известил офицеров о предложении персов, многие отважные офицеры наотрез отказались принимать условия сдачи. Через два дня, после того как парламентер получил отказ, персы приступили к бомбардировке крепости.
В условиях острой нехватки продовольствия Реут принял решение выслать в поле с неубранным урожаем отряд фуражиров. 1 августа отряд, посланный на сбор урожая, был окружен персидской конницей. Видя, что товарищам грозит смертельная опасность, майор Клюгенау повел в атаку роту егерей. Своей атакой от втянул в бой персидскую пехоту, а конница так и не смогла справиться с фуражирами, которым удалось вырваться из окружения и вернуться в крепость.
В своих записках Клюгенау говорит, что наибольшую угрозу для него представляли не сами персы, а батальон русских солдат-дезертиров, перешедших на сторону врага. Рота Клюгенау стойко выдержала все атаки врага и отступила лишь тогда, когда фуражиры укрылись в крепости.
К великому счастью осажденных, персам не удалось перекрыть дорогу, связывающую крепость с мельницей в деревне Шушакент. Благодаря этому солдаты заготавливали муку, а не питались немолотым зероном. Аббас-Мирза неоднократно пытался взять штурмом эту деревню, но каждый раз атаки персов разбивались о стойкость армян и неприступность гор, среди которых располагалась деревня.
Стоя под Шушнй Аббас-Мирза понимал, что рано или поздно осажденным на выручку придут войска Ермолова. И он решается на отчаянный шаг - штурм.
В одну из ночей часовой услышал шум взбирающейся на вал персидской пехоты. Был дан сигнал к бою. Но когда персы приблизились на дистанцию ружейного выстрела, вся окрестность осветилась зажженными русскими подсветами, и убийственная картечь начала осыпать штурмующих. Персы, бросая штурмовые лестницы, побежали назад.
Аббас-Мирзе ничего не оставалось, как вновь начать переговоры. В этот раз они должны были пройти в персидском лагере. В крепости бросили жребий, кому ехать, и он пал на майора Клюгенау.
После обычных обоюдных приветствий, Аббас-Мирза сказал Клюгенау:
Я уже потерял всякое терпение и не могу быть более снисходительным к вам и к жителям города. Мои войска неотступно требуют нового штурма, но я не хочу кровопролития. Я все ждал, полагая, что вы образумитесь. Теперь не в моей уже воле сдерживать стремление моих храбрых войск. Я и так потерял слишком много времени через свою снисходительность.
Клюгенау молчал. Тогда Аббас-Мирза продолжил:
Неужели вы думаете, что я пришел сюда с войсками только для одной Шуши? У меня еще много дел впереди, л я предваряю вас, что соглашусь на заключение мира только на берегах Москвы”.
Заметив улыбку, невольно промелькнувшую на лице Клюгенау, он с живостью добавил:
Клянусь вам честью, что вы не получите помощи. Вы, верно, не знаете, что ваш государь ведет междоусобную войну со своим старшим братом и, следовательно, ему не до Кавказа. Что же касается Ермолова, то его давно уже нет в Тифлисе.
Клюгенау ответил лишь, что он не имеет полномочий обсуждать сдачу крепости, и с этим вопросом лучше обратиться к Ермолову. На этом переговоры закончились.
В ожидании прошла еще неделя и персы вновь пошли на приступ, но встреченные ружейным огнем отхлынули назад. И вновь Аббас-Мирза заговорил о сдаче. Было разрешено отправить к Ермолову послание, доставить которое вызвался все тот же Клюгенау. Вернувшись, он передал реуту распоряжение командующего:
Я в Грузии. У нас есть войска и еще придут новые. Отвечаете головой, если осмелитесь сдать крепость. Защищайтесь до последнего. Употребите в пищу весь скот, всех лошадей, но чтобы не было подлой мысли о сдаче крепости.
Защита Шуши одна может сделать вам честь и поправить ошибки (оставление Чинахчи без боя и гибель Назимки). Извольте держаться и не принимать никаких предложений, ибо подлецы вас обманывают. Зачем прислали Клюки, который вам нужен? Он лучший ваш помощник. Защищайтесь. Соберите весь хлеб от беков,– пусть с голоду умрут изменники. Великодушно обращайтесь с армянами, ибо они хорошо служат.
Переговоры закончились ничем. Персы опять лезли на вал, и под огнем русских солдат раз за разом отступали. Так продолжалось до 5 сентября. В полдень персидский лагерь заволновался, пришел в движение. Аббас-Мирзе донесли страшное известие - его авангард, в ходе Шамохорской битвы, разбит князем Мадатовым. Бросив блокаду, персы двинулись против отряда Мадатова. Блокада Шуши была закончена.
Подписывайтесь на мой канал в Телеграм