«Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой...» История специальной военной операции продолжает историю Великой Отечественной – нет человека, у которого сегодня не воевал бы родственник, друг, сослуживец, однокашник, сосед… Или ученик. Он был моим учеником, а я – его классным руководителем. Это был мой единственный выпуск на Севере, в 2001 году, на стыке веков. Ребята уходили во взрослую жизнь в трудное время, но с улыбками и надеждами.
Невысокий круглолицый Артем, крепкий троечник, всегда улыбался, хотя в седьмом классе они с младшей сестрой остались без мамы. Позже ушел из жизни и отец. Артему исполнилось 18 лет сразу после выпускного. От срочной службы не бегал, попал на Северный Кавказ – аккурат во вторую чеченскую кампанию. Вернулся живым, здоровым, таким же улыбчивым. Окончил колледж – выучился на крановщика. А потом случилось странное и страшное. То ли компания, то ли время, то ли отсутствие денег толкнули нескольких приятелей на поступок, который, казалось бы, стал Рубиконом – и за ним ничего: ни надежды, ни веры, ни будущего. Приговор оглушил: выйти из колонии он должен был далеко после сорока лет.
Но не озлобился, даже несмотря на то, что отвернулись от него почти все. Говорил мне: знаю, я перед Богом чист, Библию всю наизусть выучил, просто жду, когда наконец вернусь домой. Писал нечасто, но регулярно – с разных аккаунтов, номеров, мессенджеров: жив, здоров, подал на УДО, жду. Спустя время: УДО отклонили. И куча смеющихся смайлов… Ставила смайлики в ответ. Считала годы.
А в декабре 2023-го он написал: «Приезжали из Минобороны, предлагали на контракт. Отдал заявление. Жду решения».
«Лучшая в мире штурмовая пехота…»
С самого начала специальной военной операции вопрос фронтовой работы и подвигов заключенных, ушедших на передовую прямо из колоний, широко обсуждался. Одни говорили: кровью смоют свою вину. Другие выдавали сентенции типа «как же это аморально – привлекать к СВО уголовников». А в это время люди, бывшие маргиналами, изгоями, становились героями на фронтах СВО: освобождали Попасную, Северодонецк и Лисичанск, Соледар и Бахмут, вставая на небесах в один строй с самыми прославленными героями земли русской. И погибали. Их провожали в последний путь с воинскими почестями. С наградами. Все как положено, когда провожаешь героев.
Именно тогда прекратила читать одно из интернет-СМИ, раз за разом при рассказе об очередном погибшем бойце из числа бывших заключенных выкладывавшем весь его жизненный путь, фабулу преступлений и названия уголовных статей. Зачем? Он вернулся героем. И его родителям, детям, жене сейчас важно именно это. И эти слезы, сегодняшние, на могиле, – совсем не те, что лились после приговора.
На Авдеевском направлении
В конце января Тема написал: «Все, ждем самолет. Отпишусь с места». А следующее сообщение – только шестого марта: «Я в порядке». И фото в полной боевой экипировке.
Отряд «Шторм Z», куда попал Артем, входил в состав легендарной 15-й бригады «Черные гусары», названной так в память о 5-м гусарском Александрийском полку. Парней тренировали мощно: учебные выезды в заброшенные деревни с отработкой штурмовых действий, стрельбы. Тема стал гранатометчиком и стрелял из РПГ-7 лучше всех в подразделении. Смотрела на видео: попадал в цель лихо.
– РПГ у тебя прямо нестареющая классика, Тема. Почти как «УАЗ-буханка»!
– Ничего себе, вы продвинутая, – смеялся он… На передний край парни попали в начале апреля. А 8 апреля ушли на первое боевое задание в районе Бердычей. Накануне Артем прислал мне в «телеге» «кружок»: «Огромное вам спасибо за то, что вы меня поддерживаете все это время. Поддерживали, поддерживаете и, уверен, будете поддерживать. Мы сегодня уезжаем, доезжаем до базы и прямо сразу в бой. Тут объявили полное наступление. С завтрашнего утра мы как дадим этим фашистам… Спасибо вам огромное, прямо от души».
Полоснуло это видео прямо по сердцу.
«За нами Россия, Москва и Донбасс…»
Артем был прав: именно тогда и началось мощнейшее наступление наших на Авдеевском направлении – с Бердычей, Очеретино, Новобахмутовки. С первого задания он вернулся словно оглушенным.
– Задачу выполнили. Но в нас летело все. Арта, РСЗО, дроны и этот гребаный «Бредли»! Не зацепило меня – но не потому, что я такой прямо солдат-солдат. А просто повезло… За четверо суток до следующей боевой задачи он прислал фото с места дислокации: парни смеются, слушают музыку, готовят еду – что-то такое вкусное («не зря же я «кулинарный техникум» в колонии заканчивал!»), отдыхают. А на заднем плане – обгоревший остов Авдеевского коксохимического комбината.
За сутки до очередного выхода он вдруг позвал в «телеге»: «Виктория Георгиевна…»
– Да, Темушка?
– Мой командир погиб на этом задании, а он звонил с моего номера жене, она теперь пишет на мой номер ему сообщения: «Солнце, я надеюсь, ты скоро выйдешь на связь, потому что мы все очень переживаем за тебя». Что мне делать? Язык не поворачивается ей сказать.
– Вынесли его?
– Пока нет, и неизвестно когда.
– Скажи, что на задании он. Пусть для них еще живой побудет.
– Спасибо вам. Вы не просто классный руководитель, а наставник по жизни! До сих пор думаю, правильный ли дала совет…
А 20 апреля рядовой Болотный, снайпер штурмовой роты, ушел на боевое задание в район Новобахмутовки и с него не вернулся, попав при штурме населенного пункта под минометный обстрел.
Мы искали его десять дней. И все десять дней для нас он оставался живым. Волонтер Полина Сулмакова из Сургута, потерявшая в прошлом году на СВО мужа, дала контакты практически всех госпиталей в зоне СВО. Сестра Артема обзвонила их все. Ждали – может, ранен, может, в тяжелом состоянии. Хоть какой, только бы живой.
3 мая пришло сообщение: погиб, как позже оказалось, дата смерти – 23 апреля, по страшному совпадению – в день рождения сестры.
Простились с ним в родном Таежном в июне, за неделю до его дня рождения – совсем немного не дожил мой всегда улыбающийся ученик с характерным позывным «Лунтик» до своего 41 года. На церемонии прощания военком зачитал указ президента России – о награждении рядового Артемия Болотного орденом Мужества. Посмертно.
– Жаль, что многие от меня отвернулись, Виктория Георгиевна.
– Главные, Тема, в нашей жизни люди – не те, кто ушел, а те, кто рядом остается. Как вернешься домой, если будешь проезжать мимо моего дома – хоть посигналь!
– Да вы что. Я не буду сигналить. Я заеду! ...Не заедет.
Читать в источнике