Каково это – прожить многие годы с гением? Тяжело ли разделять его переживания и горести, утраты и бурные периоды вдохновения? Ответить на этот вопрос смогла бы Софья Андреевна Толстая. Судьба связала воедино жизнь её и великого русского классика Льва Николаевича Толстого. Увы, при упоминании о писателе его супруга выступает лишь как помощница, бледная тень, которую затмевает фигура её знаменитого мужа. Но так ли это?
Многие годы Софья Андреевна прожила с Львом Николаевичем в Ясной Поляне. Выйдя за него замуж, она превратилась в верного друга, соратницу, помощницу. Личность творческая и незаурядная, она могла бы составить великолепный литературный тандем с супругом, но этого не случилось. И причиной тому были особые взгляды графа Толстого.
Какую горькую правду раскрывают дневники Софьи Андреевны? Отчего её осуждали знакомые писателя? И почему она не раз задумывалась о бессмысленности своей жизни?
Соня Берс
За столиком в беседке сидит пара – солидный мужчина и совсем ещё юная девушка. Он пишет мелом первые буквы слов, а она угадывает продолжение. Постепенно его рука выводит мелом признание в любви. Если вы читали «Анну Каренину», то этот эпизод, конечно, знаком вам, но всё происходящее не было придуманным – так и было в жизни Софьи Берс и Льва Толстого.
Лев Николаевич нередко бывал в гостях у семейства Берсов, где подрастали три очаровательные дочери. Софья, девушка живая, общительная, любознательная, увлекалась живописью и музыкой, но особенно любила литературу.
Свои первые успехи на этом поприще Соня сделала ещё в юном возрасте. В 1861 году семнадцатилетняя Софья сдала экзамен в Московском университете, написав работу по теме «Музыка», и получила звание домашней учительницы.
Несмотря на дворянское происхождение и средний достаток семьи, Софья Андреевна считала, что человек должен обеспечивать себя трудом. Её отец полагал, что в будущем девушка станет неплохим автором и, как оказалось, не ошибся. Правда, достигнуть высот литературного «Олимпа» Соне было не суждено – она выбрала иное призвание.
Невеста в слезах
Поворотным моментом в судьбе девушки стало знакомство с Львом Толстым. Её родные полагали, что граф действительно будет свататься к одной из дочерей Берсов, но всё же считали, что в невесты ему больше годится сестра Софьи Елизавета.
Однако граф предпочёл мечтательную и утончённую Соню. После того романтического признания Лев Николаевич отправил Софье письмо, где уже официально предложил стать его женой и просил быть честной в своём решении:
«Только ежели от всей души, смело вы можете сказать да, а то лучше скажите нет, ежели есть в вас тень сомнения в себе».
Девушка ответила согласием. А накануне венчания Толстой, считая, что должен быть во всём честен перед своей невестой, дал ей прочесть свои дневники. Юная Софья, прочитавшая о терзаниях плоти и страстных желаниях графа касательно крестьянки Аксиньи Базыкиной, пришла в ужас. Так вышло, что на венчании в сентябре 1862 года невеста была в слезах. Толстой даже полагал, что Софья его разлюбила. Но нет – она просто была подавлена тем, что стало ей известно.
Недолгое счастье
Вскоре после свадьбы супруги отправились в Ясную Поляну, где Софье Андреевне предстояло практически безвыездно провести два десятка последующих лет. Поначалу семейная жизнь была вполне счастливой. Молодая жена Толстого не боялась домашней работы, легко находила общи язык с местными жителями, быстро вписавшись в деревенский колорит.
Правда, очень скоро Софью стали терзать приступы ревности. В дневниках она писала, что негодование и недоумение она испытала при виде той самой Аксиньи, о которой довелось читать в записках мужа. Простая полная крестьянка едва ли походила на предмет вожделения, но она видела, что подобные «бабы» нравятся Толстому, и это вызывало у неё немало переживаний.
Знакомые Льва Николаевича, бывавшие в Ясной Поляне, отмечали ум и приятное обхождение его супруги. Едва ли они могли заметить, что уже тогда в семье было не всё спокойно.
Выйдя замуж, Софья всецело доверилась своему «Лёвушке», позволив мужу «воспитывать» и «создавать» себя. Её становление проходило в патриархальной обстановке, где безусловно доминировал мужчина. Очень скоро Софья Андреевна поняла, что такой расклад тяготит её, не давая ни свободы мыслей, ни возможности развиваться. Но она всё же терпела непростой характер мужа, считая, что исполняет свой долг.
Под давлением мужа
Рождение детей ситуации не исправило. В 1863 году у Толстых родился первенец, сын Сергей. Лев Николаевич сразу заявил, что супруга должна сама кормить младенца. Софья старалась соответствовать представлениям мужа, несмотря на тяжёлые последствия родов. В конце концов женщина заболела и вынуждена была искать кормилицу. Это стало большим разочарованием для графа.
За свою жизнь Софья Андреевна родила мужу тринадцать детей, одиннадцать из которых вскармливала грудью. Помимо частых родов и беременностей, женщина была отягощена множеством домашних дел и хлопот.
Она занималась воспитанием детей, решала хозяйственные вопросы, а при этом оставалась надёжной помощницей и переписчицей своего мужа. Увы, сама она очень скоро стала осознавать, что Лев Николаевич совсем не ценит её труда и постоянных усилий:
«Как собака, я привыкла к его ласкам – он охладел… Мне скучно, я одна, совсем одна… Я – удовлетворение, я – нянька, я – привычная мебель, я женщина».
Она часто обижалась на мужа, видя, что он не собирается помочь ей даже в чём-то малом и незначительном. Но при этом Софья понимала, что он – человек необыкновенный, живущий в своём мире. Он был погружён в духовные искания, высокие сферы. Она же осознавала, что в материальных хлопотах, в ежедневной рутине едва ли сможет достигнуть с ним того духовного единства, которого он хотел.
Тем не менее Софья Андреевна старалась быть полезной для всех, кто её окружал. Для своего великого мужа она стала соратницей и помощницей, которая ночами переписывала главы его романов. Для деревенских жителей Софья Андреевна была заступницей и даже лекарем.
В книге воспоминаний «Моя жизнь» женщина писала, что она часто помогала больным, которые приходили к ней. Её радовало, когда крестьяне или их детишки оправлялись от хвори, снова возвращаясь к активной жизни. Софья Андреевна была человеком, который хотел приносить добро и пользу другим. Многие это замечали и ценили.
Не потерять себя
Несмотря на множество домашних дел, Софья Андреевна находила время и для своего творчества. Современники говорили, что супруга Толстого под стать самому Льву Николаевичу, и может считаться не менее выдающейся и масштабной фигурой. Но Софья предпочитала оставаться в тени мужа.
Как отмечает исследователь Елена Самофалова в своей работе «Самоидентификация личности женщины в воспоминаниях Софьи Андреевны Толстой», своим литературным трудом графиня старалась приобрести признание – не только у общества, но, в первую очередь, у мужа.
Однако скоро ей стало ясно, что для «Лёвушки» она навсегда останется только женой, хозяйкой, «женщиной, а не человеком». Но, несмотря на столь горькое разочарование, она продолжала творить, не потеряв себя в семейной жизни и безграничной любви к мужу.
Страшные мысли
Между супругами часто случались ссоры. Причиной одной из них стало появление в Ясной поляне композитора Сергея Танеева. Если судить по дневникам Софьи Толстой, она действительно была увлечена музыкантом, который для неё стал человеком из «другого мира» – открытого, свободного, творческого. Танеев не отвечал на чувства женщины, но Толстой заметил перемену в жене, что тоже не улучшило их взаимоотношений.
После скандалов и ссор графиня часто писала, что не видит смысла в своей жизни, порой даже допускала греховные мысли. После очередного выяснения отношений, когда Лев Николаевич заявил, что собирается уйти из семьи, Софья Андреевна провела ночь в слезах, оставив запись в своём дневнике:
«Я не могу ему показывать, до какой степени я его сильно, по-старому, 20 лет люблю… Я хочу лишить себя жизни, у меня мысли путаются…».
Лев Николаевич ушёл из дома. Нет, не тогда, когда грозился, а в 1910 году. В своём последнем письме супруге он сказал, что встреча с нею и его возвращение принесли бы семье один лишь вред. В скором времени, узнав о смерти мужа, Софья Толстая напишет: «Жить не могу». Несмотря на все страдания, которые ей причинил супруг, она продолжала любить его и теперь уже смысл жизни находила в памяти о нём.
Многие знакомые Толстого обвиняли его супругу, заявляя, что именно бесконечные ссоры с нею стали причиной ухода графа из дома. Она часто слышала упрёки в том, что оказалась недостойна гения, не оправдала его ожиданий, не смогла «дорасти» до его высоты. Софья Андреевна стойко и смиренно терпела обиды.
После смерти мужа она завершила издание его сочинений, выпустила свою переписку с ним. Софья Андреевна жила памятью о нём, и в этом находила отраду для себя. Она сохранила великое литературное наследие Льва Николаевича, в этом видя свои призвание и долг. Даже после смерти Толстого Софья Андреевна продолжала жить для него. Прожила Софья Андреевна Толстая 75 лет.
Сегодня имя Льва Толстого известно во всём мире. Но монументальная фигура русского классика часто затмевает человека, который всегда был рядом с ним – его жену. Разве могли сравниться домашние хлопоты и суета Софьи Андреевны с великими работами писателя, преобразившего русскую литературу?
Но не стоит забывать, что именно жена гения создавала ту атмосферу, в которой творил Лев Николаевич. Софья Андреевна брала на себя все заботы, чтобы подарить свободу творчества своему мужу. Ту самую свободу, о которой она сама всегда мечтала и которой у неё никогда не было.