Вот и новый рабочий день. Очень этому рад! Наверняка юные гении трудились всё это время, занимались исследованиями, готовились к занятиям со мной, ночей не спали.
Здравствуйте, Ваше Величество, доброе утро! Ну ладно, не сердитесь, не надо. Я ведь ничего плохого не сделал, ничем Вам не обидел. Правда-правда! Без завтрака Вы точно не останетесь. Видите, всё уже готово – я наполнил царскую тарелку щедрой порцией заморских яств и придвинул к ней. Всё, Нюшенька тут же повеселела, подобрела, мордочкой потерлась об мою руку в знак благодарности. Прекрасно! Что ж, могу потихонечку начинать собираться…
Жарко сегодня! Не так сильно, как вчера, но приятного мало. Слава Богу, на работе отопление уже отключили. А дома-то нет… Дома дышать нечем, сколько ни проветривай. Беда-беда.
Вот и третья (по расписанию) пара. Эх, как же хорошо начинать занятия не с раннего утра, а. Пришли юные гении, и с порога тут же заявили:
- А нам вот оценки надо в ведомость поставить за апрель.
Ну надо так надо, что тут поделать. Только вот откуда эти оценки взять? Товарищи эти уж больно ленивые, если честно. Призадумался я… Но долго размышлять мне не пришлось. Вот вам, ребята, письменное задание, работайте, солнце ещё высоко.
Начали они трудиться. Потом смотрю – одна из девушек внезапно начала чихать и кашлять, аж глаза покраснели.
- Заболела, что ли? – сочувственно поинтересовался я.
Юная дева кивнула.
- Дома бы осталась, а. Себе ведь только хуже сделаешь, да и других перезаражаешь.
Уж сколько раз твердили миру – сидите дома вы с соплями…
И тут другая студентка достает из сумки… *барабанная дробь* водяной пистолет. И давай стрелять в остальных. Больше всех досталось одной из самых активных студенток, дочери священника.
В их конфликт начала вмешиваться та самая заболевшая девочка, о которой я уже говорила. Вот разбушевались! Насилу угомонил. Не дали спокойно тетради с выполненными заданиями проверить.
Вот и следующая пара, четвертая по расписанию, и последняя на сегодня. Смотрю я тем временем тетрадь одного из студентов, и вижу – последняя страница исписана нецензурными словами.
- Иди-ка сюда, пожалуйста, - подозвал я его. – Это что за безобразие?
Юный гений смутился, попытался оправдать себя тем, что не все там слова нецензурные, да и вообще, но я лишь отмахнулся.
- Это необходимо убрать.
Взял у студентки одной замазку – ленточную, очень удобно ею пользоваться, и велел грешнику привести тетрадь в порядок.