Прошло два месяца в течение которых Матёрый изучал троицу. Встречи в ресторане постепенно переместились в роскошную квартиру Фёдора Семёновича. Хотя и общественное место успело сыграть свою роль. На третью встречу мимо их столика прошли два ветерана войны, на пиджаках которых было много наград.
- А вы воевали, Фёдор Семёнович? – спросил Антон.
- У нас в стране есть категория людей, которые, к сожалению, даже в праздники не имеют права надеть свои награды, - тихо ответил Матёрый и залпом выпил стопку коньяка.
Вроде бы ответил, а вместе с тем благородного тумана напустил.
На квартире «работать» было спокойнее. Молодёжь оценила, что её хозяин состоятельный человек. У него был телевизор, немецкий проигрыватель, а к нему отличная коллекция пластинок. В баре всегда стояли вожделенные заморские напитки. Под дым заграничных сигарет было приятно вести разговоры о жизни. Матёрый, как научный работник, часто затрагивал темы, которыми занимались родители парней и НИИ Антона. Полемика получалась жаркой. Можно было спрашивать, спорить, не оглядываясь ни на кого. Попутно Фёдор рассказывал о прелестях заграничной жизни. После таких вечеров записи разговоров передавались Мастеру. Матёрый заметил, что он стал интересен Ляле. Что ж, это делу не помеха.
Музыка, споры – это хорошо. Попутно начали играть в карты. На руку Матёрому сыграл Антон, который предложил играть на деньги по маленькой. Малые ставки переросли в большие. В карточных играх и прихватах Матёрый знал толк, потому как были и учителя толковые и практика богатая. В первый вечер он вывел игру на равных. Во второй проиграл, потом вновь на равных, а затем стал выигрывать, местами давая ребяткам мелкие выигрыши для азарта. Через две недели парни попросили в долг, поскольку уже отвалили за проигрыш хорошую сумму. Переверзев предложил не играть, но азарт, который он подогревал, брал своё. Они верили, что выигрыш рядом.
Мастер дал команду. Первым он решил обработать Олега. Фёдор пригласил его одного к себе вечером. После традиционного кофе с коньяком, Матёрый поинтересовался, какими языками и в каком пределе владеет Олег. Затем о его успехах в учёбе, общественной жизни.
- В Москве намечается всемирный фестиваль молодёжи, - продолжил Переверзев, - Для работы с делегациями нужны будут грамотные специалисты по разным направлениям. Думаю рассмотреть твою кандидатуру.
- Я готов, если надо, то всё сделаю, английский у меня, - начал неуверенно отвечать Олег.
- Английский – это хорошо, но знаешь, меня смущает одна вещь, - задумчиво глядя сквозь дым сигареты на собеседника, сказал Матёрый.
- Какая? - подался вперёд Круглов.
- Ты прикоснёшься к свободной молодёжи, - стал тихо и медленно говорить Фёдор Семёнович, словно анализируя ситуацию, - Это может сильно повлиять на тебя. Общение с ними, ты увидишь, сильно отличается от твоего общения с теми, кто тебя здесь окружает. Они открыты и говорят о том, что их волнует, о чём думают, к чему стремятся. Там будут представители разных стран и сословий. Тебе будет трудно, потому что ты – независимая личность. Ты увидишь то, чего не можешь позволить себе. Живи ты, скажем в Европе, то твои взгляды, несомненно, будут интересны и востребованы. Тебя бы слушали и, уверен, разделяли твоё тонкое мировоззрение. Более того, поверь мне, за тобой бы пошли, как за лидером, потому что ты – сильная личность, способная убеждать и предлагать свежие идеи, которые могут изменить наш мир.
Фёдор говорил о том, что было только в мечтах Круглова, но от слова САХАР у того во рту становилось сладко. Олег расправил плечи, его глаза горели. Вероятно, он видел себя в центре европейского студенчества, которое собиралось идти за ним.
- Напрасно я затеял этот разговор, - спустил собеседника на землю Матёрый, - Не надо тебе ехать на фестиваль, потому что для тебя это будет ударом. Свобода общения, идеи, новые знакомые, которые будут приглашать тебя приехать к ним в гости. Но ты даже не собираешься этого делать.
- Подождите, - выкрикнул Олег, который был уже на Олимпе и рухнул в один миг в пропасть, поскольку кому-то подумалось, что он не желает ехать, - Я не отказываюсь поехать, а даже хочу.
- Желание – сильный аргумент, - словно соглашаясь, продолжал Матёрый, - Тебе также будет нужен для этого определённый научный багаж, чтобы твой образ лидера, молодого учёного и первооткрывателя был неотразим. Знаешь, я в последнее время стал задумываться над тем, что наука интернациональна, она не имеет границ. Смотри, у нас в школах изучают физику так же, как в Швеции, Голландии, Канаде. Те же англичане не оспаривают, что мы изучаем закон Ньютона, а греки не препятствуют нам применять учения Архимеда. Почему? Потому что прогресс нужен всем. Чем быстрее мы это поймём, тем быстрее изменится наша общая жизнь к лучшему. Делятся с нами, и мы должны, нет, просто обязаны, вносить свой вклад в мировое развитие. Возьми многие наши открытия шли параллельно с западными учёными. А теперь представь, что было бы тогда, если бы их усилия в открытиях объединились? Слушай, Олег! Пожалуй тебе всё же стоит ехать, потому что именно ты можешь стать первым человеком, который сможет объединить всеобщие международные усилия. Это под силу твоему таланту!
Матёрый с восторгом смотрел на собеседника, будто тот уже объединил мир одной научной идеей! Олег, которого вновь вернули на Олимп и наделили священной миссией, вновь почувствовал свою избранность и незаменимость. Будущее сверкало в ореоле славы!
- Да, Олег, такой шанс выпадает раз в жизни и то одному из миллиона, - тихо подлил сахару в сироп его мечты Переверзев.
- Я смогу, я сделаю, - ответил с воодушевлением Олег, - Это мне по силам!
- Что же нам делать с научной составляющей? – задумался Фёдор, - Стоп, стоп, стоп, а что мы изобретаем велосипед, сидя на нём? Здесь ты имеешь полное право рассчитывать на содействие отца. В недрах промышленного гиганта найдётся много интересных технологий для того, чтобы создать тебе надёжную базу.
- Только отец не очень – то делится о своей работе, - немного приуныл парень, - На заводе есть закрытые, оборонные цеха.
- Где применяют закон Ньютона? – с улыбкой спросил Фёдор.
Они рассмеялись и обстановка разрядилась.
- Советую тебе не открывать конечную цель отцу, - в размышлении продолжил Переверзев, - Пока, по крайней мере. Ты начинаешь собирать материал для научной работы! Вот и предлог, под которым ты сможешь получить помощь папы. Потом, когда твоё имя станет воплощением прогресса, он и узнает о тебе всю правду! Только тогда уже и твоё собственное имя будет иметь вес в научных кругах Европы. А пока пусть просто поддержит твою работу!
- Да, да, - это верно, - согласился Олег, - Так будет правильно. Он тогда узнает, чего я стою!
- Чтобы у нас не перехватили инициативу, да и саму идею, - продолжил Матёрый, - Материалы будешь приносить мне. Так уж и быть, помогу тебе, как научный руководитель. От тебя потребуется усиленное изучение английского – это нужно для личного общения. В институте начинай разворачивать общественную деятельность в поддержку фестиваля. Продумай, что и как проводить, кого привлечь. И по нарастающей, вверх, вверх, да с комсомольским задором! Главное, чтобы тебя направили на фестиваль не с чьей-то подачи, а как лучшего и самого заинтересованного в мероприятии студента! Впрочем, я в этом и не сомневаюсь!
Обсудив ещё ряд практических моментов они, довольные друг другом, расстались. Условились друзей Олега в готовящееся событие не посвящать.
Следующим гостем был Антон. Начало с кофе и коньяком было традиционным.
- Антон, на ваш счёт в европейском банке отправлена сумма в пять тысяч марок, - начал с улыбкой Фёдор, - Это благодарность от западногерманской разведки за предоставленные сведения. Поздравляю с успешным началом!
Антон поперхнулся дымом и побледнел.
- К – ка – какие сведения? – спросил он с натугой.
- Вот эти, - с этими словами Матёрый встал и включил магнитофон. Зазвучал голос Антона, который рассказывал о работе своего НИИ. Его слова были склеены, но парень на это даже не обратил внимания. Получился связный монолог об определённых моментах работы учреждения.
- Я этого не говорил, - начал он, - Говорил просто так о работе.
- Дорогой мой, - ответил Матёрый, - А что изменилось? Вы сидите в мягком кресле и пьёте кофе с коньяком. Ваша работа в НИИ осталась с вами. Плюс к этому у вас появился за границей капитал. Когда – нибудь вы приедете туда, у вас появится хороший дом, отличная машина, будете работать в прекрасной лаборатории и получать хорошие деньги, будете выезжать на симпозиумы в разные страны, отдыхать во Франции, Италии, Греции – где захотите. К вашему приезду у вас будет солидное состояние, и вы будете богатым человеком. Впрочем, сравнить всегда есть с чем.
Матёрый встал и включил кинопроектор. На экране замелькали титры для служебного пользования. Появился лагерь, который снимали с высоты холма, или сопки. Ближе. Вот к воротам подходит этап. Лица уставшие, измождённые и злые. Видно, что на улице мороз и ветер. Дальше баня, прожарка вещей и барак с двухъярусными нарами. Затем показывают распорядок дня, потом подъём, завтрак и работу, обед с перечислением продуктов, которыми кормят зеков. Затем шёл рассказ о мастях, которые обитают в лагере. В конце показали кладбище за зоной.
- Вот вам, Антон, другая картина за сделанное вами, - сказал жёстко Фёдор, - Снимали, кстати, в апреле, а выглядит, как зимой. В тех скотских условиях вы не протяните и месяца из полагающихся за измену Родине 15 лет. Бабушка этого не переживёт, родители лишатся работы и прекратятся в стариков, от которых все отвернутся, а вас прикопают на том кладбище. Так что выбирайте, что вам больше нравится.
Антон не был за границей. Но даже с его настоящим местом проживания фильм был настолько контрастным, что от одного увиденного хотелось завыть. Он и представить себе не мог, что такое есть на свете, да ещё и в СССР!
- Я не изменял нашей стране, - выпив рюмку, судорожно сказал Антон.
- Антон, - вы не изменяли, - согласился Матёрый, - Вы просто выбрали свой путь. Пока вы живёте здесь, подчёркиваю – пока. Пройдёт время и перед вами, как молодым и талантливым учёным, откроется весь мир. В чём здесь измена? Вы хотите поменять место жительства, чтобы иметь хорошие вещи, машину, которая будет во сто раз лучше Олеговой, большой дом. Вы продолжите свою научную работу и сделаете новые открытия, которые будут принадлежать только вам. Разве это измена? Вы растёте, как человек и учёный и открываете для себя новые двери в будущее. Для себя, своей будущей семьи и счастливой жизни.
Антон поднял голову, потому что ему нарисовали спасительный выход
- От вас потребуется немного, - начал Матёрый …
Всё перечисленное не было обременительным для парня. В довершении матёрый расписал рост его капиталов и материальные блага, которые он сможет приобрести за границей. С Антоном они также договорились не говорить ничего его друзьям.
Когда Антон вышел из подъезда, Матёрый направился за ним. Его надлом был на лицо, поэтому необходимо было убедиться в том, что тот пошёл домой. Два дня Фёдор наблюдал за своей квартирой, проверяя, нет ли слежки. На третий он встретился в условленном месте с Антоном. Всё было нормально – парень «переварил» произошедшие перемены.
Третья встреча состоялась с Лялей в парке.
- Ляля, я неспроста подсел к вам за столик, - начал Матёрый, - У нас есть данные, что в окружении вашей мамы орудует враг. Он попытается привлечь её к своей работе. Вы должны нам помочь его вычислить.
Вычисление заключалось в сборе информации о клиентах, о чём они говорили. Большинство из них приезжало к портнихе во второй половине дня. Как раз Ляля уже находилась дома. Слушать, запоминать, начать помогать маме и наталкивать приходящих на разговоры по интересующим темам.
Его предложение раскрыло перед девушкой романтический образ рыцаря, который в последнее время стал её интересовать. Вместе с этим закралась тревога за мать, которую она любила и отдавала себе отчёт в том, что именно она обеспечивает её безбедное житьё. В - третьих, такая роль была новой игрой, не известной до этого. Поэтому девушка согласилась. Естественно, говорить об этом никому не рекомендовалось.
Таким образом, Мастер получил тройку, которая будет работать в настоящем времени и развернётся в будущем.
Ссылка 43 часть Матёрый заметает следы https://dzen.ru/a/aAZ4KFMt_hu3rOV-
Ссылка 45 часть Матёрый заметает следы https://dzen.ru/a/aA4Su60joVezhRVo