Андрей ОтМорозов
Наука и жизнь
---
(драматично-фантастический детектив)
18+
------
Все совпадения с реальными людьми и реальными событиями случайны и являются личной фантазией автора.
------
Будьте осторожны - в рассказе используются сцены насилия и лёгкой эротики.
------
Не повторяйте за героями и антигероями – это может быть опасно!
Оглавление
1. Пролог …………………………………………….. 4 - 5
2. Часть 1. Центр прошлого …………………...... 6 – 72
3. Часть 2. Кукла …………………………………. 73 - 128
4. Часть 3. Лифт ………………………………….129 - 177
5. Часть 4. Машина ………………………………178 - 240
6. Часть 5. Умный дом ………………………….. 241 - 265
7. Часть 6. Больница ……………………………. 266 - 312
8. Эпилог…………………………………………... 313 - 315
Когда наступит будущее? Завтра? Нет. Я вас поздравляю, оно уже наступило! Вот прошлого уже нет, и точно уже не будет. Или может мы с вами ещё не добрались, не достигли его, этого будущего?
Пролог
- Коль, а хата у тебя ничего так. Это твоя комната, здесь чиллишь?
- Да, Маш. Родоки в гостиной спят. А я здесь.
- Прикольно. А где твои старперы?
- Мама секцию танцев ведёт, у нее работа сейчас. А папы нету у меня. Дядя Никита вместо него.
- Отчим? А он где?
- Да он полицейский. Дома редко бывает.
- Фу, зашквар! Мейт ментом оказался. Кринжуешь за маму свою?
- Не знаю.
- Челлендж с таким жить? Хейтер он твой?
- Пока всё норм.
- Ну, криповый он, этот Никита? Булингует тебя? Ну, когда бухнет.
- Да нет, Маш. Нормальный он. Спокойный. Не пьет.
- Вообще шейм тебе, Колюнь! Мусорелла нормальным не бывает. Я краш тебе?
- Краш.
- Тогда пранкуем его? Челлендж замутим. Ок? Зачетно порофлим потом…
Часть 1
Центр прошлого
Когда вспоминаешь прожитые дни, это вызывает чувство сожаления, ведь жалко же, что что-то не успел, и этих дней уже не вернуть. А с другой стороны, ведь это пройденный путь, благодаря которому ты чего-то достиг, а дни могли же быть и не счастливыми, их хотелось прожить быстрее. Только моложе мы уже не станем и прожить прошлые дни уже не сможем, по-другому не сможем.
Реклама - двигатель торговли!
Лозунг, девиз? Да, верный и лаконичный.
Поезд метрополитена стучал колесами, мимо пролетал свод темного тоннеля. На работу Владимир Петрович Чебураков не торопился, вчера был корпоратив, решил прийти в офис к обеду, генеральный сегодня все равно не приедет. Ну, а выпил он вчера прилично, машина осталась на подземной парковке.
Владимир Петрович обычно читал новости в смартфоне, но этой ночью хорошая доза алкоголя не позволила вспомнить, что его надо зарядить, поэтому сейчас он скучал и читал рекламу на стенах вагона. Ехать еще было долго.
Так, работать в метро я не пойду, старый уже и да и не хочу, новая машина БМВ мне, конечно, нужна, но где на нее лишние деньги взять? Тампаксы мне точно не нужны, лучше сникерсы. Ха, ха…
А это что, за фигня такая? Кто-то мне про нее уже говорил. Я ещё посчитал розыгрышем. Кто-то из моих близких знакомых говорил. Я ещё посчитал розыгрышем и долго смеялся. Маргарита? Возможно. Неужели не розыгрыш? Да ладно, я же уже не ребенок, не бывает такого!
Реклама гласила, что впервые именно русскими учёными пролит свет на тайны перемещений во времени, и каждый желающий может попробовать это для себя. Причем, что самое странное, предлагалось перед этим проконсультироваться с врачом. А первый сеанс предлагался бесплатно.
Владимир Петрович задумался.
- Наверное, консультация нужна потому, что в такие фокусы может поверить только умалишённый? Или фокусы опасные? А что? А вдруг?
Консультироваться ни с кем Владимир Петрович, конечно, не стал. Просто позвонил и вечером после работы пришел по указанному адресу.
- Здравствуйте. Вы тут нормальные вообще люди, не инопланетяне?
- Как вас зовут, молодой человек?
- Владимир Петрович, а что?
- Вы правильно к нам пришли, Владимир Петрович, вы не пожалеете. Меня зовут Викентий, просто Викентий, без отчества. Как говорится в известном советском фильме - отчество я оставляю для подчиненных. Скажите честно, ведь вам стало любопытно?
- Конечно, Викентий, вы же мошенники, вы же дурите людям голову, выманивание деньги.
- Ну, зачем так сразу? Вы же ещё ничего толком не знаете. Хотя пусть даже так, пусть мы такие шарлатаны, но ведь вам все равно интересно? Ведь такого, как у нас вам никто не предложит и не предлагал никогда. Этого вообще нет во всем мире.
- Я понял. Ничего нигде нет. Развод опять. Пойду я тогда.
- Ну, кто вам сказал, что развод? Вы же прочитали нашу рекламу, там все верно указано. Причем мы от своих слов не отказываемся. Первая минута совершенно бесплатно. Причем можно это сделать прямо сегодня и прямо сейчас. Даже давайте так, Владимир Петрович. Вы нам симпатичны своим недоверием, ну и своим любопытством. Давайте мы вам сделаем три минуты бесплатно! А потом решите, шарлатаны мы или нет? Ну как вам предложение?
- Я даже не знаю. А последствия какие?
- Да никаких. Из возможных последствий только ваше внезапно возникшее желание ещё раз это проделать. Ещё раз к нам прийти. И не на три минуты.
- Да не может такого быть. Компьютерная игра? Виртуальный мир как бы в прошлом?
- Ну, нет, конечно. Разве я бы стал так хвастать, будь это простой виртуал или игра?
- Тогда, в чем подвох?
- А подвоха нет. Это новые прорывные технологии от доктора Андрея Отморозкова. Не слышали о таком?
- Нет. А что это за учёный? Фамилия доверия не внушает.
- Ну, вот видите. Вы сделали вывод о шарлатанстве, о мошенничестве. А ведь ничего не знаете о современных разработках в нейробиологии. А ещё великого ученого оскорбляет. Вы помните советский фильм "Формула любви", где доктор, которого играет известный актер Леонид Броневой, говорит, что голова предмет тёмный и исследованию не подлежит?
- Ну, конечно, это же классика советского кино. Только причем здесь голова?
- Нейробиология — сравнительно новая специальность, вовлекающая в изучение принципов работы мозга специалистов различных наук, при этом российские учёные давно уже занимаются исследованиями возможностей нашего головного мозга.
- Да, я что-то такое слышал, что мы используем возможности мозга лишь на десять процентов.
- Ну, конечно вы должны были это слышать. Это исследование известного канадского нейрохирурга Уайлдера Пенфилда. Он выяснил, что не все части мозга задействованы человеком и что есть ещё у него большой потенциал.
- Что-то припоминаю.
- Давно уже разработаны имплантаты для передачи команд от головного мозга в компьютер, это особенно актуально для парализованных людей. А импланты, которые можно использовать в качестве глаз незрячим людям?
- Викентий, мне ничего вживлять не нужно, я на это не согласен. Слышал я про всяких там зомбиков. Не хочу!
- Да ну, что вы. Такого не будет. Это уже старые технологии. И потом мы работаем только с гиппокампом. Это область мозга, принимающая участие в процессах обучения и памяти. Прибор измеряет уровень нейротрофического фактора головного мозга, потом определяет места, где нужна небольшая стимуляция и возбуждение старых, редко используемых нейронных связей в мозге. Получаем необходимый эффект. Вот и все.
- То есть вы хотите сказать, что в прошлое меня отправит мой собственный головной мозг.
- Ну, конечно, мой дорогой Владимир Петрович. В целом ваше тело останется здесь со мной в кабинете, а вот сами вы сможете реально оказаться в прошлом, причем не в каком-то чужом, виртуальном, а в своем собственном. Поэтому, конечно, наши возможности ограничены только вашими воспоминаниями и сохранившейся в мозге памятью о них. Увы. С немцами под Сталинградом вам встретиться не удастся, с Иваном Грозным вы не познакомитесь.
- Любопытно, любопытно. А что мне надо будет делать?
- А ничего. Вы ляжете в удобную позу, заснете, и будете кататься в прошлом. Уверяю вас, оно будет совершенно настоящим и абсолютно реальным. Причем, мы его здесь вообще не увидим. Потом, если захотите, расскажете нам для улучшения качества работы и привлечения новых клиентов.
- Первая минута бесплатно?
- Конечно, и я вам обещал не одну, а целых три минуты. Я сдержу обещание. И это совершенно безопасно.
- Ну, если три минуты бесплатно, то я согласен. Когда можно приходить?
- Сейчас уже поздновато, завтра можно в любое время. Давайте я вас запишу.
- Хорошо. Давайте в обед, в тринадцать часов.
- Отличное время. Только я забыл вам сказать одно небольшое условие. Алкоголь перед сеансом прошлого ни в коем случае потреблять нельзя, прямо совсем. Вы же понимаете, мозг человека под действием алкоголя меняет свои свойства и реакции. Нам же нужна ваша только чистая и светлая головка. Врач ещё осмотрит на всякий случай, давление померяет, температуру. Ну, вы понимаете.
- Я понял, конечно, конечно. Тогда до завтра, Викентий?
- До завтра, Владимир Петрович. Вы не пожалеете. Ждём вас…
***
Машины времени в "Центре прошлого" действительно не оказалось. Мягкая и удобная кровать. Лёгкая и расслабляющая музыка, стакан воды. На руки, ноги приложили резиновые присоски с проводами, на голову одели небольшой шлем, послышался небольшой гул приборов.
- Владимир Петрович, как вы себя чувствуете?
- Отлично, Викентий.
- Алкоголь точно не потребляли сегодня?
- Нет, я помню указание.
- Отличненько. Все, значит, у нас в порядке. Электродов не пугайтесь. Это стандартная процедура для нашего прибора, как при ЭКГ. Вы же делали ЭКГ?
- Да, конечно. Мне же уже немного за пятьдесят.
- Ну, это ещё средний возраст. Для нас, конечно, не очень, лучше бы постарше, тогда поглубже в прошлое можно было бы попасть. Пятьдесят - пятьдесят пять лет это, если учесть, что хорошо все помнить вы начали примерно лет с семи, то прошлое для вас может начаться примерно с 1975 года. Олимпиаду в Москве помните? Брежнева Леонида Ильича? Пионерскую организацию? Комсомол?
- Да, конечно, помню. Особенно перестройку. Но как давно это было, вернуться туда, это мечта…
- Вот, вот. Мы попробуем настроить прибор на ваше наиболее светлое и яркое воспоминание. Попробуем настроиться как раз на наиболее ранний период. Но только три минуты, как договорились.
- Да, да. Я помню. Дальше платно. Я готов, Викентий.
- Отлично. Тогда закройте глаза и расслабьтесь. Мы начинаем…
***
Я засыпаю? Сон, это сон, должен быть сон… Я сплю, и что-то должно присниться мне. Это сон, сон, я сплю…
- Эй, Вовка, ты чего остановился? Читай дальше, а то подарка от Дела Мороза не будет!
Снежок порхает, кружится,
На улице бело.
И превратились лужицы
В холодное стекло.
Где летом пели зяблики,
Сегодня — посмотри! —
Как розовые яблоки,
На ветках снегири.
Снежок изрезан лыжами,
Как мел, скрипуч и сух,
И ловит кошка рыжая
Весёлых белых мух.
- Какой молодец, выучил, и рассказал с выражением! Мама, похлопай сыну. Вовка, беги под ёлку, доставай подарок.
- Папа, а почему кошка ловит белых мух? Разве зимой бывают мухи?
- Ну, сынуля, это же автор придумал так, как будто снег это мухи. Он же летает вокруг, кружится, но при этом белый.
- Ага. Понятно…
Как это? Что это? Что здесь происходит? Вовка же я. Я мал совсем, маленькие ручки, ножки, детская одежда, брючки, рубашка. Сколько мне лет? Семь? Восемь? На стене календарь. Ого, 1979 год. Стол накрыт, конфеты, шампанское, салат, картошка, колбаса, хлеб, шпроты. А эти люди, очень знакомы, очень…
Да это ведь мои папа и мама? Они живы, они молоды. А где отцовская лысина? Как это? Я же совсем не обращал внимания тогда на них. Взрослые, ну и все. Сколько им сейчас здесь лет? Тридцать с небольшим? Какие же они молодые, какие активные, веселые. Хочется им столько сказать, рассказать о себе, расспросить об их жизни.
Как они ее прожили? Что у них было тогда интересного? Счастье? Радость? Какие проблемы? Здесь у них какой-то праздник? У нас всех праздник?
- Володька ты чего? Опять встал. Подарок не хочешь? Ищи под ёлкой, Дед Мороз положил, я сам видел. Зина, ну давай ещё раз выпьем за новый год, пусть он будет для нас для всех счастливым!
- Да, Петя, пусть он будет хорошим. Володька, а тебе хороших оценок в школе, друзей побольше.
Хотелось смотреть на них и дальше и даже подойти, поцеловать, но ноги понесли в угол комнаты, а руки потянулись под стоящую там ёлку в новогодних украшениях. Ой, так это же моя любимая машина. Это же жёлтая «Волга» такси. Металлическая. У нее же все открывается, и двери, и капот и багажник. Новенькая, в коробке, коллекционная. Моя лучшая игрушка. Где же сейчас она?
- Что же положил по ёлку Дед Мороз, Вовка? А ну, покажи?
- Да, сынок, покажи нам… Ой какая машинка. Какая красота.
Мамины руки, такие родные, такие нежные. И папины сильные, в мозолях от заводской работы.
Хотелось им что-то сказать доброе, хорошее, родное. Но губы не слушались, рот не открывался. И тогда из глаз вдруг хлынули слезы.
- Володечка, сынок, ты чего? Что с тобой?
- Вовка, тебе не понравился подарок?
- Я…я…мы, мама, папа…понрави…
***
- Я дико, предико извиняюсь, Владимир Петрович. Но мы с вами договаривались только на три минуты. Все-таки это бесплатно. Так сказать, тестовый режим.
- Где я? Кто я? Что это было?
- Вы плачете? Что такое? Прибор настроен только на яркие положительные воспоминания. Какой-то сбой? Расскажите.
- Да нет. Все хорошо. Сбоя не было. Это не произвольно, родителей увидел живыми и молодыми.
- Неужели? Я, надеюсь, вы не сомневаетесь теперь? Родители же ваши были? Не компьютерная графика?
- Да такое увидел, что нет слов. Как же это возможно? Обалдеть.
- Я же вам говорил, никаких фокусов, никаких последствий. Это современная наука. Нейробиология. Эксклюзивная промывная разработка доктора Отморозкова.
- Да ваш доктор гений. Это поразительно, это Нобелевская премия.
- Ну что вы? Зачем так сразу? Доктор и мы, его помощники скромные люди. Я так понимаю, вас наш проект заинтересовал?
- Ещё бы. Ещё бы. Это восхитительно, Викентий! Сколько минут можно еще купить? Когда?
- Все просто. Сеансами лучше не злоупотреблять. Раз в день. Завтра можете ещё прийти. Стоимость у нас не дешёвая, по пять тысяч рублей за минуту. Прибор надо обслуживать, налоги платить. Но вам за первый заказ мы сделаем скидку, пусть будет пятьдесят процентов. Ну, скажем, десять минут, будет стоить двадцать пять тысяч. Для вас, Владимир Петрович.
- Пойдет. Картой можно оплатить?
- Конечно. Договор только составим на оказание услуг. Так положено. Ещё раз напоминаю - никого алкоголя, но вы взрослый человек, думаю, мои предупреждения излишни. И запишем вас на завтра. Это же время выберем?
- Да. Хорошо…
***
Опять сон? Я засыпаю или нет? Да нет, я же все чувствую, я здесь, лежу на кровати. Датчики, музыка…
Я здесь. Или уже нет? Сон? Нет? Здесь? Нет? Где я?
- Володя, вы такой скромный? Вы со всеми такой?
- Я не знаю. Может только с вами, Оксана.
- Вы же такой опытный, столько анекдотов рассказали. А давайте потанцуем.
- Может я опытный, но не во всем. Танцевать как-то не приходилось.
- Ну, давайте попробуем. Это же легко. Вы сильный, мужественный. Берите меня за талию, вот здесь. Крепче, не бойтесь. Вот так. Ну и теперь сюда ножкой. Смотрите, как я делаю, и вы так же. Вот же получается. Давайте, кружите меня, но не сильно… Ой, ой, как вы увлекаетесь. Володя, вы настоящий кавалер, вы молодец…
Это же я, снова я. Какая лёгкость во всем теле, так я же худой, и я молодой. Ноги, какие гибкие, руки сильные. Почему я это тогда не понимал? Я вот сейчас могу все.
Мы танцуем, как прекрасно. Я помню это. Помню. Это Оксана, моя бывшая жена. Здесь мы только познакомились. Здесь мы так молоды и все впереди ещё. Так много впереди. Но этот вечер, он незабываем.
Оксана просто принцесса, эта упругая молодая грудь, упершаяся сейчас в меня. Эта осиная талия, которая потом исчезнет и даже выйдет в большой жирный плюс, далеко за пределы этого тоненького платья. Эти хрупкие белые ручки, эти темные локоны длинных густых волос, ещё не знающих проседи, а ножки в этих розовых туфельках просто чудо чудесное. Запах духов тоже знаком. Все в образе прекрасно. Как я это тогда не видел? Хотя нет, видел, раз сейчас здесь, но не осознавал этого счастья, не ценил этих минут.
- Володя, вы все же очень стеснительный. Вас пугает обстановка? Или музыка не та?
- Да, точно, я не люблю танго. Мне бы Abba, Dschinghis Khan или Boney М. Короче, диско мне нравится.
- А, ну конечно, сейчас они в моде. Подождите, Володя, сейчас включат. В нашем клубе ребята современные, у них есть такие кассеты.
Что же я жду, у меня же только десять минут оплачено. Наверное, уже пять прошло, а я так робок. Как мало времени, как мало! Первое свидание. Первая любовь. Да что я все танцую, хватит…
- Оксаночка, пойдем на улицу, подышим.
- Володя мы перешли на ты?
- Извини, Оксана, не удержался, сама меня в робости винишь.
- Как внезапно. Прямо Ромео.
Наконец. Я молодец, на ты перешел. А она и не против. Конечно, не против. Мы потом поженимся. Значит, я здесь ей уже нравлюсь.
Хотя, может, быть зря нравлюсь? Ведь развелись потом. Да, но ведь у нас дочка родилась, Олечка. Если мы бы не танцевали в этом городском дворце культуры, и ее бы не было…
Но что же дальше было в тот вечер? Мы спали или нет? Не помню совсем…
- Володя, прохладно сегодня, правда? Звёзды красивые, небо без туч. Красиво?
- Да, небо хорошее. Оксана, возьми мою куртку. Она теплая.
- Ну что ты, сам же замёрзнешь, не надо.
- Нет, нет, я же кавалер. Одевай смелее… Теперь тепло?
- Да, спасибо. Ты такой настоящий, ты рыцарь!
- Давай я вот здесь застегну, тут молния заедает, теплее будет. Не бойся, не бойся, Оксана…
- Ой, Володька, ну ты…
Они стояли посреди улицы. Молодой парень и девушка. Она хрупкая и нежная в большой мужской куртке, он сильный, худой и высокий в одной рубашке. Долгий поцелуй губы в губы, первый и такой горячий. Встретились, словно два магнита. Замерли и остановились. А с ними остановился весь мир. На долго, на очень долго.
Значит, вот почему так запомнился этот вечер. А дальше что?
- Володька, ты меня любишь?
- Да, Оксанка. Очень.
- Тогда поцелуй меня ещё, я не хочу расставаться.
- Да, мы не расстанемся, мы будем вместе, всегда.
- Правда?
Что за фигню я несу? Да замолчи ты. Сам свой язык не могу тормознуть. Как бы и нет желания молчать. Но что несу? Зачем?
- Правда. Я люблю тебя, Оксана, люблю…
***
- Владимир Петрович, Владимир Петрович, ау! Вы меня слышите? Это я Викентий, компания "Центр прошлого". Вы сейчас здесь, в нашем времени, в будущем, в настоящем.
- Оксана, я… Какое будущее? Какой Викентий? Какое настоящее? Где Оксана? Что за центр?
- Вот как наш прибор хорошо работает. Всего десять минут, а вы уже не отличаете прошлое от будущего, Владимир Петрович. Интересно там было?
- А, да… Я здесь, у вас? Интересно… Очень… Первое свидание и первый поцелуй… Не ожидал…
- Я рад, что вам понравилось. Наши клиенты все в восторге. И никто вас не обманул. Теперь уж точно нет сомнениям?
- Нет сомнениям, это мощно, это волшебно, да это невозможно!
- Ладно, ладно, расскажите все знакомым и друзьям. Мы и так все знаем. Это наша работа. Итак, ждать вас снова. Придете?
- Да, да. Конечно, обязательно…
***
- А, Владимир Петрович, дорогой. Вы опять у нас. Как я рад вас видеть. Ещё разок перенесемся в прошлое, да? Ощутим мгновения радости и счастья?
- Да, здравствуйте, Викентий, пожалуй, так. Не могу не зайти. Уж очень занятное дело оказалось. Уж очень понравилось.
- Я рад за вас. Без алкоголя? Ну, конечно, нет. Вы же серьезный человек. Сегодня сколько минут возьмёте? Глубоко будем смотреть или не сильно?
- А давайте, Викентий, как в прошлый раз. Но двадцать минут, десять мало. Я пока не освоился.
- Уважаю ваш выбор, вы абсолютно правы. Не надо больших экспериментов. Двадцать немного, двадцать в самый раз. Как говорит доктор Отморозков, во всем нужна мера, фанаты долго не работают. Стоимость, пожалуй, оставим туже, как у постоянного клиента. Да мы вам и карточку теперь выдадим бонусную. Оплачивайте и вперёд, Владимир Петрович.
- Отлично, я готов…
***
Руки мои, ноги мои, голова, тело, я опять молод, бодр. Знакомый коридор, за окном поют птицы, лето. Чем этот день для меня был значим? Не помню. Ребята знакомые.
Ого, это же Валька Чернышёв. Точно. Но он же умер лет двадцать назад, ещё тогда, в те лихие девяностые годы. Мать моталась по заграницам, обеспечивала сына всем, баловала, как могла. Он потом вырос, возмужал, в бизнес подался, машину купил Жигули. Но лихачил по жизни. Понесло, как говорится.
Мчался однажды очень быстро, но в поворот не вписался, вылетел на встречную, а там другая машина, побольше, грузовая, лобовое столкновение. Я же был на похоронах. Мать его так сильно плакала. Как же это?
- Вован, здорово, ты готов?
- Как всегда, Валька, ты же знаешь мой принцип - если не сдам, то выучу!
- Хороший принцип, но сейчас же госэкзамен. А если завалишься?
- Пронесёт…
Ого, как меня занесло. Это же мой институт. А это выпускной экзамен, получается. Точно. А вот и остальные ребята. Все молодые, классные. Сейчас у всех вся жизнь впереди, планов громадье, и, кажется, что весь мир падёт к ногам.
Встречались с некоторыми в прошлом году, да там же пожилые люди какие-то, толстые, лысые, седые. А здесь вот они все, мои дорогие, как же я вас давно не видел.
А вот же Светка Чудакова, вроде утонула она лет через десять после института, ребята рассказывали. А это Кирилл Зачётов, он, говорили, тоже умер от чего-то, инфаркт или инсульт. На встречи не приходил. Как же я это тогда не понимал ничего.
Эти дорогие минуты. Но ведь не из-за них же я здесь сейчас? В чем здесь особая радость? Экзамен? Так это наоборот стресс. В нем нет счастья, хотя помню его, конечно, хорошо…
- Заходите на экзамен, пожалуйста.
- Вован, пошли, за мной садись.
- Хорошо, Валька, спасибо.
Так, что же я делал тогда? А, так это математика. Билет номер тринадцать вроде. Ну да, вот я его и схватил опять, ничего не поменялось в моем прошлом. Как тогда, так и сейчас совсем не помню на него ответа. Потому что не учил нифига. Работал ночью, палатку охранял коммерческую от вандалов и алкашей. Женился только, только, и дочка Олечка как раз родилась совсем недавно. Какой же я двоечник…
"Решение системы линейных уравнений методом Гаусса, формула Крамерра".
Второй вопрос не лучше: "Квадратичные и билинейные формы, положительная определенность, закон инерции".
Ужас, ужас! Почему у меня такой недетский страх в голове? Ну да, я же не знаю этот билет. Состояние шока. Паника. Но это же уже было, я ведь его сдал тогда. Я ведь закончил свой физико-математический институт. Как я его сдал? Шпора? Не было времени писать. Что ещё? Я ерзаю. Я смотрю по сторонам. Паника? Да. Это именно она. На лбу выступил пот, руки слегка мандражируют. А вокруг все пишут, все заняты. Паника все нарастает, я чувствую ее все сильнее. Зачем-то пишу вопросы на бумажке. И это мое молодое тело мне уже и не важно, сердце прыгает, дышать нечем. Куда это я?
- Разрешите окошко открыть?
- Билет не знаете? Душно стало?
- Ну что вы, знаю, знаю, просто лето, жарко.
- Хорошо, откройте.
Так, я же не просто так встал. Значит, у меня был план. Точно. Я бросил бумажку Вальке Чернышеву. Он подобрал. Отлично. Открыл, сел обратно. Как же дальше? Шпору даст? Не помню…
Он отличник, у него шпор нет, он все знает. Но он мой друг, он придумает. Руку назад сделал, а я ему билет? Точно. Делать вид, что пишу? А, да, точно. Делаю вид. Какой я испуганный. Какой я паникер. Сейчас уже не такой. Сейчас смелый, сильный, важный. А ведь посади меня сейчас за эту работу, я ведь не отвечу ничего, как и тогда в 1995 году. Значит, умнее то я и не стал, хоть и сдал тот экзамен. Как же сердце колотиться, ещё и глаз правый задёргался. В моем реальном возрасте это инсульт… Что же дальше?
- Володька. Да не крутись ты. Держи свой билет. Тихонько. Я и задачу твою решил. Прочитай все только сначала, потом профессору прочитаешь.
- Спасибо тебе, Валька, и…
Владимир Петрович пытался сказать Вальке ещё, предупредить про аварию, чтобы не ездил, чтобы вел машину аккуратно, не гнал, хотел сказать, чтобы он берег себя, но, увы, не получалось. Рот открыт, а слов нет.
- Вова, ты чего?
- А не знаю, мысли какие-то в голове тревожные вдруг накатили, муть, какой-то голос далекий почувствовал откуда-то, невнятный. Забей. Дружбан ты мой настоящий, выручил в трудную минуту. Спасибо!
- Нормально все, ты бы также сделал…
Так, я же не могу говорить за себя в том времени. Или могу как-то? Но ведь я пытался сказать ему, чтобы себя берег, намекая, что разобьется он скоро, совсем скоро, через какие-то три года, в 1998 году. Но ведь я не сказал ему про машину, не смог. Попробую после экзамена. Вдруг получится…
- Так, так… Чебураков Владимир. Билетик четырнадцатый. Хороший билетик. И цифра хорошая. Повезло вам.
- Почему повезло?
- Не тринадцать, хотя рядом. А чей тринадцатый?
- У меня профессор. Чернышев Валентин.
- А хорошо. Готовы? Давайте, Чебураков, отвечайте. Потом вы, Чернышёв.
- Да, профессор.
Что я там несу? Читаю из билета. А ведь как уверенно, как четко. Все Валька, дружбан, его заслуга, как выручил.
- Да, вижу, вы не зря, Чебураков, эти пять лет сюда ходили. Не зря лекции посещали. И задача у вас решена, смотрю. Ну что же, пятерка. Тут бесспорно. Блестяще. Давайте зачётку. Я вас поздравляю!
- Спасибо, профессор!
Ура! Вот оно ликование. Оказывается, для него так мало и так много надо. Какая-то оценка, маленькая запись, цифра, которую может поставить кто угодно в зачетной книжке, двадцать минут страха, финал, и я уже на седьмом небе от счастья. А ведь и не учил. Ура! Ура! Побежал на улицу, побежал.
Но как же там Валька? Получается ведь, что мой билет был тринадцатым, он его заменил, отдал мне свой четырнадцатый? Надо узнать, надо спросить, но я убежал, убежал…
***
- Профессор, профессор…
- Владимир Петрович, ну что вы, что вы, я пока что не профессор и даже не доцент, я администратор, я ассистент.
- Чернышёв, как там Валентин Чернышёв?
- Я не знаю, Владимир Петрович, я не маг. Как говорится, еще не волшебник, а только учусь. Я просто Викентий. Вы меня узнаете? Мы здесь, 2022 год, все хорошо. Это наш "Центр прошлого", вы просто вернулись к нам назад. Это уже настоящее.
- Да, да. Я понял, я здесь. Неожиданно все, очень неожиданно.
- Ну, конечно. Все так. Вы не первый. Машина заносит в любые места вашей прошлой жизни. Мы лишь настраиваем поле так, чтобы это был положительный момент, и регулируем его давность. Ведь это как клубок, мы просто входим в его глубину. Чем глубже, тем старее воспоминание. А что вы не видели в прошлом, что не пережили, то вы увидеть, к сожалению, не сможете. Все просто.
- Да, да. Все просто. Все гениальное просто. А можно туда на сутки вернуться или больше?
- В теории можно, если денег много, но есть и обратный эффект. За сутки ведь с вами могло и не только хорошее произойти. А ещё надо ведь ваше тело здесь поить, кормить. Я, извиняюсь, вам ведь и в туалет надо будет за целые сутки сходить, и не раз.
- Верно. Я об этом не подумал. Чудесный прибор все-таки!
- Я рад, что вам все нравится. Доктор Отморозков нам всегда говорит: - "Позитивно настроенный клиент - залог процветания нашего бизнеса!" Так, что приходите еще.
- Да, спасибо, приду…
***
Город Москва. Столица самого большого государства в мире. Город и стране под стать. Огромный, мощный, вальяжный. С крупными зданиями, проспектами, площадями, и в то же время местами мелкий своими дворами и переулками, лавочками и скверами.
Муравейник? Конечно, большой муравейник. Приезжий затеряется в нем через час. Лабиринт? Да, без карты и навигатора сразу потерялся, независимо, местный ты или в гости приехал.
Москва это город, по которому можно просто путешествовать. Идти и идти. Причем и от дождя есть, где спрятаться и от снега. А уж транспорта не счесть.
Владимир Петрович Чебураков приехал покорять Москву уже давно и не из глухой провинции, а тоже из большого города. Но по московским масштабам это был даже не округ, а маленький муниципальный район.
Итогом этого покорения стала должность генерального директора в крупной строительной фирме, фактически ее хозяина, ее босса.
А ещё он уже имел большую квартиру. Нет не с видом на Кремль, и даже не на Садовом кольце, но и не окраине, где то в Медведково или Гольяново. Домик был, конечно, на Рублёвке, как у всех состоятельных людей. Небольшой, но с бассейном. Машина тоже была достойная, дорогая.
Семья? Развелся с женой Оксаной Сергеевной лет пять-шесть назад, надоела. Постарела, пожирнела, перестала на себя в зеркало смотреть, характер ворчливо-старушеческий. Вообщем стала, так сказать, невкусная. Да ещё и на измене поймала. И пошли скандалы. А дочь уже большая, поймет.
Потом понесло в светлую жизнь. Круглый дядька с хорошим брюшком, залысинами, очками и седыми висками, чем не Дон Жуан, если при деньгах, да в Москве?
Надо растолкать эту Ритку-Маргаритку. Нет, главное ведь спит себе, все у нее хорошо. Никуда ей не надо. Девочка по фигуре очень хорошая, вся такая подтянутая, но не худая, все формы при ней, как надо, да и в постели огонь. Хотя, начал замечать, что постанывает иногда больше для куража, чтобы его подзадорить, а на самом деле имитирует. Ну да это ее личное дело.
- Эй, Марго, подъем! Иди кофе свари.
- Ну, чего ты, Котик, такой злой с утра. Вчера что-то не так было?
- Башка трещит с утра. Чего мы пили то?
- Вискарик с колой. Потом кокос чуть чуть, для эффекта.
- Тогда понятно, что так дерьмово сейчас. Вставай, давай! Точно чуть-чуть?
- Ну, может не чуть-чуть. Ты сказал, что у тебя его много.
Утро. За окном опять снег валит. Коммунальщики во всю фигачат, но, как обычно, не справляются. Пробки десять баллов, а надо собираться в офис, ехать. Скукота скучная! Надоело все!
- Котик, на тебя грустно смотреть. Ты же заболел совсем. Тебе надо лежать, отдыхать, лекарство принять.
- Какое лекарство? От этого только одно лекарство. Чем закидался, тем и поправлялся. Народная мудрость.
- Конечно, конечно, мой котик. Тебе же это лекарство и надо, чтобы в себя прийти.
А ведь верно. Молодец, Маргошка. Сначала надо поправиться, сначала надо в себя прийти. Где же, где же?
- А где его много?
- Да вон на полке баночка из-под аспирина.
- Ах да. Забыл. Молодец, Маргулечка моя!
- Все для тебя, котик. Только много не надо тебе. Ты же ещё на работу. Ну, хватит, хватит…
О как все изменилось. Жизнь то налаживается. Жизнь то у меня кайфовая. И денег хватает, и работа ненапряжная, и ещё телка, что надо под боком. Песня.
- Маргушечка моя, я тут такие вещи научно-кайфовые отрыл, ты офигеешь. Просто фантастика в реальной жизни. Меня давно уже трудно удивить, но это вообще огонь!
- Да что ты? Покажешь?
- А то. В шоке будешь. Погнали сейчас!
- А работа?
- Никуда не денется.
***
- Рады вас снова у нас видеть. Вы с женой?
- Ха, ха. Телка моя! Правда, хороша? Смотри жопа какая, а грудь! Штанишки кожаные хочется потрогать?
- Да, да. Все по высшему разряду. Можно вам позавидовать.
- Викентий, можно нам на сеанс вместе?
- Владимир Петрович. Мы такое ещё не проводили. И потом у вас совсем разные возрасты. Мы вот вас в девяностые отправим, а девушка ваша, скорее всего, в тот период только родилась.
- Да, точно. Не пойдет. Тогда меня одного, но побольше, на часик. А Марго минут на десять, давайте, ну, скажем, в прошлый год. Я за все плачу!
- На целый час? Владимир Петрович, вы в этом уверены?
- А что? Двадцать минут пройдены, и их мне не хватило, это совсем мало.
- Как скажете, давайте попробуем. Алкоголь не потребляли? Очень вы возбуждённый сегодня, так сказать на подъёме.
- Нет, конечно. Я помню.
- Хорошо. В какой период вас?
- А давайте туда же в девяностые, после института. Веселое было время.
***
Как же это приятно. Молодость, сила, азарт.
Какое далёкое и какое знакомое время…
Димка, Леха, Валька. Мои друзья. Они ждут меня на входе. Все мы вместе. Как же это здорово.
- Поздравляем! Поздравляем! Вован, ты из нашей компашки первый. Молодец! Спасибо, спасибо.
Мы заходим. Это же ночной клуб? Тогда ещё не клуб, тогда ещё ночное кафе с дискотекой. Мы отмечаем? Да. Что отмечаем?
- Как дочку назвал?
- Олечкой.
- Красиво. Ювелир! Будет кому на старости лет водички принести.
- Да я больше парня хотел.
- Ничего, все ещё впереди. И парня сделаешь!
Значит, мы день рождения моей дочери отмечаем. Я выкатываю, проставляюсь.
- Бухаем, братва?
- А то! Наливай!
Из больших колонок Юра Шатунов жарил:
"И снова Седая ночь,
И только ей доверяю я.
Знаешь, Седая ночь,
Ты все мои тайны"...
Холодная водка в полумраке с цветными переливами лучей дискотечного зала полилась по рюмкам как слеза, потом маринованные огурчики, колбаска, селёдочка.
Володька ещё стал запивать томатным соком.
- Ещё накатим?
- А давай, Вован.
- Не, ребят, скучно, это по «синьке». Потом утром башка трещать будет. Может ну ее, эту «водяру». У меня поинтереснее вещь есть.
- Ну, ты чего, Валька? Чего за фигня?
- Проверенная вещь. Ферганка. Покурим одну?
- Гашиш что-ли? Валь, это ж наркота.
- Сам ты наркота, это трава простая. Кто боится, тот не с нами! Гусары гуляют!
Папироса пошла по кругу. Сладковатый дымок закружился над столиком. В голове вдруг мысли стали расползаться, разбиваться на кусочки, на слова и фразы. Весь мир показался далёким и скучным. Радость была здесь, в центре вселенной, в этом кафе, за этим столом.
Этот момент счастья поймала машина в моей голове? Этот? Конечно этот! Конечно…
Вдруг глаза заслезились от яркого, внезапно включенного света.
- Всем на пол, работает ОМОН! Руки за голову!
Ну как я мог забыть этот славный вечер? После травы фокусировка и ясность мысли исчезли, вот и забыл. Но мозг мой работал…
- Эй, дебилоид, паспорт твой где?
- В кармане.
- Так, любопытно… Мы с тобой просто поговорим, пока без протокола, Чебурек.
- Меня зовут Владимир Чебураков.
- Да, точно, Владимир Беляш, банальный вопрос - гашиш чей на полу?
- Я не знаю.
- Значит твой, Владимир Петрович Шаурма.
- Нет, не мой.
- Или не знаешь или твой, Владимир Самса.
- А другие варианты, не связанные с едой, возможны?
Удар тяжёлым милицейским сапогом по спине не обрадовал. Его хозяин был явно не в духе.
- Нет, Пончик Хачапурович. И хватить тут умничать. Я и так с тобой пока без протокола разговариваю. Сейчас все оформим в лучшем виде. В каком кармане он был, говоришь? Ах да, в заднем прямо на жопе. Ну, вот он и на своем месте. А сказал, что не твой, Чебурек!
Почему я целый час заказал? Ведь десяти минут хватило бы. Как мне вернуться раньше? Я же алкоголь не пил, но ведь был ещё кокаин для остроты жизни. Про него я не спросил ничего.
Может, пронесёт? Это же везде прошлое, его уже нет. Оно было. Как в песне певицы Ротаро: "Было, было, было, но прошло. О-о-о…"
Хуже же не будет? И что за люди подошли? Старший? Ничего не помню этого…
- Поднимите его… Спасибо... Я старший оперуполномоченный ОБНОН Ермолаев Никита Андреевич. Как вас зовут?
- Владимир Петрович Чебураков.
- Покажите карманы… Да… И этот тоже… Да и задний… Так, это ваш гашиш?
- Не мой, ваш коллега подкинул.
- Моего коллеги гашиш? Курил тоже он?
- Нет.
- Тогда, чей? Кто принес?
- Я не знаю…
- Зря, парень, посадят тебя. Вес крупный, это три года лишения свободы. Рассказывай правду.
Почему я так боюсь тюрьмы, почему? Ребенок? Точно. Олечка родилась. Но я же не сдал тогда никого! Я же не сдал!
Или нет? Зачем я курил? Зачем? Я что-то бормочу невнятно, мычу, мысли путаются. Это не трава, это кокаин. Я знаю его эффект, это он. Но в том времени я же был не под ним. Как это перенеслось? Как это передалось? Не может же этого быть. Да уже и время сеанса должно пройти, должно…
- Я не слышу ничего, не понимаю. Внятнее, чётче, Владимир Петрович.
- Чернышёв…
***
- Что Чернышёв? Какой Чернышёв? Владимир Петрович, вы с нами? Вы где?
- Чернышёв…
- Да что это такое? Вас заклинило?
- Чернышёв…
- Это центр. Я Викентий. Кто такой Чернышёв?
- Чернышёв…
- Понюхайте нашатырь, выпейте водички, Владимир Петрович.
- Чернышёв…
- Ау, мы с вами. Ну, что с ним делать? Алкоголь не потреблял, а мозг назад не переключается. Что-то скрыл он от нас. Нашатырь даже не спасает.
- Чернышёв…
- Вернуть его опять? В то же время вряд ли получится, попробовать в другое? Надо попробовать что-то поближе к настоящему, лет на пять назад, может это поможет. Доктор Отморозков предупреждал о такой побочке. Василисочка, солнышко, подойдите. Вколите ему успокоительного немного и давайте машину ещё раз запустим. Минут на двадцать, хотя нет, лучше дадим нашему герою часа два, пусть в себя придет, успокоиться.
- Конечно, все сделаю.
***
Сказал я про Чернышёва или нет? Как неправильно я все делаю. Не должен был, не должен был. Но, ведь, время то вышло. А Валька в том году как раз примерно в это время погибнет. В тюрьму его не сажали, значит все нормально, не сдал. Да, точно, вспомнил, я же его не сдал тогда.
Точно не сдал? Да точно, не сдал. Сказал, что незнакомые ребята курили.
Как все странно. А сейчас почему его фамилию назвал? Вернее это же уже было, значит, я тогда, в прошлом это сказал, получается, в прошлом его сдал. А ведь в прошлом все было не так. Что это такое? Как такое возможно?
Так, а что происходит или происходило дальше? Опять не пойму.
Я никого не сдал, точно, не сдал. Я это помню. Фамилию Чернышёв я произнес про себя, вслух не говорил. Точно. Так и было.
А потом меня отпустили, утром. Это точно. Но сейчас я тогда должен оказаться в кабинете Центра прошлого.
Ну да, вот же я не молод совсем уже, костюм зачем-то на мне. Впереди дверь, стою перед ней. Это дверь центра? Не похоже. Девушка симпатичная внутри за столом. Волосы так и падают огромными темными прядями на плечи, а ресницы то какие, глазки моргают, ресничками стреляют. И губы такие полные, зовущие. Очки в золотой оправе образа не портят, наоборот, придают строгости и интеллигентности. Кулончик на точеной шейке. А грудь, она же прямо выпадает из белой блузки и только подпирающий стол удерживает ее от этого. Ух ты…
Но причем здесь это? На столе таблички стоят какие-то, адреса.
- Здравствуйте, девушка. Я что-то потерялся.
- Здравствуйте. Проходите. Вы не потерялись. Вы абсолютно верно пришли, хоть и поздновато.
- А где Викентий?
- Я не знаю, но может я вместо него?
- Ну, вы вообще бесподобны, вам не работать надо, вам просто по улице ходить, чтобы всех прохожих радовать и поднимать настроение. А мужской половине прохожих завидовать вашему мужу.
- Ну что вы. Вы мне льстите, мне уже тридцать шесть и я в разводе. Муж негодяй бросил нас с детьми. Вот здесь теперь работаю.
- Зачем вы меня обманываете? Двадцать пять! Больше я никак бы вам не дал. Я, кстати, тоже в разводе. Не сложилось.
- Ой, как печально.
- Да ладно. Это в прошлом. Зато теперь я совсем свободен и могу смотреть на вашу красоту сколько хочу, ну или столько, сколько вы мне позволите.
- Я вижу, вы хороший человек, я вам разрешаю. Но у нас избирательный участок закрывается через пять минут, давайте паспорт и берите бюллетень.
- Конечно. Беру. Это же мой гражданский долг. Меня Владимиром зовут. Хотя вы это в паспорте и так прочитаете.
- Светлана Николаевна, хотя для вас, Владимир, пусть будет просто Света.
- Света звучит как свет в окошке мрачных будней. Я тогда на ты и просто Володя.
- Хорошо, Владимир-Володя.
Ах да, это же избирательный участок, а Светлана председатель комиссии. Я помню эти выборы. Это совсем недавно было. Выборы то Президента России. Серьезное дело.
Я же тогда не успевал совсем, закрутился, но в офис заехали мои друзья-спонсоры из партии "Нас большинство". Они как раз объединились перед выборами ещё с четырьмя партиями "Наркоманы России", "Неформалы", "Лига избранных", "Геймеры" и выдвинули своего кандидата с известной на весь мир фамилией Гагарин. Ход сильный.
В общем, весь офис, да что там, вся фирма пошла на выборы голосовать за Гагарина. Капитан корабля пошел на участок последним. Да, был такой грешок. Встал я тогда в оппозицию к действующей власти. Усилий много, денег столько потратили, а в итоге выборы, конечно, проиграли.
Значит, я все ещё в кресле Центра прошлого.
Но вечер прошел тогда неплохо, весело даже. Проголосовал за Гагарина, конечно. Потом она с коллегами итоги считала.
Я подождал пока в кафе с чашкой кофе. Вышло, что Гагарин на их избирательном участке победил.
Потом ресторан. Цветы, вино, салатик, мороженое. Проводил на своей машине, напросился на чай. Небольшая, но очень чистенькая и уютная квартирка.
Поцелуй в ручку, поцелуй в шейку, поцелуй в плечико, поцелуй в коленочку, поцелуй в губы, потом кончик язычка встретился и нежно поздоровался с кончиком язычка, потом…
А потом Света оказалась очень чувственной и горячей, при этом голодной. Мужчины к ней в гости не заходили давно. Все произошло быстро и огненно с диким звериным инстинктом размножения и стуком соседей по батарее.
Света заскочила в душ, Владимир Петрович отдыхал, лёжа на широкой кровати и потирая свежие царапины от Светкиных длинных ноготков.
- Володь, дай мне полотенце.
- Светуль, так я же не местный. Где оно?
- Там у окна комод, во втором ящике.
Владимир Петрович помнил этот комод, без труда нашел и отдал полотенце. На комоде его привлек тогда открытый ноутбук, на экране светилась неизвестная ему программа "Выборы".
Видимо совсем новый продукт. Несколько нажатий на клавиатуру опытными пальцами программиста вывели на экран полную картину предварительных итогов голосований. За действующего Президента - 48, за Жириновского - 12, за Зюганова - 10, за Гагарина - 27, остальные меньше единицы. Ничего нового.
Но интересно стало, что с учётом разницы во времени разных регионов ещё возможна корректировка и ввод новых данных, причем на нее стоял обратный отсчёт. Это означало, что окончательный итог программа выведет по всей стране через несколько минут.
Владимир Петрович быстро позвонил новому лидеру партии "Нас большинство", одновременно меняя местами итоги выборов лидера и Гагарина.
Оставалось ещё тридцать секунд, надо только нажать клавишу «энтер».
- Да, Владимир Петрович. Я знаю, что Гагарин проигрывает.
- Есть шанс все изменить, только прямо сейчас.
- Сколько?
- Десять в евро на мою карту.
- Хорошо…
Внезапно хрупкие женские руки потянули ноутбук на себя, не давая нажать на клавиатуру.
- Владимир, что ты делаешь?! Это же статья! Отдай!
Но Владимир Петрович не сдавался. А секунды таяли. На экране мелькало 9, 8, 7…
- Света, ты ничего не понимаешь. Должен победить Гагарин!
***
- Ну, мы с тобой, Василисочка, сделали все, что могли. Смотри, какой он мокрый. Весь вспотел. Протри ему лоб. Он сейчас должен вернуться.
- Гагарин…
- Что опять не так? Чернышёв был, я помню. Теперь Гагарин? Мы его куда отправили? В космос?
- Гагарин…
- Опять заклинило. Владимир Петрович, Владимир Петрович, мы с вами здесь, мы с вами сейчас, мы тут. Да, да все точно сделали, 2017 год, Гагарин тут не причем вообще.
- Гагарин…
- Пробуем ещё раз. Раз это не помогло, теперь поглубже в прошлое, но на двадцать минут, не дольше, чтобы не успел привыкнуть и ручку счастья крутаните, Василисочка, в обратном направлении.
***
Где я? Это мой город? Туапсе? Я в те годы переехал в Москву, сбежал. Но это ещё он, значит самое начало века. Да, точно.
Я же только что у Светы был, на кнопку компьютера нажимал. Нажал? Помню, что не успел, девчонка все же помешала, ноутбук закрылся в последний момент. Жаль, купил бы завод, домик в Испании. И нехорошо с ней потом получилось, выгнала.
Я опять в Центре прошлого? А дома я был? Не помню совсем. Хотя дома я точно не был. Или был? Скорее не был и сразу же опять продлил. Кокаин проклятый. Теперь не помню ничего.
Точно продлил? Не помню. А может это сон? Я вернулся домой и заснул? Нет. Снов таких реальных не бывает. Сейчас я в своем родном городе, это не Москва. И также молод и полон идей. Какой же это год? 2000? Да, точно, это 2000 год. Вон реклама висит.
По виду утро, лето. Куда-то иду. Нет, не иду, почти бегу, опаздываю. Встреча? Работа? Я в банке вроде работал тогда, серьезное место, только устроился. Филиал крупного московского банка. Опаздывать нельзя.
Машина впереди стоит, старая БМВ, седьмая модель. Хотя нет, это сейчас она старая, тогда самое то. Мешает. Что это? Движение вдруг не по земле началось. Куда я? Кто эти люди? Знакомое после экзамена чувство страха, паника…
Вспомнил я тот день...
Я в багажнике этой машины. Мы едем в лес. Это же бандиты. Мое первое с ними знакомство. Но почему прибор окунул меня именно в этот момент? Где здесь радостные минуты? Наоборот, сейчас будет все совсем, наоборот. Без юмора. Мы едем, быстро. Сколько времени прошло? Минут пять? Да, пять-шесть. Остановились…
- Эй, фуфел, не сдох? Ага, глазки бегают. Чего молчишь?
- А что сказать?
- Ну, хоть возмутись, там типо "По какому праву? Кто вы такие?"
- А чего возмущаться-то? Все равно это не поможет.
- Ага. Не поможет. Смышлёный фуфел.
- Вам от меня что-то надо.
- Ага. Даже не спрашиваешь. Надо.
- А так бы сразу убили.
- Ага. Сразу. Чего время терять. Не первый, как говорится. Хе-хе. И не последний. Хотя нет, ещё и сейчас можем на тот свет по-быстрому подкинуть. По блату.
- Я ничего и никого не знаю. Вряд ли вам могу быть полезен.
- Ага. Вряд ли будешь полезен, коли умничать будешь! Ты в банке работаешь?
- Да, недавно устроился. Банк "Finansotdalzrya".
- Мы в курсе. Банк нам денег должен.
- Я тут не причем.
- Ага. Причем, причем. Работаешь там, значит должен.
- Я не должен, я не управляющий. Простой служащий, недавно работаю.
- Заткнись, служащий. Разнылся как девочка в песочнице за сломанный куличек. Слушай сюда! Скажешь нам пароль от хранилища и где ключи хранятся и все, живи себе.
- Я не знаю, мне не доверяют ещё.
Как же я потом выкрутился? Не помню совсем. Вроде, наврал им. Да, точно я им наврал, но не сразу, чтобы поверили.
- Слышь ты, Фуфел, ты походу не ощутил ещё наши способности? Не осознал реальность. Но мы тебе поможем, правда, Чемпион?
- А, чё? Поможем, Филат. Доставать?
- Давай.
Из багажника соседней машины, джипа Гранд Чероки бандиты достали связанного человека. Он мычал и пытался крутить руками. Его подтащили поближе и освободили рот.
Это оказался охранник банка Вадим, бывший сотрудник милиции на пенсии.
- Вадим, ты?
- Владимир, ничего им не говори. Убьют. Запомни, ты им нужен, пока ничего не сказал. Они только пугают, ничего не будет! Не бойся! Не говори ничего! Уроды! Скоты! Мрази!
- Вадим, Вадим…
- Ага, Фуфел-Володька. Не говори нам ничего. Правильно. Мы же пугаем, а он пионер-герой. Давай, Чемпион!
Здоровый накачанный дядька спокойно и с улыбкой достал из-за пояса пистолет, перезарядил, сделал шумный с эхом на весь лес выстрел в стоящую рядом березку. Заулыбался, сказав: "Работает машинка", потом подошёл ближе к Вадиму и выстрелил в голову.
От выстрела голова, а за ней и все тело Вадима свалились под рядом стоящую березу. На его лице навсегда застыло выражение презрения.
- Закапаешь потом, Чемпион, вон там на берегу, там, где мы того мента закопали дерзкого…
- Какого мента?
- Ну, начальника городской милиции, Тимура-татарина. Он нам ещё Рубопом угрожал. Тебе в рожу плюнул. Забыл?
- А, этого. В рожу помню. Возни с ним было. Здоровый, толстый кабан.
- Ага, здоровый. Ну, вот видишь, Володя, не надо нам ничего говорить. Не говори. Зато охранника в банке уже нет. Нам проще долг забрать будет. Нового они не сразу подберут. А ещё друзей мы твоих найдем, жену, ребенка найдем. Веришь?
Или нет? Если бы соврал, они бы меня потом в бетон закатали. И жену и ребенка. Тогда все было возможно. Значит, я им сказал все-таки? Значит сказал! Сказал…
- Але. Да. Я, Черный. Молчит пока. С охранником кончили. А что делать-то было? Хамил и дерзил, милицией пугал. Ну, как начальник милиции. Он бы нас все равно сдал. Да… Хорошо… А если не скажет этот Вова? Тоже кончаем?
- Я скажу, скажу. Зачем вы так? Он же был хороший человек, Вадим-охранник........
ПРОДОЛЖЕНИЕ МОЖНО ЗАПРОСИТЬ У АВТОРА