Продолжение рассказа, где фигурами стали люди, а ходами их чувства.
Настал вечер.
Алина вернулась с работы. Открыла дверь, вошла в комнату — и сразу почувствовала: что-то не так.
Сергей сидел на диване, упираясь локтями на колени и склонившись вперёд. Он никуда не смотрел — ни в телефон, ни в окно, ни в телевизор. Просто сидел. В напряжённой тишине.
Она только открыла рот, чтобы сказать что-то обыденное, но он резко встал, подошёл к ней:
— Ты где была?
— На работе, а что?.. Серёж, ты чего?
Он захлопнул дверь. Взял её за руку, потащил в середину комнаты.
— Ты что, с**а, изменяешь мне?
У Алины в голове промелькнули сотни мыслей. Первая реакция — защита.
— Что? С ума сошёл? С чего ты взял?
— Всё, я знаю. Видели тебя, как ты к Косте в комнату бегала. Ты с ним спишь. С Костей! — Его голос становился всё более срывающимся, искажённым от ярости.
Он схватил её за грудки пальто и начал трясти. Его глаза потемнели, почти почернели — в них не было света. Только бешенство.
— Отпусти! Ты что творишь, дурак?! — закричала она, вырываясь.
Андрей лежал у себя в комнате. Читал книгу. В полной тишине.
Но, конечно же, он слышал крики. Он встал, подошёл к двери, заглянул в глазок — пусто. Только приглушённые голоса. Он вернулся, но читать уже не мог. Прислушивался к шуму — слов не разобрать, только интонации. Крик, ответ, скрежет.
В комнате Сергея и Алины всё стало хуже.
Алина закричала, ударила Сергея по щеке. Он, не сдержавшись, ударил в ответ, но тут же отпрянул, будто испугавшись себя самого.
— Пошёл вон! — закричала она. — Это моя комната, я её снимаю! Убирайся!
Сергей молча схватил куртку, вышел, громко хлопнув дверью. Побежал вниз по лестнице и выскочил на улицу. Сердце колотилось в груди, руки дрожали. Он сел на лавку у подъезда и остался сидеть, глядя в темноту.
Через полчаса во двор въехала старая «Тойота». Костина.
Он припарковался, вышел. Увидел Сергея, помахал ему рукой — не подозревая ничего. Но Сергей тут же подскочил, подбежал к нему и схватил за грудки.
— Ты чё, сволочь, с моей бабой спишь?! Я тебе верил! Ты ж был мне как брат!
Костя не ожидал такого и замер. Потом резко оттолкнул его и сказал — сам не веря своим словам:
— Что хочу, то и делаю. Может, у нас вообще любовь. Понял?
Сергей оторопел. Он стоял, ошеломлённый, не зная, что сказать. Потом процедил:
— Тебе хана. Мы с тобой ещё поквитаемся.
Он развернулся и ушёл.
Костя остался стоять, через минуту опомнившись поднялся к себе. Постучал в дверь Алины. Она открыла — думала, что это Сергей. Увидела Костю — и в лице её закипела злость после всего дня:
— Пошёл вон! — крикнула она. — Ты мне жизнь испортил, ясно?
Костя ничего не ответил. Он только кивнул и вернулся в свою комнату. Там он долго сидел в тишине.
Через два дня он съехал из общежития.
А Сергей не возвращался. Сидел у родителей. И тишина снова опустилась на пятый этаж.
На днях Андрею неожиданно вернули долг — пятнадцать тысяч рублей. Деньги, о которых он уже давно успел забыть. Коллега по работе, с которым они когда-то весело проводили вечер в баре, подошёл после обеда и протянул купюры, виновато улыбаясь:
— Помнишь, я у тебя занял? Вот, наконец-то отдаю. Спасибо тебе.
Андрей взял деньги, кивнул, но ничего не сказал.
Он вспомнил, как в тот вечер, немного выпив, неожиданно для самого себя скинул с карты эту сумму, не особо надеясь на возврат. Сейчас же внутри всё приятно потеплело. В этом был знак — подтверждение того, что всё складывается как надо. Он уже знал куда их потратит.
Впереди был новогодний корпоратив. Компания сняла загородную резиденцию, с возможностью взять с собой пару. Андрей не сразу решил, кого пригласить. Но ответ, похоже, сам пришёл к нему.
Прошло три дня после той сцены с Сергеем. Вечером, вернувшись с работы, Андрей зашёл в комнату, снял пальто, только начал переодеваться — как раздался стук в дверь.
На пороге стояла Алина.
Глаза у неё были красные, опухшие. Видимо, она плакала. В руках она держала какую-то безделицу.
—Андрей, есть сигарета у тебя?
Он взял из кармана пальто пачку, протянул ей. Он потянулась рукой, но он взял ее за кисть и притянул к себе. Алина подняла глаза на Андрея, он обнял её. Она разрыдалась у него на плече.
Он гладил её по спине, говорил тихо:
— Ничего, всё будет хорошо. Ты не должна жить в таком месте. Ты — яркая, сильная. Ты достойна большего. У тебя есть дар, Алина. Твоя внешность — это пропуск в другой мир. К другим людям, возможностям. Не растрачивай себя здесь, среди этих… никчёмных.
Алина, сквозь слёзы, прошептала:
— Спасибо тебе. Мне очень приятно…
Он мягко взял её за подбородок, приподнял. Их взгляды встретились. Андрей наклонился и поцеловал её.
Позже, лёжа на диване, она положила голову ему на грудь. Он поглаживал её волосы — густые, тяжёлые, как шёлк. Она рассказывала о родителях, о своей жизни. Родом она была из вполне приличной семьи, пусть и небогатой.
— Не знаю, как я связалась с Сергеем… — тихо сказала она. — Это была глупость. По юности. Я уже давно жалею…
Андрей слушал молча. Не то чтобы верил — но у каждого должен быть шанс, подумал он.
— А у тебя кто? Родители есть? — спросила она.
Он на секунду замолчал, глядя в потолок.
— Нет. Я сирота.
— Как?.. — Она резко подняла голову, в её глазах застыли удивление и сочувствие. — Бедненький… А как так?
— Отец с матерью умерли, когда мне было двенадцать. С тех пор меня воспитывали бабушка с дедом. Они тоже умерли, когда я учился в институте.
Это была не совсем правда. Отец Андрея действительно погиб — в автокатастрофе, когда ему было двенадцать. А вот мать…
Мать не умерла. Просто исчезла. Нашла нового мужчину, создала с ним семью, родила двух дочерей — и забыла о сыне. Андрей остался на попечении её родителей.
Дед — бывший военный, строгий и прямолинейный — стал ему и отцом, и наставником. Он часто говорил:
— Андрюха, не женись. Брак — это чушь. Мы с бабкой живём — не потому, что любим, а потому что привыкли. Тогда так было надо. Я был молодой и глупый. А ты не будь.
— А как же любовь? — удивлялся Андрей.
Дед усмехался:
— Любви нет. В книжках понаписали романтический бред. Это просто химический процесс, который заставляет нас размножаться. Особенно у женщин. Женщина ищет не любовь — она ищет комфорт и защищённость. Стоит появиться варианту получше — начнёт сомневаться. Женщины — самые неверные существа на земле. И не мужики чаще изменяют — это сказки. Женщины просто делают это тише.
Тогда Андрей не всё понял. Но слова деда остались с ним. Навсегда.
— Дедушка был мне как отец, — сказал Андрей, лёжа рядом с Алиной. — Настоящий мужик. Мудрый, сильный. Жалко, что умер, когда я был ещё совсем юный.
Алина молчала, внимательно слушая. Её лицо было расслабленным, в глазах — сочувствие и интерес.
Андрей продолжил:
— Он всегда учил меня: если чего-то хочешь — бери. Не жди, не спрашивай. Люди будут осуждать, будут говорить, что ты не прав. Но это всё не важно. Важно только одно — чтобы тебе было хорошо. Эти слова мне потом сильно помогли. И в карьере. И в жизни вообще.
Он улыбнулся. Алина тоже улыбнулась в ответ:
— Какой ты умный… Ты молодец, Андрей.
Андрей поднялся с дивана, подошёл к шкафу, достал оттуда аккуратный пакет.
— У меня для тебя подарок.
Он протянул ей. Алина удивлённо взяла, осторожно заглянула внутрь — и достала оттуда вечернее красное платье. Лёгкая ткань мягко переливалась в свете настольной лампы.
— У тебя, вроде, 44-й размер? Я так, на глаз прикинул. Примерь.
Алина покраснела, но кивнула:
— Ну… ладно.
Она ушла переодеться, а через минуту вышла. Платье село идеально. Она выглядела шикарно, даже без макияжа и укладки. Грациозная, высокая, с изящными линиями фигуры, она смотрелась в этом платье как актриса с обложки.
Андрей подошёл к зеркалу, встал рядом, глядя на отражение.
— Прекрасно. Оно было сшито для тебя.
— Андрей… не стоило. Почему ты решил мне его подарить?
— Просто подумал, что у красивой девушки должно быть красивое платье.
Он улыбнулся. Алина ответила ему тёплой благодарной улыбкой.
Андрей вернулся на диван и сказал почти небрежно:
— Кстати, в эту субботу — корпоратив. Наша компания устраивает праздник в загородной резиденции. Можно брать с собой пару. Поехали со мной. У меня никого нет.
— В эту субботу? Так скоро? — удивилась она.
— Ну да. Видишь — и платье уже есть. Всё сошлось как надо.
На самом деле, Андрей накануне вышел с работы пораньше, заехал в торговый центр и купил платье. Деньги, возвращённые коллегой, покрыли всё. Даже остались. Он был доволен покупкой.
Алина подумала, а потом сказала:
— Не обещаю. Но… скорее всего, пойду.
Андрей кивнул. Он знал — она пойдёт.
Два дня спустя они прибыли на такси в загородный клуб. Заснеженные ели, стеклянные веранды, аккуратные дорожки, банкетный зал, свет и музыка. Всё было достойно.
Сотрудники компании уже начали собираться. Андрей вошёл, ведя под руку Алину.
И все сразу обратили внимание.
Алина выглядела сногсшибательно. Она словно вышла из глянцевого журнала. Коллеги Андрея — в основном мужчины из юротдела — поднимали брови, переглядывались, присвистывали.
— Андрей, это твоя девушка? — спрашивали.
— Нет, просто подруга. Пришла составить компанию, — отвечал он с лёгкой усмешкой.
— Дурак ты, Андрюха. Такую женщину упускаешь!
— Ничего, — отвечал он. — Всему своё время.
Он подвёл Алину к кругу коллег, представил её каждому. А потом отошёл в сторону, оставив её в центре внимания.
Алина общалась легко, искренне. Пила шампанское, смеялась, даже танцевала медленные танцы с его начальником, известным ловеласом.
Андрей стоял у стены, наблюдая. В руке бокал шампанского. Лицо спокойно. Он пил мелкими глотками, как обычно, — не для вкуса, а чтобы не мешать ритуалу.
Он не ревновал.
Он смотрел на Алину, как на созданный им образ. Как на подарок, преподнесённый в общество, чтобы разбавить серую мужскую рутину. И наблюдая за благодарными взглядами коллег, он ощущал удовлетворение. Всё получилось.
К утру они вернулись домой. Алина светилась — она явно отлично провела время. Вечер удался. Веселье, внимание, шампанское, танцы. Андрей был доволен — всё прошло по плану.
—Ты к себе пойдешь? —спросила Алина.
— Да. Мне нужно поспать — сказал он, зевая.
И удалился. Алина тоже ушла в свою комнату.
Прошло два дня. Алина вновь была у него. Они пили чай, разговаривали. Всё было спокойно. И вдруг — стук в дверь.
Андрей не глядя подошёл, повернул замок. Открыл.
На пороге стоял Сергей.
Он остолбенел. В глазах — смесь ярости и опустошения. Он увидел Алину внутри, рядом с Андреем. Молчание длилось секунду, но оно было оглушительным.
Сергей резко развернулся и пошёл прочь.
— Серёжа! — крикнула Алина, бросившись к двери.
Андрей встал у двери и остановил её, мягко, но твёрдо:
— Не надо. Пусть уходит.
Она ещё мгновение стояла в проёме, потом выдохнула, молча ушла к себе.
Андрей остался один.
На следующий день он вышел на улицу. У подъезда, на той же самой лавке, сидел Сергей. Увидев Андрея, тут же поднялся, подошёл вплотную.
— Вот что, значит, я отлучился на пару дней, а ты с моей женой уже крутишь? — сдавленно произнёс он. — Я поссорился с ней, и ты сразу к ней в кровать?
Сергей сильно жестикулировал руками и казалось, что хотел замахнуться для удара. Но Андрей среагировал. Лёгким движением ноги сделал подсечку. Сергей потерял равновесие, пошатнулся, и Андрей тут же ударил кулаком по лицу. Рука сработала автоматически — два года в секции по кикбоксингу не прошли даром.
Сергей упал на колено, опустив голову вниз.
— Серёг, давай без этого, — спокойно сказал Андрей. — У тебя нет шансов.
Он наклонился ближе:
— Просто исчезни отсюда. Не мешай. Увижу тебя в общаге — будет плохо. Понял?
Сергей молчал. Андрей развернулся и ушёл, не оборачиваясь.
Неделя прошла спокойно. Андрей продолжал ходить на работу. Алина больше не заглядывала к нему — только мелькала в коридоре. Всё было готово к отъезду.
Он купил билет на поезд в Москву.
Вечером Алина всё же зашла. Была грустной, рассеянной. Села рядом.
— Всё будет хорошо, — сказал Андрей. — Ты должна идти вперёд. Снять нормальное жильё. Найти достойного мужчину. Вон, у меня в офисе коллеги — один другого лучше. Ты ведь уже знакома с ними.
Она молча кивала, потом сказала:
— Я подала на развод. С Сергеем. Всё. Больше не могу.
Андрей улыбнулся. Внутри — лёгкая волна удовлетворения.
На следующее утро, когда Алина была на работе, он собрал вещи. Отдал ключ хозяину. И просто уехал.
Ничего не сказал. Ни слова. Ни сообщения.
Москва встретила его холодом и новым ритмом. Его приняли в компанию, где работал знакомый. Назначили заместителем начальника юротдела. Зарплата выросла вчетверо. Он снял себе приличную однокомнатную квартиру рядом с центром города. Простую, но чистую и тихую.
— Наконец-то не общага… — подумал он, оглядываясь. — Теперь — моя территория.
Три месяца пролетели незаметно. Однажды, в субботу, он вдруг решил — узнать, как там у них дела.
Позвонил Марине.
— Алло? Андрюха! Пропал совсем! — голос её был весёлый, слегка пьяный.
— Работа, Марин. Сама понимаешь... А ты как?
— Да всё нормально. Костя теперь живёт в твоей комнате. Представляешь? А его комнату подруга моя снимает.
— А Серёга?
— Вернулся к Алине. Опять вместе. Всё как раньше. Только вот… ругались там они. То ли она ему изменила, то ли он ей. Кто их там разберёт. Всё по новой.
— Понятно. Спасибо, Марин. Даст бог свидимся — сказал Андрей для приличия.
— Обязательно, Андрюха. Звони!
Он положил трубку.
Вышел на балкон. Закурил. Долго смотрел вниз, на потоки машин, на заход солнца, на чужие окна.
Андрей вернулся в комнату.
Сел за компьютерный стол. Молча достал блокнот, вырвал лист бумаги. Взял ручку.
Минуту посидел в тишине, глядя в пустую страницу.
А потом начал писать.
«Всё, что я делал, было не ради простого удовольствия, не из прихоти или капризов. Нет. За каждым моим шагом стояла цель, намерение.
Я смотрел на вас — на то, как вы живёте. Вы тонули в болоте. Болоте собственного комфорта, привычек, мелких удовольствий, тихой, вялотекущей жизни. Оно грязное, затхлое, вонючее, но тёплое. Вы сидели в нём по горло. По самый нос. И не видели ничего, кроме этой мутной жижи, которая кажется вам домом. Вы боялись вылезти наружу — боялись замёрзнуть, испугаться, потерять тепло. А таких болот, как ваше, миллионы.
Я тоже когда-то жил в таком. Жил долго, считал его миром. Но однажды вышел — и увидел настоящий мир. Я ощутил, насколько он широк, свеж, насколько он прекрасен — и больше не смог вернуться.
А в вас я видел себя. Тем, кем мог бы стать, если бы остался. Тем, кем, возможно, стал бы, если бы испугался. Вы были моим отражением. И я втянул вас в игру — не ради забавы, а чтобы встряхнуть вас, чтобы вы на миг приоткрыли глаза и увидели: есть нечто иное.
Я показывал грани, ломал рамки, срывал маски. Я ставил вас перед зеркалом, от которого вы отвыкли. Я оголял ваши души. Не для боли — для правды. Чтобы вы не могли иначе как шагнуть. И вы шагнули. Вы вышли из болота.
И тогда я увидел — да, вы сделали этот шаг, но, оказавшись снаружи, не отпустили прошлого. Вы всё время оборачивались, будто искали глазами знакомое. А мир встретил вас холодом, простором и одиночеством. Вы почувствовали себя букашками на ветру, потерянными, ничтожными. И очень быстро вернулись назад.
Вы испугались. И этот страх изменил вас. Вы могли стать свободными. Могли стать настоящими. Но вы сломались. У вас не хватило внутреннего стержня, чтобы выдержать это. И теперь, вернувшись в своё болото, вы уже не такие, как были.
Вы не забудете меня. Никогда. Иногда будете вспоминать с теплом. Иногда — с болью. Но никогда — с равнодушием. И что бы вы ни делали — будете искать что-то похожее на то, что испытали со мной. Но не найдёте. Потому что то, что я вам дал — это шаг в пропасть из зоны комфорта.
Вы стали больше. Пространство внутри расширилось. Но наполнить его вам нечем. И это чувство останется с вами навсегда.
И, к сожалению, вы так и не поймёте до конца, что с вами произошло.»
Андрей поставил точку. Посидел, перечитал письмо. Улыбнулся — спокойно, уверенно.
Он верил в ритуалы. Верил в силу слов. В силу бумаги и огня. Верил, что, если слова написаны — они уже найдут путь.
После отъезда Андрея и возвращения в общежитие Сергея и Кости, всё вроде бы стало как прежде. Но все чувствовали, как что-то внутри каждого изменилось, они уже не могли общаться и жить как раньше.
По выходным они так же собирались пить пиво на обшей кухне, но стало это гораздо реже и общение было уже совсем не дружеское, все делали вид что нечего не произошло.
Алина еще долго вспоминала Андрея и злилась, что он уехал без предупреждения, в глубине души она ждала, что он с ней снова свяжется. Сергей после того, как увидел ее с Андреем не давал ей покоя, звонил и писал каждый день, жаловался на жизнь и на то, как несправедливо с ним обошлись, он был как капризный ребенок, который требует внимания у матери. И они начали заново. Очень скоро она пожалела, что снова сошлась с Сергеем и не довела развод до конца. Она не могла простить ему то, что он простил ее измены.
Костя чуть больше месяца жил у старого приятеля и затем вернулся в общежитие в освободившуюся комнату Андрея. Сергей сам позвал его поговорить по душам, они выпили и простили друг друга. Однако Костя чувствовал, что сделал неверный выбор и его снова затянуло назад в прошлое. Он старался отгонять эти мысли и глушил их алкоголем.
Сергей был рад вернуться к Алине, он не знал любит ли он ее вообще. Ему было плевать что она ему изменяла, важнее то, что не пришлось переезжать снова к родителям, он бы не смог так расслаблено жить под их контролем. Сам себя он убедил, что за любовь надо бороться.
Андрей встал, подошёл к балкону.
Взял старую зажигалку «Зиппо», оставшуюся в наследство от деда, черкнул.
Поднёс пламя к листу, затем прикурил сигарету от него и опустил в пепельницу. Открыл настежь окно, закрыл глаза и вдохнул чуть теплый воздух ранней весны.
Письмо догорело до самого края.
Андрей выдохнул, улыбнулся, открыл глаза и тихо сказал:
— Шах и мат.
Если откликнулось — подпишитесь. Это мотивирует создавать новый контент.
Автор: Виктор Прокопенко
Все персонажи и события являются художественным вымыслом. Любые совпадения случайны.
#рассказы#философия#психология#манипуляции#одиночество#отношения#измены