Андрей сидел за кухонным столом, ковыряя вилкой в уже остывшем омлете. В квартире было тихо — дети ещё не вернулись со школы, а жена на работе. Телефон завибрировал на подоконнике.
Смс от брата.
«Братишка, выручи, пожалуйста. Срочно, три косаря надо. Верну к пятнице. Честно!»
Андрей провёл рукой по лицу и закрыл глаза. Он знал этот текст почти наизусть. Даже интонации мог себе представить. Такой же, как две недели назад. И месяц назад. И в декабре...
Он встал, налил себе чай и долго стоял у окна, глядя на серый февральский пейзаж. В голове крутилась одна мысль: «Сколько ещё?»
Наташа, его жена, давно просила прекратить. У них ипотека, двое детей, ремонт в квартире, долги за садик. Но он не мог.
Брат — это же брат. Олег был старше на четыре года. В детстве защищал Андрея от хулиганов, катался с ним на санках, объяснял, как ухаживать за девочками, всегда готов был дать совет, поддержать...
А потом... потом всё пошло не так. Олег сменил пять работ за два года, жил на съёмных квартирах, постоянно влезал в кредиты. Один раз даже был в СИЗО — кто-то подставил с лизингом авто.
А может, и не подставил.
Андрей тогда отдал последние накопления, нанял адвоката. Брата отпустили под подписку. Но уроком это не стало.
Он снова взял телефон, уже собрался нажать «перевести», когда в квартиру зашла Наташа. Она увидела его у окна, с телефоном в руках, и всё поняла без слов.
— Он опять написал?
Андрей кивнул.
— Ты хочешь ему снова перевести? — спросила она спокойно, без упрёка.
— Я не знаю... — выдохнул он.
— А знаешь, чего я боюсь? Что однажды ты не сможешь помочь ни ему, ни себе, ни нам. Ты же видишь, он не лечится. Он не ищет работу. Он только просит.
Андрей молчал. Он всё понимал. Но всё равно нажал. 3000 улетели вмиг.
Через неделю Олег позвонил. Голос был возбужденный, на грани паники.
— Андрюха, ты не представляешь, меня эти уроды прижали. Если не отдам десятку — приедут. Сказали, знают, где ты живёшь.
— Ты что, дал им мой адрес?!
— Да не... ну, может, обмолвился. Помоги, а?
Андрей сбросил звонок. В ту ночь он почти не спал. Наташа снова молчала, но каждый её взгляд прожигал его насквозь.
Наутро он позвонил Олегу и сказал твёрдо:
— Больше не звони. Ни мне, ни Наташе, ни моим детям. Никому из нас. Пока не станешь другим человеком.
Трубку он положил с дрожащими пальцами. А потом выключил звук на телефоне.
Олег пропал. Ни звонков, ни сообщений. Неделя. Месяц. Полгода.
Андрей начал жить иначе. Перестал ждать. Начал копить. Спокойно смотреть детям в глаза. Он даже стал больше смеяться.
И вот однажды, спустя восемь месяцев, он увидел в новостной ленте фотографию. Заголовок бил по голове:
«Мужчина найден без сознания на вокзале. Передозировка веществ. Документов нет. Ищут родственников».
Это было лицо Олега.
Андрей долго сидел с телефоном в руках. Потом отправил жене смс: «Еду в больницу. Это он».
Там, в реанимации, брат лежал, как чужой. Исколотые руки. Серое лицо. Аппарат шипит.
Когда он пришёл в себя, Андрей уже ждал в палате.
— Я думал, ты не придёшь, — выдавил Олег.
— Я сам думал, что не приду.
Они долго молчали.
— Спасибо.
Андрей не ответил. Только кивнул.
Прошло два года. Олег теперь работает в частной ремонтной бригаде. Не пьёт, не употребляет. Иногда присылает Андрею фото своей работы: «Смотри, как кухню сделали!»
Андрей каждый раз отвечает:
«Горжусь тобой, брат».
И каждый раз немного врёт. Потому что гордиться полноценно он пока не может. Годы изменили их отношения, подорвали доверие. Но кажется Олег взялся за ум. И Андрей решил учиться заново - верить брату.