Христос Воскресе!
Если провести сейчас опрос на тему «Пришли ли вы за время специальной военной операции к православию?», результаты ошеломят. Это будет невероятное количество людей, огромный прирост. Уже уверенно можно говорить о новом ренессансе православной веры в России – причем именно в низовой культуре, в народе, в быту. А самое главное – среди молодежи. Это видно, даже если просто оглядеться вокруг, поспрашивать о православии своих друзей, сходить в битком набитый храм или посмотреть на шквал добрых пасхальных мемов в «Телеге».
Что самое поразительное, это происходит не по навязыванию и не от моды в верхах, а будто само по себе. Просто люди вокруг сами начали обращаться к вере. Ходить в храмы, причащаться, искать в Интернете, как правильно молиться… Этот процесс заметен невооруженным глазом и еще ждет своего осмысления.
Причины понятны. С началом СВО стало ясно, что постмодерн умирает и общество постепенно поворачивается к новой форме традиции. Это еще не поворот, и неясно, будет ли он, но видно уже, что меняется угол зрения, играют новыми красками старые истины. Мы устали от постоянного высмеивания самих себя, от пустоты и абсурда, от современного мироустройства как самопародии. Ищем новое в старом и старое в новом. Ищем опору, за что бы такое крепкое ухватиться, чтобы не упасть, когда привычный мир рушится под ногами. Этой опорой должно стать что-то вечное.
А что вечно? Любовь, искусство и вера. Когда говорят, что эта троица спасет мир, именно это и имеют в виду.
Это момент общемировой. А что касается русской цивилизации – тут у нас особенная фора. Четвертый год мы живем в условиях тотальной отмены всего русского, в позиции «весь мир против нас». Ищем общий культурный код, чтобы сплотиться и выстоять, но что его искать, когда он давно уже есть? И стяг Спаса Нерукотворного – древнейшего нашего боевого знамени – становится самым популярным шевроном у бойцов за ленточкой.
От общего – к личному. Иду к вере и я, пусть не гладко, не быстро, но стараюсь идти. В этом году решился провести Великий пост. Сразу скажу – не получилось. Каждый день читал молитвы и святые тексты, и то хорошо. Говорят, это главное. Но, конечно, это так себе оправдание.
Однако хорошим опытом стала идея создать совместно с товарищами специальный канал в «Телеге», чтобы записывать свои мысли во время поста, делиться соображениями и поддерживать друг друга. Назвали его «На посту». И даже в моменты отчаяния дружеское плечо, конечно, помогало. А самым неожиданным стало, что на канал подписалось 500 человек, и многим из них он реально помог держаться! Так и пишут читатели: «Ребята, спасибо вам за этот канал. В этом году держал пост впервые за пять лет и, читая вас, чувствовал себя в этом деле не одиноким. Понимал, что трудно не только мне, что многим еще труднее. И это давало сил бороться с собой. И молиться за вас».
Себе помогли не особо, а вот другим да. Разве же не хорошо? Хорошо.
Вот, кстати, и один из принципов, по которым работает вера. Мы обращаемся к ближнему. Вливаемся в круг своих, ищем поддержку в своем окружении. Вера – это когда ты не один, а есть твои ближние и есть Бог. Это когда, даже если ты устал, упал, споткнулся, кто-то невидимый потреплет тебя по плечу и скажет неслышно: «Ну, ты чего? Давай ободрись, нормально все будет».
И в этом удивительная сила веры: в способности находить силы, когда их нет. Откуда? Да вот оттуда. Мы не видим Бога, не осязаем его и не слышим, но в этом-то и главный парадокс: верим же, что Он есть. Поверить в незримое, неслышимое, неосязаемое и именно через эту незримость понять Его присутствие – это и парадокс веры, и его решение. Это одновременно отсутствие и присутствие, вопрос и ответ, путь и цель.
Поворачиваясь к новой форме традиции, мы начинаем понимать вещи, которые для прежнего человека были очевидны и не подвергались сомнению: разница лишь в том (но разница важная), что он знал это и так, от своих родителей, бабушек и дедушек, а мы учимся заново на своем опыте и видим своими глазами. И что мы видим? Что бесы действительно существуют, это не фигура речи, это самые настоящие бесы, которые могут крутить человеком, как хотят; что есть ад и его муки. Но видим, что есть и любовь, есть вера, что молитва работает, что есть торжество духа над материей.
Ведь не может же ад побеждать? Нет, и никогда уже не победит. Поэтому и Пасха.