Однако с приходом эпохи Брежнева в 1970–1980-е годы ситуация с цензурой значительно ухудшилась. Брежневская эпоха ознаменовалась восстановлением жесточайших ограничений на свободу слова и подавлением любых проявлений независимой мысли. Цензура в этот период стала более системной и всесторонней, а система идеологического контроля усилилась. Власть уделяла особое внимание контролю над общественным мнением, что вело к подавлению критики власти. Самиздат, несмотря на репрессии, продолжал существовать как важный элемент сопротивления, однако его возможности были ограничены.
Подобное подавление свободы мысли и контроля за общественными настроениями в эпоху Брежнева стало неотъемлемой частью политической стабильности, которую стремился поддерживать советский режим, но при этом оно не могло полностью затушить стремление людей к свободному выражению своих взглядов и к поиску альтернативной информации.
Цензура в Советском Союзе стала не только инструментом подавления инакомыслия, но и важной частью государственной политики. Пресса, книги и другие издания подвергались тщательному контролю на всех уровнях — от редакторов до партийных органов. Все материалы, которые могли бы угрожать существующему режиму или оспаривать официальную точку зрения, подвергались жесткому редактированию или уничтожению. Литературные и философские работы, критиковавшие систему, запрещались, а авторы таких произведений подвергались жестоким репрессиям.
Одним из самых ярких примеров борьбы с инакомыслием были диссиденты — люди, высказывавшие идеи, противоречащие официальной идеологии. Андрей Сахаров, Александр Солженицын, Владимир Буковский и другие стали символами сопротивления тоталитарному режиму. Их работы часто становились объектами цензуры или скрытого уничтожения. Власти активно преследовали диссидентов и тех, кто распространял литературу, не одобренную режимом, в том числе за рубежом. Нелегальное возвращение таких материалов в страну также вело к жестким мерам преследования.
Запрет на публикации за рубежом стал важной частью цензурной политики. Если произведения не могли быть опубликованы в СССР, их печатали за границей, а затем они попадали обратно в страну нелегально. Государственные органы применяли активные меры для блокировки распространения такой литературы, не соответствующей официальной идеологии.