Алексей Владимирович был у Инги, играл на полу с «сыной» в машинки и время от времени с беспокойством бросал взгляд на настенные часы, висящие на стене.
- Милый, у тебя с кем-то встреча? Ты скоро нас снова покинешь, да? – спросила Инга, заметив эти взгляды.
- Нет. С чего ты взяла?
Глава 46
- Да, ты постоянно смотришь на часы. Вот я и подумала…, - ответила она.
- Ааа…, это…, - усмехнулся он. – Я просто жду звонка.
- Значит, я права…, опять проблемы. Может, расскажешь, что произошло?
- Ну…, - протянул Алексей Владимирович, и встал с пола, - есть небольшая проблемка, - он подошёл к дивану и уселся рядом с ней. – Не волнуйся, дорогая, я разберусь, - взял он её за руку.
- И всё же, что произошло? Опять она? – Инга знала о напряжённых отношениях Алексея Владимировича с супругой.
- Ну, да. Она. Кто ж ещё? Вчера вечером прихожу домой, - он картинно вздохнул, - а она мне в нос суёт свой телефон с анонимкой…, - успокаивая, гладил он Ингу по руке. – И кричит, что это ты прислала ей эту чушь!
- Я не знаю её номера телефона, - отрицательно качала Инга головой. – А что в анонимке? – поинтересовалась она.
- Я знаю, что не ты. Я ей так и сказал.
- Но она не поверила, да?
- Не поверила.
- А что в анонимке? – снова спросила Инга.
- Ну…, что мы с тобой ждём ребёнка.
- А почему сразу на меня подумала? Номер телефона же высветился. Почему не позвонила и не уточнила? Ты знаешь этот номер телефона? – спросила она.
- Да, знаю, - кивнул Алексей Владимирович.
- Давай с моего телефона позвоним и узнаем, кто это, - предложила Инга.
- Я звонил. Много раз звонил. Абонент не доступен.
- Но как узнали? Милый, что я беременна знаем только ты и я, - сказала Инга и, покусывая верхнюю губу, какое-то время молчала.
- Не знаю, дорогая, не знаю…
- Лёш, нас кто-то из твоих знакомых видел… Может, в консультации? Может, в регистратуре услышали? - раздумывала Инга.
- Возможно, - хмуро ответил Алексей Владимирович, - ладно… Уже не важно. Всё равно всё стало явно…, - вздохнул он. – А раз так, может пообедаем в ресторане?
- Втроём? Средь бела дня?
Ответить ей Алексей Владимирович не успел. У него в кармане блюмкнул телефон. Пришло сообщение: «Иванов Фёдор Никифорович, 1939 г.р.». «Ага, вот прям сам Фёдор Никифорович и послал эту гнуснь, - усмехнулся Алексей Владимирович. – Ладно, хрен с ним», - он убрал телефон в карман.
- Ну, что ты уже собралась? – посмотрел он на Ингу.
**** ****
Денис, поговорив по телефону с Лидией Борисовной, нервно крутил гаджет в руках.
Он буквально закипал от злости на отца. «Капец, совесть потерял… ко мне прибежал, чтоб я нашел, кто там смсочки шлёт матери. Реально, блин, как рубанок строгает…, мать его…, - он выругался матом. – Пятый, бл…, уже на подходе»…
Денис сходил на кухню, выпил воды. Внутри у него всё клокотало от возмущения. Ему надо было с кем-то срочно поговорить, но дома, как назло никого не было. Денис зашёл в спальню, взял с Лениной подушки смятый шарик бумаги, развернул его и ещё раз прочитал. – А чё?» – набрал он номер телефона супруги.
- Алло, - ответила Лена.
- Лен, вы, когда приедете? – спросил он.
- Мы с ночёвкой, - ответила она.
- Скинь локацию, - сказал он.
- Ладно, сейчас скину, - ответила Лена и отключила связь.
Вскоре на номер Дениса пришло сообщение. Он посмотрел его и вызвал такси.
**** ****
Лидия Борисовна была дома одна. Алексей Владимирович, задерживался. Она упорно считала, что задерживается он на работе. Их отношения были по-прежнему натянутыми. Но сейчас она думала о детях. О своих.
Её мысли прервал звонок, донёсшийся из коридора. Кто-то настойчиво звонил в дверь.
Лидия Борисовна встала с дивана и направилась в прихожую. Посмотрев в глазок, она спросила:
- Кто?
- Курьерская доставка? – донеслось из-за двери.
Она открыла дверь.
- Я ничего не заказывала. Вы случайно не ошиблись? – смотрела она на двух рослых парней, у ног которых стояли три большие коробки.
- Квартира Шмелёвых? – спросил один из них.
- Да, - кивнула она.
- Распишитесь, - протянул парень планшет с бумагами и ручку.
- Что в них и от кого? – покосилась Лидия Борисовна на коробки.
- Читайте, здесь всё написано, - ответил он, указав пальцем на закрепленные на планшете бумаги.
- От Белова? – взметнулись вверх её брови. – Ладно, - подписала она бумаги.
Парень отдал ей в руки копии документов. – Помогите мне втащить их в квартиру, - попросила она парней, кивнув на коробки.
Молодые люди, втащив коробки, вышли из квартиры. Лидия Борисовна закрыла за ними дверь.
- Хм, Белов освобождает квартиру от Дашки. Тошно стало. Ну-ну…, - сказала она вслух. – А мне-то что делать со всем этим, - смотрела она на коробки.
Она достала из кармана кардигана телефон, набрала номер дочери и позвонила.
- Алло, мам, - отозвалась Даша.
- Привет, Даш, Я чё звоню-то. Тут такое дело…
- Какое дело?
- Ну, была доставка. Два курьера привезли три коробки от Белова.
- Какие ещё коробки? – не поняла Даша.
- Ну, я не смотрела ещё, что в них. Думаю, что твои вещи. Ну, то, что ты покупала, когда у него жила, - сказала Лидия Борисовна. – Вот я и решила у тебя уточнить, что со всеми этими вещами делать?
- Мам, мне они не нужны. Делай, что хочешь.
- Не поняла, как это делай с ними всё, что хочешь? Вот отец тебе квартиру купит, и всё пригодится.
- Как память о Белове, что ли? – спросила Даша. – Чтоб видела и вспоминала? Чтоб больно было…, - задрожал голос у Даши.
- Ну, ладно, ладно, успокойся. Ты права. В новую квартиру надо всё новое…
- В новую квартиру…, - Даша чуть помолчала. – Мам, я решила в Сочи уехать.
- Что? Что ты решила? Куда? В Сочи? Зачем? – посыпались вопросы матери.
- Купаться в море и наслаждаться жизнью…
- Но там же… Ай, - махнул она рукой, - наверное ты права. Ладно. А с коробками я сама разберусь, - сказала она и отключила связь, даже не попрощавшись.
Известие о скором отъезде дочери с одной стороны её ошеломило, а с другой даже обрадовало.
Лидия Борисовна решила посмотреть, что находится в коробках.
Распечатав первую и, открыв её, она увидела послание от Белова. «Свою жизнь из своей памяти не выкинешь, даже если получится выкинуть меня», - было написано от руки чёрным фломастером на белом листе.
- Какой же ты сволочной, а?! – вскипела она. – Думаешь, отправил вещички и избавился? Нет, Белов, Нет! Твоя племянница будет тебе вечным укором от нас…, - злорадствовала Лидия Борисовна.