28 подписчиков

Калинник – десерт от Рязанщины доброй!

22 апреля 202522 апр 2025

66 мин

Калинник – подарок Рязанщины доброй, традицией древней навеян Руси! Десерт сладко-пряный из пышной и сдобной в глазури хрустящей трёх видов муки! . Он шапкою царской венчает застолье, печатью Рязани старинной горит. Свет алый, рождённый Окою в просторе, дар Родины трендом Российским творит: . то в сахарной власти, то с лёгкой горчинкой, с есенинской удалью, с нежностью уст, с безудержной радостью, с неба грустинкой… Калинник отведай – и день твой не пуст! . Глазурь шоколада белейшего снега, сгущённая щедрость лугов и полей, богатство и прелесть нежнейшего джема (Хоть чаю, хоть горькой, хоть квасу налей!) Калинника вкус – русской кухни елей! . . Калинник - это десерт из ржаной, пшеничной и черёмуховой муки с начинкой из калинового джема, покрытый глазурью из белого шоколада и сгущённого молока, увенчанный шоколадной медалью. Белый цвет глазури - классический вариант, с калиновой начинкой; фиолетовый - с чёрной смородиной; малиновый - с малиной; оранжевый - с облепихой. Идея создания ка

Калинник – подарок Рязанщины доброй,

традицией древней навеян Руси!

Десерт сладко-пряный из пышной и сдобной

в глазури хрустящей трёх видов муки!

Он шапкою царской венчает застолье,

печатью Рязани старинной горит.

Свет алый, рождённый Окою в просторе,

дар Родины трендом Российским творит:

то в сахарной власти, то с лёгкой горчинкой,

с есенинской удалью, с нежностью уст,

с безудержной радостью, с неба грустинкой…

Калинник отведай – и день твой не пуст!

Глазурь шоколада белейшего снега,

сгущённая щедрость лугов и полей,

богатство и прелесть нежнейшего джема

(Хоть чаю, хоть горькой, хоть квасу налей!)

Калинника вкус – русской кухни елей!

Калинник - это десерт из ржаной, пшеничной и черёмуховой муки с начинкой из калинового джема, покрытый глазурью из белого шоколада и сгущённого молока, увенчанный шоколадной медалью. Белый цвет глазури - классический вариант, с калиновой начинкой; фиолетовый - с чёрной смородиной; малиновый - с малиной; оранжевый - с облепихой.

Идея создания калинника как рязанского гастрономического сувенира появилась в 2018 году, а уже через два года десерт был выбран главным угощением Новогодней столицы России - 2020, то есть Рязани.

130-летию С. Есенина.    930-летию Рязани
===================
Оглавление
===================

130 – летию С. Есенина 3
Он наш, Есенин озорной 4
Старая Рязань 5
О Русь, паришь на крыльях! 7
Рязань 2025-2026. Новогодняя столица 8
Почему Русь моя золотая 9
Тихая Мещёра 11
Рязань! Ты – сердце золотое 12
Как в поле мёрзлом колос 14
Моя избушка на опушке 15
Лес. Мещёра 16
Я родился в мещёрской глубинке 19
Любава. Рязанский Есенинский венок 20
Застыла милая Мещёра 22
Рязань. Масленица 23
Опушка острова Мещёры 26
Мещера. Изменчив март 27
Не хожу за ёлкой в тёмный ельник 28
Калина горькая моя 29
Мещёра. Чудная Мещёра 30
Тихо зимний растворился вечер 31
Хмуро. Тускло. Грустно. Осень 32
Филёр и Шалопай (Памятник, г. Владимир) 33
На открытие Памятника А.С. Пушкину 34
Осень – дар предзимью, счастье 36
В своём Отечестве пророка нет 37
Время петь Фатьянова настало 38
Фонтан на Театральной 39
Мой тихий, щедрый край заветный 40
Памятник художнику 43
Гусь - Хрустальный 44
Рязань 930 лет. День города. Вальс 45
Рязань. Русский оркестр 46
Князь Роман Ольгович Рязанский 47
Пасха. Город Рязань 50
Рязанский камерный оркестр 51
Рязанщины предивный свет 53
Чтецам Рязанской всей земли 53
Колесо обозрения 54
Первый снег 55
Лицей 56
Рязанский распев 56
.............
Ока всё ластится. А слёзы катятся. 101
Над Окою ветры ходят 102
Неба предвечного силой 103
Молитва о Руси Святой 104
Любовь и страсть бушуют морем 105

==================================

130 – летию С. Есенина

Первое место ты в сердце моём,
Русь, занимаешь – любовь и отрада!
Вместе с тобою песни поём –
это и счастье, и путь, и награда!
.

Он наш, Есенин озорной
.
Сто тридцать лет, как народился
с загадочной Руси душой,
чтоб три десятка торопиться
лет кратких мир постичь чужой.

Чужой для подлости и боли.
Свой для земли, небес и воли.
Поэт и скандалист, рубака –
грудь настежь, красная рубаха!

Всё «те же жулики и воры»,
темницы, кандалы и шоры.
Всё те же выси, синь для рек,
святой и грешный          человек…

Твой крик на Русь лёг грустной песней:
дорога, дом, река...    Чудесней
и горше нет земли родной.
Он наш, Есенин озорной.

Живут стихи, с распевом дружат
для милой Родины святой –
Серёга всем нам в радость служит,
будь ты богач иль в голь спитой.
Поэтище!!!    Башку закружит,
хоть ты монах, хоть разбитной!

Сто лет, как к Богу возвратился
и душу обнажил на суд,
чтоб рифмой в вечность обратиться –
в сердцах слова Любви
живут!
Стихи Сергуни Русь поют!
.

Есенин в городе

"Есенин в городе" – шалит,
горит Рязань осенним светом!
Поэзия Руси парит
в концертах, в чтениях, в проектах!
.
Литературы, моды шик.
Театра, музыки подарки.
Поэт доныне рядом! Жив,
а рифмы современны, жарки!
.
Есенин в двадцать первом веке:
правдив и честен, ярок, смел!
Да, с нами он – за Русь в ответе:
весь мир душой обнять посмел!
.
«Есенин Яр» в селе родимом.
Вновь Константиново творит
порывом крепким: одержимо
Сергея праздник воцарил!
.
Возжжёт, стихами пламенея
«Есенинских октябрьских дней»,
седьмой десяток лет музея
поэта мир России всей!
.
Есенин в городе и в крае,
летит просторами Земли!
Год юбилейный гимн играет –
таланту русскому внемли!
.
.
.
Всероссийский Есенинский праздник
.
Есенинский праздник. Сто тридцать лет-зим
мелькнуло от даты Сергуни рожденья.
Есеня! С горластою рифмой летим
твоею! Распахнута грудь вдохновеньем!
.
Во мрак деревенский, в огнивость столиц
ты бросил предерзкое, чистое пламя.
И ложь не терпел от чинов и от лиц –
стихом нёс творения дивное знамя!
.
Во всех уголках необъятной Руси,
на всех перекрёстках, ухабах России
кто помнит тебя – никогда не грустит!
Убийц златокудрого нет, не простили!
.
Пари же на крыльях, Отчизна моя!
Дороже мне жизни Есенина голос.
Пусть смело поэт и писатель творят!
Жив в поле рязанском и я – малый колос!
.
Старая Рязань
.
Хранит веками над Окою
мой старый град-Рязань покой.
Холмами, света синевою
встречает тихий край родной.

Стою, вдыхая даль просторов,
истории великой дань.
Для сердца русского восторгом
печать времён, печальных дат!

Стараньем долгих поколений
намолены с крестом места,
и память грозную столетий
дом добрый судьбами верстал.

Прислушайся – услышишь зовы
страны великой: счастье, грусть…
Стозвонный, радостный, торговый
и ратный путь – Святая Русь.

Ковали честь, мечи, подковы,
врезали в летописи вязь.
Гремели ярмарки, оковы.
Души и Бога свята связь.

Судьба Рязани и народа –
Отчизны милой чудный крест.
Какая дивная природа!
Могучий дол лежит окрест…

Здесь корень, дух и веры сила,
Рязанской соль земли моей –
тут сердце и моя Россия!
Нет края мне милей, родней.

Порою золотой осенней
бродил над валом лет поэт.
Песнь подарил Сергей Есенин
нам рифмой звонкою, завет

любить Рязанщину родную,
поля, леса, бездонность, синь…
Ведь не найдешь нигде такую,
хоть и у Бога попроси!

Царит веками над Окою
заветный, древний город мой.
Лелею русскою душою,
люблю тебя, мой край родной!

.
О Русь, паришь на крыльях!
.
О Русь, взмахни крылами! Вечны
полёт твой, правда, свет и долг!
Пусть дни поэта быстротечны,
пой, чтобы зов любви не смолк!

Судьба России… Сколько перьев,
трудов и жизней на излом!
Велик поэт Сергей Есенин!
Борьба: свет-тьма, добро и зло…

Открытый, с пылкою душою
искал и мучился, мечтал.
Россию видел он другою –
Певец – любить не перестал!

Подмена Неба – приземлённость.
Слог полуправды – миру стяг?
Доколе Слова извращённость
у власть имущих на устах –
союзна в центе, на углах.

Да! Каждый день как миг последний:
Сергуня пел, крушил, писал –
за тридцать лет лихих мгновений
до гроба жизнь перелистал!

Мой собеседник и наставник,
гуляка, хулиган, святой…
Поставил точку тьмы посланник,
убив поэта?.. Запятой

последний миг, петля и труп:
в сияньях залов, в мгле халуп
звучит его рязанский голос,
да так, что дыбит каждый волос!
.
Пой, чтобы зов любви не смолк,
пусть дни поэта быстротечны!
О Русь, паришь на крыльях! Вечны
полёт твой, вера, путь и долг!

.
Рязань 2025-2026. Новогодняя столица
.
Новогодняя столица –
ты, Рязань! Гостей встречай.
У рязаночек свет в лицах.
Русь родная, привечай:
пряник, пироги баранки…
Наливай меды да чай.
Горки, поцелуи, санки…
Не влюбиться б невзначай!

Новогодняя столица:
игры, песни, танцы ждут,
и салют готов пролиться –
радуйся, весёлый люд!
Отдыха деньки проститься
с грустью поскорей зовут.
Ж’ара свет сердец хранится
здесь, в Рязани, – Русь поют!

Кружевн’ы чудес снежинки –
Киров, Суздаль отдают!
Щёчки-ямочки-смешинки…
Пой, Рязань-краса! Салют!!!
Сердца русского приют!
Здесь за смелость наливают,
беды-горесть утоляют,
угощают, зазывают,
кормят, поят и целуют,
счастье-радость в душу льют,
любят, м‘илуют, мил‘уют!
Счастлив тут российский люд!

Новогодняя столица!
Приезжайте в гости к нам
погулять, повеселиться,
отдохнуть да помолиться…
Мать-Рязань так рада вам!

.
Почему Русь моя золотая
.
Почему, Русь моя золотая,
даже если нагая, босая,
для меня ты одна дорогая?
Разлилась без конца и без края.
Лишь одна для меня – золотая!
Не имеешь границы и края.

Преклонились берёзки пред высью.
Думы все упокоены жизнью.
Золотых лет прошедших страницы
жаждут тихой молитвой забыться.
Думы, радости, битвы, зарницы
жаждут сЕрдца молитвой забыться.

В небо синее просьбы возносят
колокольные древние звоны.
И прощенья Всевышнего просят
покаянные скорбные стоны.
Звоны грустные стоны возносят,
покаянно прощения просят.

Почему, Русь моя золотая,
даже если больная, слепая,
лишь одна для меня, дорогая,
разливаешься далью? Святая!
Дорогая моя, золотая,
не имеешь предела и края...

.

Тихая Мещёра
.
Тихая Мещёра.
Дикие леса.
Синие озёра.
Дивная краса.
Лес, луга, болота.
Девственность реки.
Мудрая природа.
Люди далеки.
Берега Сороки.
Заповедный лес.
Узенькой дороги
Чуть петляет след.
Вот Бобры-деревня.
Брошены дома.
Дух мещерский древний
Звуком топора
Не разносит свету
Радость, звон, как встарь.
Моему привету
Дарит эхо даль.
Покосили годы
изб сутулый ряд.
По деревне бродит
Грустью жалкой взгляд.
Где семья, род долгий?
На погосте спят.
Смерть глубинке вторит:
Ходу нет назад…
Через мостик Кнулы
Дальше путь бежит.
Лес, поля уснули.
Вечер в ночь спешит.
Память вновь лелеет
Милые места.
Месяц храму внемлет,
Воздвиженью креста.
Старой, чудной церкви
Лик встречает ночь.
Свет последний меркнет.
Холод гонит прочь.
Голос позабытый –
Нет колоколов.
К Богу вход закрытый
На замок, засов.
Ничего, погоста
Звёздный примет свет.
Маленького роста
Встретит мамы крест…
***
Милая Мещёра –
Здесь душа моя.
Речка, лес, озёра…
Дивные края.

Рязань! Ты – сердце золотое

Рязань! Ты – сердце золотое
России, матери родной,
Отечество мое святое,
Дозор, хранивший Русь, покой.

Века горящею стрелою
Летели грозно над Окой.
И ты единою судьбою
Жила с великою страной.

Две тысячи и четверть века –
Год юбилейных славных дат.
И нет в Отчизне человека,
Кто бы не помнил тех солдат,

Кто грудью заслонил, спасая
Страну и землю, честь, народ.
Здесь скромная Любовь простая,
Надежда, Вера, Свет, оплот.

Рязань, твой знаем год рожденья.
До тысячи осталось семь
Десятков кратких, как мгновенья.
Тебя люблю я сердцем всем!

Разлитый в синь твой голос чистый –
Завет есенинской строкой.
Твой век, что песня голосистый,
живёт страной, душой, Окой!

Царицей всех гостей ты встретишь!
Столицей будешь нам блистать!
Собою русский дом осветишь,
С любовью чтобы    Мiръ    обнять.
(Рязань – новогодняя столица 2025-2026г.г.)

Как в поле мёрзлом колос

Метель пугала, в проводах
тревожно ночью бредил ветер,
потушены огни в домах,
фитиль у лампы еле светел.
Посёлок Курловский.       Снега…
Сверчок давно уснул за печкой.
Во сне июля берега
шептали травами над речкой.

В ночи иконы строгий лик
внимал, мерцая, песне тихой.
Мир кроткий замкнут, невелик,
дремотой п‘олон сладкой, липкой.
И голос мамы в сон клонил;
подпевкой стон калитки хлипкой.
На пол вязанье обронив,
клубок игрался с мягкой ниткой.

Июльский жар.    Владимир мой.
Привык...    Прохладная квартира.
Вода и свет.    Уют с плитой.
Шашлык из ближнего трактира.
Но снятся ветер и метель,
и мамы нежный, милый голос,
сверчок, скрип петель, ночь, постель…
Ушла…
Как в поле мёрзлом колос.

Моя избушка на опушке

Моя избушка на опушке
посередине двух миров;
как нелегко больной старушке
влачить удел двойных оков.

Одной ногою костяною
стою за гранью света… Мгла
хранит от глаз живых стеною
мир сумерек…    Когда игла

судьбы пронзит, и воды мрака
подступят, страх в сердцах людей
обуревает души: драка
меж бесов, ангелов всё злей.

Для добрых, верных и послушных
открыт на тверди неба свет.
Отступникам, заблудшим душный
ад уготовлен в вечный век.
.
Я днём привыкла здесь, в проулке,
в тени домов усердно ждать
и наблюдать людей прогулки,
прилежно жертву выбирать.

Почуяв в сердце зла отраву,
на ступе, заметая след,
я ночью утащу в дубраву
того, кто жаждет зла и бед.

Я жду. Я улыбаюсь… Слёзы
сдавили грудь. Везенья нет,
и увядают мои грёзы –
в живых сердцах сиянья свет.
.
Кресты на людях и на храмах
коробят мой недобрый глаз.
Я жду упавших в грязь во нравах.
Запомни: караулю вас…

Лес. Мещёра

Отчизна. Родины безбрежной
велик, красив и дорог край!
Мне доброй, милой, тихой, нежной
Мещёры лес – дом-крепость, Рай!
От детства дух земли лелеял,
питал с терпением трудом,
дела и время верой мерил,
творя покой и мир кругом.

Шли годы. Быстро, неизбежно
менялся лик людей, земли.
Сердца подвластны воле грешной.
Набатом новый век гремит.
От мала до велика души
погружены в потоки лжи.
Народ тельцу златому служит:
и князь, и нищий… Тьма спешит.

Я помню шумные дубравы
и корабельных сосен бор,
берёзок рощи… Строгий, бравый
лесник служил – молчал топор.
Руси богатство – крепкий, правый
дух православный, как затвор,
оберегал простые нравы.
Бессильны были враг и вор.

Что вижу… Мертвая, Мещёра?!
Рассечены душа и лес!
Проклятье людям злобой чёрта –
наживы бес везде пролез.
Сгноили правду.    Совесть стёрта.
Пеньки да гарь. Мой дух отверст.
Болота чернью – крест простора…
Воздет небесный судный перст.

Звереют ветры. Рваны раны.
Долины стонут. Тракт пылит:
рубли, вагонов караваны,
смерть лесовозами рычит.
Порушены природы храмы.
Порядок Божий пал, разбит?
Бульдозеры, лебёдки, краны.
Агонией душа храпит.

На дыбе племя распиная,
хохочет злобный ада царь.
Отравы ядом власть иная
плюёт в Отечества алтарь.
«Князья», «бояре», не икая,
подачки жрут. Алкает тварь.
Чумой рвёт пир, вопя, спиваясь.
Всё круче в небе хаос, хмарь.

Доколе?! Где страны защитник,
попиленной России страж?
Восстанет чести зов забытый,
проснётся в сердце Божий страх?
Закон возмездья – столп гранитный?
Когда же взвоет злобный враг?
Продажный, смрадный слой «элитки» –
вон, прочь в истории овраг!

Я верю! Встанут скрепы лесом:
деревья, дети, совесть, дух!
Воспрянет добрым дивным веком
Россия. Пусть лелеет слух
дубравы шум, природы смехом
разносится Мещёры гул.
Надежда девственным подлеском
с Любовью, с Верой ввысь растут.

Я родился в мещёрской глубинке

Я родился в мещёрской глубинке,
где живут обложные дожди,
где лесные, кривые тропинки
мне шептали: Чуть-чуть подожди,

ты увидишь и горы, и степи,
города и дороги, любовь,
выбирая путь долгий и светлый,
поворот ты осилишь любой…

Благодарен. Судьбою и небом
не обижен: счастливый, дышу,
прибалован туманною негой,
я в России любимой живу,
для Рязанщины милой пою.

Вдоволь сны: голубые тропинки,
мой неброский, затерянный мир,
речки в звёздах и судьбы-былинки,
предрассветного неба сапфир,

молодые осинки во мшарах,
что меняют листву напоказ,
сизый бор в снеговых шароварах,
речки Насмур иссохший покат...

Я в мещёрской сторонке родился,
когда май устремился в загул;
щедрой Родине здесь пригодился
под наддув стекловаренных гут.

Кану лучиком в робкой Сороке
и, до курловской поймы доплыв,
перейду временн‘ые пороги…
Отчий дом мой глаза призакрыл.
В вечность путь – крутобокий обрыв.

Растворюсь в говорливой Мещёре,
где следы моих предков живут –
счастья больше мне надо ещё ли?
Облаками пусть песни плывут.
Если спросишь: Вернёшься? Придёшь ли?
Я отвечу: Стихами приду.
Ты же знаешь…
Конечно приду.

Любава. Рязанский Есенинский венок

Венок рязанский для Есени
с Мещёрой дивною сплету.
Перед рассветом быстро в сени,
схватив одёжку на лету.

На волю! В поле! В стынь дремоты,
пока глухарь токует, в даль.
Опушка, сбросив хмарь зевоты,
тумана тянет к долу шаль.

Берёз верхушки розовеют.
Ярило рвёт на почках плоть.
Уж скоро соки одолеют
и смогут холод побороть.

Красотки белогруды – вскинут
душистых прядей в небо шёлк.
Весной, я помню, стыд покинул
Любаву: Ты б, дружок, зашёл…

Как жарки, кратки были встречи!
Луны бесстыжей голый шар!
В пожаре губ не висли речи:
пролесок, поле, кромки мшар…

Ты подковала влёт гнедого.
На жизнь на всю мне в память мёд.
Вот только радовал недолго
запретный жадно-сладкий плод…

Года – табун, несущий в осень.
Крестьянской доли горек вкус.
Поросший холмик в плаче сосен.
«Любава» строки нареку.

На волю! В поле! В дым дремоты,
пока зовёт, лелеет даль…
Опушка, сбросив листьев соты,
туман развеет и печаль.

Застыла милая Мещёра

Дыхание Мещёры, дух
таинственный её могучий
снега укрыли. Нем и глух
крещенский зимний лес дремучий.

Дышать не смеют звери, птицы.
Уснул смертельный страх в ночи.
Тиха природа, затаиться
велит живому… Всё молчит.

Застыла милая Мещёра.
Мороз безжалостно царит.
Рассветом поздним вспыхнет споро
луч солнца, землю озарит.

Короткий день, как передышка,
меж бездной мрака и весной.
Безмолвны тени, еле слышно
снег с елей вьётся белизной.

Все запахи лесные спят
под пухлым саваном пушистым.
Смолистых шишек аромат
сковал хрустальный блеск искристый.

Терпи, надейся, уповай
на миг прекрасный: свет весенний
подарит рыжий каравай
бескрайней ласковой вселенной.

Дыхание земли и дух
непобедимый и могучий
наполнят ароматом вдруг
прекрасный лес родной, поющий.

Весной растопит вновь оковы
основа жизни, Божий Свет.
И ‘облака смешной подковой
оставит ангел чистый след.

Рязань. Масленица

Трубеж, небо – пух лебяжий.
Блин как солнце. Город мой –
дом старинный, добрый, княжий.
Снова сердцем молодой –
твой весь я, свет-край родной!

Масленица – духом русским
каравайцы, дым костра.
Мать-Рязань морозцем хрустким
да частушкою остра.
Сколь красавиц! Просто страх!
Улица пестра-красна!

Лыбедьский раздол гремящий:
песни, пляски, смех, гульба!
Вот даёт! Какой горячий:
сапоги снял со столба
яловые (пот со лба)
мОлодец лихой, рязанский.
Фейерверков гром-пальба.

Сырная неделя...    Праздник.
Кремль. Раскатист выходной.
Жги, языческий проказник –
в омут шумный с головой!
День похмельный, годовой.
Старый Город заводной!

Я согрею кровь морозом,
поцелуем и винцом.
Накормлю Весну я просом,
сдобрю беленькой, овсом,
буду братом ей, певцом,
иль любовником-слепцом.

Масленица! Ты ль, душа,
принесла мне марта гул.
Холод-мрак зимы круша,
я иду с тобой в загул,
в вихрь весёлый погружаясь,
голос разума глуша.
Развернись, Руси душа!

Отпляшу да отпою
молодость хрустальную!
Я, Рязань, тебя люблю
тихую, венчальную.
Я тебе, Рязань, дарю
песню разудалую.
В пост Великий отмолю
хворь души печальную...
Ээх! Заводи прощальную!

Трубеж…    На кулачный бой
выходи, посадские –
супротив деревни строй:
дюжие, мосластые,
тощие, скуластые.
Девки смотрят – бровь дугой –
складные, глазастые.

Спустит юшку люд на лёд,
придурь годовалую,
не грешить чтоб наперёд,
выбьет думку шалую
с прикупом и малую,
свежую да старую.

Масленица! Ввысь душа
пеплом-чучелоЙ-тоской!
Март пирует, тьму круша.
Вечер мёрзлый льнёт, шурша…
Еду поутру домой –
ждёт раскаяний ушат.
Кончился, Рязань, постой (*) –
прощевай!
Придём постом… (**)

(*) Постой (разг.) – ночёвка, проживание в нанятом помещении.
(**) Придём постом — во время Великого поста.

Опушка острова Мещёры

Опушка острова Мещёры.
Болот нехоженых страна.
Брусника с клюквой ало спорят
за место у большого пня.
Осины листья золотые…
Ещё украшены стоят
деревья. Ночью долгой стынут
от ветра дали, небеса.
По Утру стелет хмарь грибная,
туманом ворожит река,
и лес застужено роняет
слезу о лете…    Никогда
не повторяются восторгом
прошедших снов зарницы лет;
лишь раз в году, лишь в мае грозы
мечты лелеют. Первый снег
на ПокровА укроет пледом
леса, болота, жизнь, поля;
заснёт Мещёра тихо… Следом
спешит Красавица-Зима.

Мещера. Изменчив март

Изменчив март. Весенним светом
уже наполнились поля.
Сосульки с солнечным приветом
на крышах изб огнём горят.
Лишь лес угрюмый и холодный
зимы уснувшей стон хранит.
Бранит сосновый бор дородный
речных ледовых глыб гранит.
Намедни разыгралось солнце,
по руслу Клязьмы лопнул лёд.
Сквозь льдины мутное оконце –
водой бурливой взломан гнёт.
Но ночь морозом разъярилась,
весенний зов закован льдом.
Лукошко солнца растворилось,
промёрз лесной звериный дом.
К полудню шаловливый ветер
развеял сумрак, облака
и успокоился…    Лик светел
весны-красы, возобладал.
Изменчив март. Лучистым светом
Мещера дышит. Пусть порой
зима бушует, скоро лето! –
весна нам ворожит с тобой.

Не хожу за ёлкой в тёмный ельник

Не люблю предновогодний ельник.
Душит он меня, корёжит.
Не вхожу тверёзый иль похмельный:
сучья в глаз, да в лапник сложит!
Гложет сука-память!
Гложет…

Друг-братуха    мне приснился:    бритый,
трезвый, улыбался всё.
А на утро в глотку с шишкой вбитой
на ремне… На ёлке… Кто спасёт…
Кто мне с горя,    в радость поднесёт?

Инвалид. Безденежье. Тоска. Спиртяга.
Друг единственный.       Смертелен грех.
Попросил червонец.
………………..
Сволочь, падла, скряга –
жизнь моя – гнилой орех!
Муть-хандра в душе от ран-прорех.

Не хожу за ёлкой в тёмный ельник.
Что ж ты сделал?! Ведь не отмолить.
Будь хоть кто: ханыга, вор, любой бездельник –
денег дам, не надо и просить.
Ты спасаешь!
Бог меня простит?
…………………..
Плод раскаяния мир растит…

Калина горькая моя
.
В Мещёре тихой и родной
Калина грезит тёплым Летом,
но льёт осенний Дождь слепой,
тоскливым жжёт Зимы приветом.

Природа средней полосы
над поймой речки раскидала
слезу Дождя, алмаз Росы,
кусты Калины кровью алой.

Затянут серым Неба свод,
Вода рябит свинцовой коркой;
как золото, Листва течёт
и тонет в Тьме реки бездонной.

Предзимья День Калины пьёт
живую кровь... Но крЕпки гроздья,
и ярких алых ягод лёд
вбивает Стужей в ветки гвозди.

Держись, родная, – скоро Ночь –
Мороз скуёт ветра и жилы.
Нет силы... Смерть... Но донесёшь
дар жизни свой судьбой нелживой.

Блеснёт река стеклом… Зима
мещёрские скуёт просторы;
Калина, горькая моя,
собой с молитвой Птиц накормишь.

Мещёра. Чудная Мещёра

Мещёра… Ч’удная Мещёра –
мой дом родной, мой отчий кров.
Я чувствую: уж скоро…    Скоро
воспрянет свет от зимних снов,
и скинет лес снег’а оков.
Пускай метель кружит в оврагах,
река, крутясь в полночных страхах,
бурлит и истончает лёд.
Под ивой, в белых тесных раках,
почит мороз.       Зима уйдёт.
Поста Великого смиренье…
Запеть готовится душа.
Застыло сердце предвкушеньем.
Весна спешит разбить терпенье,
пасхальным звоном ночь круша!
Ручьи, река, луга, леса
вновь явят миру чудеса:
пробьётся, зеленея, вечность,
водой живою небеса
омоют юности беспечность.
Мещёра!    Дивная Мещёра,
мой отчий дом, мой кров святой:
просторы, синие озёра,
родник, тропинкой завитой…
Мой милый, добрый край родной!
Одно мгновенье – жизни миг.
С рожденья в вечность льётся время.
Какой недолгий солнца блик,
какая краткость сновиденья…
И пусть я мудрость не постиг,
природы видел Божий лик.

Тихо зимний растворился вечер

Тихо зимний растворился вечер.
Звёзды бусами в причудливую нить.
Родина, что мать, – тоску полечит.
Память злая перестанет душу грызть?

Ночь глухая пала над долиной:
проглотила чернь погосты и поля.
Звуков нет.    Хрустящею периной
лес укрыт.    Встречают милые края.

Деревенька сникла – спуд с веками
пригвоздил к земле срок долгих передряг.
Тополя промёрзшими руками
снова детства сказки-грёзы бередят.

Нет огней. Любимые окошки
кротко в тьму провалами глазниц глядят.
Ме’сяца нырнул в трубу кокошник.
Льдинки слёз калиткою зовут, блестят.

Стыд? Мороз?    Пылают горько щёки.
Мне пора...    Ждёт город бесприютный смут.
По оврагам фары гонят щёлки
бесов глаз,    что век мой душный жгут.

Хмуро. Тускло. Грустно. Осень

Хмуро. Тускло. Грустно. Осень
ходит пО лесу нагая –
рубище худое – гложет
холод кости.             Замерзает,
уходить не хочет Осень,
над Мещёрой издеваясь,
проклинает Зиму, просит
просинью в лесу остаться.
Неприкаянно шаталась,
улеглась в болоте зыбком
и забЫлась сном, забИлась,
беспокоя вОды зыбью…
В золоте, шальной, сентябрьский
Ветер снился ей опять
и полёты к звёздам дальним
и Дубов кудрявых рать.
Все ей были слуги, братья,
все любили нарасхват,
а теперь в болоте чахнет,
Счастья не вернуть назад.
Пусто, грустно, хмуро.    Осень
погрузилась вглубь болота.
Лес, в предзимье замирая,
ждёт Красавицу…
Встречает.

Филёр и Шалопай (Памятник, г. Владимир)

Над Шалопаевкой ништяк погоды;
изведаны лазейки и проходы;
филёр полгода кружит хороводы;
я с сумочкой для шухера отвода.

Наш атаман кошель давно приметил;
на рынке щипачом углы пригреты.
Когда нырнёт мошна на дно с приветом,
судьба засветит рубликом заветным.

Как надоел филёр своим соседством;
та сумочка от мамочки наследство;
на долго не запрёшь по малолетству;
я скинул хвост лишь мне знакомым средством.

Шалмана дым навеял тёплый ветер.
Свободы босоногой шалый вечер.
Для хулигана путь к Централу мечен,
навечно Шалопаевкой засвечен.
***
Владимир дремлет… Тихая погода.
С зенитом лета солнце счёты сводит.
Иное время, здесь туристы бродят.
Пацан филёров снова хороводит.
**
Над городом ништяк опять погоды.
Расклад другой, иные нынче годы.

На открытие Памятника А.С. Пушкину

Лето тёплой, июньской капелью
в да‘ли поймы, в ширь радуг спешит.
Ветры льют по-над Клязьмою песню.
Милый парк. Ряд деревьев ершист.
Солнце дивной поэзии русской:
трость, цилиндр и внимательный взгляд.
От собора тропинкою узкой
он спускался два века назад?
Долог путь по бескрайним просторам.
Вечен мудрой поэзии свет.
Места нет больше громким укорам –
входит в город великий поэт.
Под покровом его незабвенным
добрых, чудных, несказанных рифм
для тебя клад открыт сокровенный,
сердцу – творчества бешеный ритм.
Пусть пииты изысканным словом,
обнажая ветрам душу, грудь,
дарят смыслы высокие снова,
проходя вечный творчества путь.
Твёрдой бронзою в память поэту:
фрак, цилиндр, трость и «пушкинский» плащ.
По ту сторону смерти и эту
франт и щёголь! И счастье, и плач…
Солнцем дарит нам свет по завету.
Тьма забвенья – ему не палач.
Лета благость июньской жарою
в поймы дали, в высь неба спешит.
Ветер шалый прекрасной порою
в парке судьбы, как прежде, вершит.
Пусть влюблённых часами не мерит
радость встречи «у Пушкина» вновь.
Мой Владимир старинный им верит:
Есть и счастье, и дар, и любовь!
Александр нам Сергеевич внемлет:
Ценен день, если любишь, любой.

Осень – дар предзимью, счастье

Осень – дар предзимью, счастье.
Лист сорвался в краткий путь.
Жизни миг – рифм одночасье –
срок торопит. Давит грудь.

Парк любимый. Ходит Пушкин,
устремлённый взглядом в даль:
пойма, высь, лесов опушки,
сумрака туманов шаль...

Болдинская осень, помнишь
вдохновений фейерверк?..
А над Клязьмой дождик косит.
Носит лист и вниз, и вверх.

И, как этот путник мёрзлый,
мокрый и счастливый я –
позабыв дней след свой пёстрый,
внемлю: осень бытия...

Гений, друг мой, рядом в парке;
отблеск осени твоей
солнца ликом, взглядом ярким
дарит счастья сладость дней.
***
Милая моя подруга,
муза и жена моя,
видит дивная округа:
Есть Любовь в родных краях!

В своём Отечестве пророка нет

В своём Отечестве пророка нет.
Владимирская область, Русь родная.
Не молод… Не достиг порога лет.
Пороком смертным рифма удалая?

Владимир, Александров, Суздаль, Гусь...
Цепь русская, веками завитая.
Гадалка звонкая, кукушка-грусть,
считает дни, венками заплетая.

Скворец поёт о Золотом Кольце
под Солнцем, пред подружкою играя.
Весенний слышит радостно концерт
Мещёры даль,    всегласно подпевая.

Я счастлив здесь, в Отечестве своём.
И не нужны подмостки златоглавой.
Скворечник ставлю новый. Мы вдвоём
споём молитвы зорьке православной.

Когда почит день краткий в сумрак-ночь,
зима сосну опеленает снегом,
душа покинет землю в вечность, прочь –
Мещёра вспомнит курловским приветом,
вселенский свет пронзит лучом заветным.

Время петь Фатьянова настало

Время петь Фатьянова настало!
Праздник летний, звонкий, боевой.
Жить, любить Россия не устала –
Ряд талантов ярок! Огневой!
Льётся песня над страной родною:
жар сердец, творения души!
Дружною семьёю озорною
мы поём! Добро не заглушить!
***
Алексей Иванович Фатьянов.
Сорок лет... Как мало жизни спел!
Соловьиной песнею с тальянкой:
«Родиной», «Крылечком» и «Полянкой»
заслужить любовь людей успел.
Как просты родные, звонки песни!
На сердца ложатся с первых строк.
Вязниковский наш шальной кудесник.
Века прошлого и нового ровесник –
выпал соловью короткий срок.
В песнях милых, искренних и добрых
свет, любовь, надежда, вера, даль,
неба, Клязьмы синие просторы,
ритмов, рифм богатые узоры,
радость, шутки, смех, война, печаль…
Алексей Иванович Фатьянов.
Ярок след! Как много жизни спел!
Стих, душа твои летят «Тальянкой»!
Вязниковской солнечной полянкой
ты Россию всю объять успел!
С доброй вязниковскою полянкой
всей России сердца песню спел!
***
Время петь Фатьянова настало.
Родины таланты - дивный цвет!
Песен никогда не будет мало.
Праздник дарит жизни чудный свет!

Фонтан на Театральной

Светом наполнен и музыкой город.
Лето прощается, близится холод.
Площадь театра раскинула полог
дивным фонтаном… Владимир. Так дорог
памятью лиц, тихих скверов прохладных,
шалостью лип лет сбежавших нескладных,
радостью зрелости, болью утраты,
счастьем нежданным для поздней отрады.
Осень… Так близко дыханье печальное.
Дай насладиться. Фонтаны хрустальные
бьют и несут к небесам театральные
жизни сюжеты фатально-венчальные.
Внуки, что голуби… Плещутся в брызгах
солнца и радости годы – так быстры!
Падают, блекнут от радуги искры.
К югу летят журавли в долгих мыслях,
с грустью прощаются в вечности выси.
Музыкой, светом наполнен мой город.
Близится холод дождями за ворот.
Площадь театра раскинула полог
дивным фонтаном. Владимир… Так молод!

Мой тихий, щедрый край заветный
1.
Мой тихий, щедрый край заветный,
твоих певцов почтенный ряд
украсил прошлое. Ответный
сердечный дар: Их слог хранят!
Фатьянов, Солоухин, Волков,
Мошков, Никитин будут долго
наш русский, добрый мир беречь,
от строк пустых язык стеречь.
В их книгах жизни след: рассветы,
крестьянский быт, солдатский труд,
с рожденья в вечность краткий круг,
земли, отцов, веков заветы...
Мещёры доброй милый край –
мой поднебесный, дивный рай.
.
2.
Родная сторона святая
являла самородков свет:
судьба, Отчизной привитая,
дала твореньям свой срок лет –
одним длинней, иным короче...
Любовь ко слову напророчил
для счастья, поисков, невзгод
Руси словесный кровный код.
Труды их камнем драгоценным,
пройдя в горниле жарком путь,
блистают – искры пали в грудь –
призывы Родины священны!
Восходят новых имена –
достойно впишут письмена!
.
3.
Войдут лучом, сияньем чудным
и слогом дерзким в новый век,
сердцами трепетны и мудры,
с призывом к миру: Человек,
храни всемерно свет и радость,
богатство-щедрость слова, святость
свечения любви для рифм
и верный, чистый, твёрдый ритм!
Прекрасным, честным будет слово:
изысканная мыслей вязь,
тесна в ней с зовом предков связь!
Каноны соблюдая строго,
пусть буква смыслом воспарит,
Мещёру светом озарит!
.
4.
Самодостаточная яркость,
сюжета чувственная нить,
прилежность, смыслов ёмкость, краткость,
потребность жить, любить, творить!
Времён влиянье царских, светских,
гром революций, век советский…
То русский песенный разлив,
то жёсткий крик, войну прошив,
то нежный, женственный порыв...
Подвластны: дивные пейзажи
лиричный поворот крутой,
поэзии и прозы строй,
шикарность новых вернисажей.
Таланта данность – Слова дар:
труды и поиск, чувств пожар.
.
5.
И как бы ни были опасны
полёты муз, тропинки слов,
какое счастье быть причастным
к твореньям из надежд и снов.
Какие радость упоенья,
смятенье, сладость вдохновенья,
когда сквозь нервный сердца стук,
роятся строфы в тучах мук…
И нет к судьбе вопросов страстных:
Смогу ли путь преодолеть,
венец не сняв терновый, петь,
идти сквозь строй глухих и властных?
Смогу! Мне жить, любить, творить
и слово Родине дарить!

Памятник художнику

Осень, здравствуй!    Свинцовые тучи
нависают холодным дождём.
Октябрём заколдован плакучим
город милый – с тобою вдвоём

на пленэр, где владимирской дали
щемит сердце певучая грусть,
где соборы и вера восстали,
сберегая великую Русь.

От земли до небес восхожденье –
лишь мгновение – к’ороток век.
Что расскажешь, душа, для спасенья,
как предъявишь пред Богом ответ?

Осень дарит последние краски.
Скоро савана белого снег
всё сокроет… Тревоги и маски
канут в Лету. Уснёт человек.

Я спокоен. Вновь кисти мазками
оставляют мой трепетный след.
Куполами соборов, крестами
лечит время от боли и бед.
.
Я дарю тебе, город волшебный,
этот скромный пейзаж и любовь.
Пусть разбудит край русский, заветный
мая чистую, юную новь.

Гусь - Хрустальный

Здравствуй, город мой…
Хрустальной
Славишься стекла слезой
И Мещёрской первозданной
Леса чистою красой.
Над озёрами, полями
КрУжат гуси – в дальний край
Провожаю грустным взглядом…
Родину не забывай.
Где бы ни был, все дороги
Приведут опять домой,
В город мой, пусть храмы хором
Льют хрустальный чистый звон.
Пью в святой российской дали
Дивный воздух леса…    Что
Мне заменит крик печальный
Птиц, вернувшихся домой.
Шумных городов чужбина
Опостылела вконец;
Я вернулся в город милый –
Здесь хрустальный мой венец.

Рязань 930 лет. День города. Вальс
1
Московский, Октябрьский, Советский,
Железнодородный родной
мир мой современный и детский,
любимый наш дом дорогой.
Рязань, город милый, заветный,
Иду я по жизни с тобой!

Припев
Кру’жится, кру’жится вальс над Окой.
Августа жаркого (доброго) день озорной (заводной).
(Тихий (тёплый) сентябрьский денёк озорной.)
Города праздник! Мы вместе с тобой –
кру‘жимся, кружимся – вальс огневой!
Музыка, песни летят над Окой!
Край мой Рязанский! Ты русский, святой!
(Край мой Российский, Рязанский святой!)

2
Нет места любимей, дороже.
Победы, Рязани, Есенина год.
Пусть каждый район здесь исхожен,
гулять нас с тобой город снова зовёт.
Единственный, чудный, пригожий
Рязанский край любим, поём!
Россию мы любим, поём!

Припев
Кру’жится, кру’жится вальс над Окой.
Августа жаркого (доброго) день озорной (заводной).
(Тихий (тёплый) сентябрьский денёк озорной.)
Города праздник! Мы вместе с тобой –
кру‘жимся, кружимся – вальс огневой!
Музыка, песни летят над Окой!
Край мой Рязанский! Ты русский, святой!
(Край мой Российский, Рязанский, святой!)
Дом мой любимый, родной…

Рязань. Русский оркестр

Снова оркестр мой русский звучит,
зрителю дарит радость души!
Музы и света брызжут лучи.
Долг наш – России вечно служить!
В творчестве, вере проложенный путь.
Преданны предкам. Нас не согнуть.
Город любимый, дивный, родной!
Жизнь уместилась в награде одной:
радовать, верить, быть и любить,
мудрость искусства людям дарить.
Радугу чувств для мира, добра
чудный оркестр душою вобрал.
Взмахом руки маэстро вознёс
силу, надежду, радость до слёз
славу, победу, память и честь…
Зал рукоплещет! Браво! Не счесть
глаз благодарных – это и есть
счастье, призванье, небесная весть.
Город Рязань!
Пусть нова звучит
русский оркестр. Сияют лучи
музы и духа, света души.
Долг наш – России верно служить.

Князь Роман Ольгович Рязанский
1.
Просторы милые Оки.
Текут века рекою долгой...
Как сказы сл‘адки и горьк‘и
о княжей доле с честью, с долгом.
Земли Рязанской дух и соль –
князь Ольгович Роман святого
за веры крепость, смерть, за боль
венца достигнул неземного...
** *
2.
Рожден был от князей потомков
Владимира и Константина
до ига злого незадолго.
В ребёнке время отразило:
рой бед, напастей и смертей…
Евангелие, песнь Давида
спасали от нещадных дней.
3.
СмирЕн дух. Тихий от природы.
Был с верой с юности в ладу.
Терпение растят невзгоды.
Труды добра плоды дают.
Отец Олег сквозь жизни воды
прошёл… Взял схиму. Свет – приют.
4.
Поруха княжества… Рязани
град старый мрачен и разбит –
Переяславль (Рязанский) раны
народа, князя ободрит.
Князь Невский и Митрополит
старались для земель охраны.
5.
«И бысть ослаба христианам» –
на радость люда привнеслась:
Менгу Темир, ветвь Чингисхана,
стал править. Радость разлилась.
Четыре года мирных – малость –
отрада сникла. Злобы власть!
6.
Роман, Олега сын, Рязанский
князь вызван к ставке, ждёт Орда.
Навет! Но дух свой христианский
князь бдит. Душа Христом полна.
Прощанья час тяжёлый, краткий.
Долг – в испытаньях предстоять.
7.
Олега кроткий сын спокойно
признал жестокой скорби весть:
уделы сыновьям достойно
назначил…    Слёз родных не счесть.
Любовь да послушанье, стойкость –
завет народу – свята честь!
8.
И тронул поезд… Стон прощальный!
Рязань, жена и род! Прощай!
В ответ рёв-плачь земли печальный:
Прощай, князь, зла не поминай…
А сердце кружит, как праща:
Отцовский дом с Окой, прощай!
Отчины край святой прощай.
9.
Молитва лечит душу Словом.
Леса, долины, синь небес.
Путь дальний предконечным зовом.
Дух князя небесам отверст.
Сквозь боль и смерть да будет в новом
прекрасном мире вечный крест…
10.
Предстал Роман пред очи хана.
Нет милости в тьме клеветы.
На части тело… Осиянна
для Бога жертва! Облит‘ы
все чресла кровью. Тело – рана.
Копьём дар смерти-зла блестит…
11.
Повиноваться Богу паче,
чем людям! – так Завет велит.
Так жить по вере, не иначе! –
от предков ввек закон.    Внемли!
Нам крестный путь Христос назначил.
Могуч народ, судьбой велик.
12.
Весть смерти князя – ужас боли –
пришла в родную сторон‘у.
Всю Русь Святую скорби по‘лил
клич слёзный… И не продохнуть!
Князь в сонм святых по гробе входит.
Дух христианский не согнуть.
13.
Жив в летописях. В память влитый
с крещением, с причастьем    в дар.
Князь Ольгович, в Орде убитый,
для нас как вечный Солнца жар!
Жесток урок славянам вбитый,
чумы чужой уйдёт угар.
Характер, Русь    крепит удар!
***
14.
Просторы милые Оки...
Текут века рекою долгой.
Как сказы сл‘адки и горьки‘
о княжей доле с честью, с долгом.
Земли Рязанской дух и соль –
князь Ольгович Роман святого
за веры крепость, смерть, за боль
венца достигнул неземного...

Пасха. Город Рязань

Звон пасхальный над Окой
громко разливается.
Мой любимый край родной
со Христом встречается.
День прекрасен: солнца лик,
благость несказанная,
город радостью залит.
Светлая, пасхальная
дарит всем седмица звон –
к Богу зов, прошение.
Спас грядёт! Христу поклон.
Праздник воскрешения.
Мир наполнил чудный свет.
Край мещерский, радуйся!
Вечен Неба нам завет.
Искр над храмом радуга.
Славит птиц весёлых трель
дар Царя Небесного!
Синью плещется апрель
в пойме дня воскресного.
Звон венчает жизнь, летит:
Пасха! Воскресение!
Праздник людям возвестит
веру во спасение.

Рязанский камерный оркестр

Рязанский камерный оркестр
встречай, сторонушка родная!
(встречай, страна моя родная!)
Любимый город, ты отверст
для русской музыки!    Нет края
дороже, ближе и милей –
душа России золотая!
Пусть сердце Родины моей
оркестр лелеет, воспевая!

Европы муза-дисциплина,
разгул славянский нам поют!
Строга, чиста, легка, игрива
концепция – вновь звуки льют
по замершему залу чувства:
полёт, паденье, гром, уют,
смятенье, счастье, смех, салют…
Звучит великое искусство!

Различных стилей       ритм эпох
гармонией настроил души.
Заполнен зал! Внимай и слушай
оркестра каждый дивный вздох!
Пусть арии звучат и скерцо,
элегии елеем сердцу…
Здесь классика и популярность –
единство    радугой в полярность!

Дари нам чудеса, губернский,
предивный камерный оркестр:
российский дух и трепет венский!
Аплодисментов вал в ответ!
Пусть будет коллектив известным
на много славных, ярких лет!
Рязань, мой добрый дом прелестный,
(Прекрасный, милый край заветный,)
под сенью муз       любви твой свет!

Рязанщины предивный свет

Нет, не поеду в край далёкий,
в столицу, в горы свет искать.
Мой милый, чудный дом мещёрский
льёт в сердце веры благодать.

Внутри, во мне, где стук сердечный,
в краю родном, где леса даль,
раскинулся приход заречный,
одев берёз и клёнов шаль.
.
В покрове том печаль и радость,
Рязанщины предивный свет…
Проста молитвы благодарность.
Живу, дышу немало лет.

Чтецам Рязанской всей земли

Чтецы Рязанской всей земли,
со сцены, с площади, из класса
вновь ваши рифмы растеклись,
в груди чтоб клятвою остаться.

Несёт стихотворений зов
ваш пульса ритм родной России!
Душа, слова, небесный кров
Отчизны дорогой красивы.

Мы славим Родину и Русь!
Они – заветные, святые,
незаменимые, и пусть
останутся всегда такими.

Вновь каждый город, каждый дом
услышат: юность голосами,
стихами славится, трудом –
поёт с Отечеством и с нами.

Рязанщины земли чтецам
успехов творческих желаю.
Пусть в добрых, искренних сердцах
всегда любовь и честь пылают.

Колесо обозрения

Дремлет утром древний город:
зелень парков, тишь домов,
даль безбрежна, неба полог,
тихий звон колоколов.
Милый город на ладонях.
Парка городского сень
крутит колесо спросонья,
будит август новый день.
Все кресты церквей лучами
вторят солнцу! Благодать.
Купола небес ключами
храмов освящают рать.
Я дарю ЛЮБИМОЙ город:
Вот он с неба до земли,
здесь я был и юн, и молод,
не расстанусь с ним!.. Летит
небо, светится сквозь лето!
Городского парка вновь
море радости и света
шлёт горячую любовь.
С высоты полёта птицы:
С днём рождения! – кричу!
Город мой мне будет сниться:
Рай! Восторг! Я ввысь лечу!!!

Первый снег

Радость первозданная – лёг на землю снег –
манна, Богом данная. Зорьки ясной свет.
Даль морозной дымкою    спрятала леса.
Клязьма первой льдинкою    смотрит в небеса.
Высь Собор Успения держит над землёй.
Дар благословения    снега пеленой.
Храм святой Княгининский. Солнца блеск в кресте.
Мой родной Владимирский,    верный во Христе,
монастырь под девственной    чудною зарёй
ласково приветствует    русский край родной.
Улиц тихих сонная    негой благодать.
Колокольно-звонкая       весть: Пора воздать
славу Богу Вышнему,    Троице Святой.
Лик парит над крышами    Солнца золотой.
Город просыпается, куполов шатры
звоном наполняются:    Всем Небес дары!

Лицей

Октябрьский вечер. Старый, дивный особняк.
Летают шумной стайкой лицеисты.
У арки древний дуб, таинственный добряк,
внимает веку. Месяц серебрится.
Под этим древом был я дерзок, счастлив, юн:
бурливой жизни краткий миг-отрезок
калил характер – бесшабашен, резок…
Дарила alma mater свет, тепло, приют.
След прошлых лет уж виден в мыслях и лице…
Какие радость и восторг творил лицей!
Любви, учёбы, спорта, знаний годы
растили терпеливо, чутко всходы.
Живи и процветай, священный дом наук,
любимый мой и новых поколений друг!

Рязанский распев

Как не любить тебя, скажи,
Распева русского приволье,
Ты – память, радость, зов души,
Молитва, путь, надежда, доля,
Земли отрада, грусть очей,
Небес и гор, лесов безбрежность,
Награда жизни, зов полей,
Любовь, разлука, бесконечность,
Языческого корня крепость
И всепрощение Христа,
Души и духа святость, вечность…
Для жизни, смерти – на века.
Мой щит и меч, и покаянье,
Душевность, сила, простота,
Греха и святости познанье,
Открытость, вера, красота.
Ты жизни свет, любовь моя –
Рязанщины распев – стихия!
На Родине, в чужбине я
Пою тебя, моя Россия.

Дар Слова — русская мечта

Мечта России – Слова дар –
мерцать, сверкать, взлетать и грезить:
не маска жизнь, не аватар –
мечты звезда, чтоб Бог отметил,

чтоб к жизни вечной на пути
трудом и творчеством, служеньем,
песчинкой на Земли груди
искать и обрести спасенье.

Пройдя сказанья и былины,
век золота и серебра,
безверья и войны годины,
воскрес вновь свет, дни перебрав.

Духовной жажды жжёт глагол
Божественною благодатью,
и несвятых святых взошёл
российскою сонм братьев ратью.

Мятущийся, тревожный век
вдруг вспомнил имя Бога: Слово!
Замедлит шар смертельный бег,
лелея синергию снова.

Борьба эстетик, споры школ,
поэт и критик, и писатель
отринут пусть звон сабель, шпор,
родят шедевры: зри, Читатель!

Пусть счастье радугой горит,
в сердцах живут любовь и радость,
мечта над Родиной парит,
словесность впитывает благость!

Мой посёлок родной

Притаились в лесах и болотах Мещёры
мой посёлок родной, моя Родина, дом,
соловьиные песни, луга и просторы,
и «Мальцовская гута» с тяжёлым трудом.

Здесь живут: моя Русь с глухариной зарёю,
радость, вера, любовь, синеокая даль,
тепловозный гудок над трубой заводскою,
буйной юности смех, добрых улиц печаль.

Деревянная церковь хранит православный
преподобного старца смиренный завет
дух стяжать и… любить. Жизни дар самый главный –
верой сердца лелеять Божественный свет.

Снятся Курлово, скромной Отчизны посёлок,
старой улицы детства отеческий дом,
через Насмур до боли знакомый просёлок
и грибные места за тенистым прудом,

тихий лес под морозной, январской вуалью,
предосенняя грусть, лета знойного гром,
плечи мамы под тёплой, цветастою шалью
и журавль за окном с проржавевшим ведром.

Я желаю тебе, островок мой мещёрский,
чтоб опять благодать разлилась над тобой,
чтоб заводчик Мальцов и директор Капёрский
созерцали из далей вновь век золотой…

Притаились в лесах и болотах Мещёры
моя Родина, ветхий, отеческий дом,
соловьиные песни, синь неба, просторы,
и стекольный заводик с тяжёлым трудом.
***
Вечность дышит Небес над родной стороною,
зори мирно плывут, ветры песни поют...
Родом в род память вечна. Сосной вековою
обретёт здесь душа злачный, тихий приют.

Курлово – росинки капля

Курлово – росинки капля
на Златом Кольце Руси!
На лугу у речки цапля
пьёт туман… Слегка грустит
дом отеческий в проулке.
Солнца дар – мещёрский свет –
с неба розовой шкатулки
шлёт рассветный мне привет.
Соловьиной песней звонкий
одарил родимый лес.
Зов рожка пастуший громкий
манит клад открыть чудес:
земляника и малина,
и черника, и грибы…
Помню, девочка Галинка
вон из старой той избы
в детстве убегала в сени,
лишь завидев грибников…
Только вётел ветхих тени
помнят сказки прежних снов.
На Златом Кольце России
капли курловской росы:
вешний трепет, морок зимний,
осень-грусть и гром грозы.

Восьмилетка родная моя

Восьмилетка, родная моя!
Детства дом, бесшабашная юность.
Тополя у крыльца не стоят.
Память курловской грустью проснулась.

Класс талантов большой, озорной.
Валентина Петровна директор.
Вне уроков штрафной – под конвой
заставляла смотреть нас проектор.

За углом покурить до звонка,
ущипнуть ли под партой соседку,
муху мячиком сбить с потолка,
бросить кнопку на стул иль конфетку?

Красный здания старый кирпич,
окна новые классов, спортзала.
Нам в портрете когда-то Ильич
путь рукой указал с пьедестала.

Долгий, дальний, свободный полёт…
Снова встретились мы, восьмилетка.
Мне казалось: удача зовёт…
Жизнь распята: то поле, то клетка.

Педагог твой, соседка моя,
что за партой давала мне сдачи,
провожая в чужие края,
пожелала здоровья, удачи.

Детства, юности милый мой дом…
Поцелуй перемены последней…
Я оставлю дела на потом,
мимо школы пройдусь восьмилетней.

Мещера. Крещенский лес

Течёт во мгле струёй тугою
ручей мещерский озорной.
Всё кажется иным, другою
наполнен лес ночной красой:
крещенский сумрак. Плач дождливый
прогнал мороза след игривый,
и серый снег вокруг берёз
играет блеском неба слёз.
Богоявленская водица
бежит, спешит, в мой мир стремится;
притихший лес молчит. Не спится.
Поёт ручей; сказанье дивно –
Мещере ночь внимает смирно…
Прошло двух тысяч больше лет:
потоки Иордана плыли,
громОвый глас и Духа свет
Христа Спасителя омыли.
Богоявление святое
открыло людям высший смысл,
предназначение благое
и путь от персти к небу ввысь.
Явленьем Бога в плоти, в крови
Сыновьим телом от Отца
в прекрасном, чудном Духа крове
наполнены теперь сердца.
С фаворским облаком чудесным,
с водой реки, текущей вспять,
с огнём небес, во храм сошедшим,
хочу Христа душой познать.
Давно теченьем Иордана
указан путь в ночи земной.
Мой лес могучий, первозданный,
ручей певучий мой лесной
подарят агиасмы влагу
на целый год своей водой.
Наполнен будет мир во славу
явленья Троицы Святой…
Течёт во мгле струёй тугою
ручей мещерский озорной,
заботой, ласкою, любовью
оберегает край родной.

Заснул безусый бог войны

Заснул безусый «бог войны».
Шумит в ушах, и ноет тело.
А вдоль опушки так стройны
берёзки… Осень приодела
в смешливый шепоток кокеток
и в золото парчи жакеток.
Предзимье. Тихий вечер томный.
Блиндаж нехитрый, потаённый.
Похрапывая, «бог войны»
с улыбкой грезит: Как стройны…
Вмиг смертный вихрь поймал кураж.
Воронка! Здесь стоял блиндаж?..
Война, с берёз сорвав одежду,
навеки прокляла надежду.
Покинул землю «бог войны»,
в небесных далях видит сны.

Каждый город – жемчужина русской короны

Золотое Кольцо православной России –
незабытое царство седых городов.
Чуть за тысячу вёрст путь нетрудно осилить.
Сколько чудных открытий, нежданных даров.

Каждый город – жемчужина русской короны.
След истории – вдаль верстовые столбы.
Силы духа народа крепки да огромны
и любовью, надеждою, верой полны.

Заплетённые туго косой вековою
грозы, радости, люди великой страны,
города сердцу милые цепью златою
приковали навечно, чтоб память хранил.

Золотое Кольцо. Православия стержень.
Русский, добрый, завещанный дедовский быт.
Золотое Кольцо сердца памятью держит.
Солнце всходит над Русью! Нас Бог не забыл.

Ярославль. День города. Май

Зарделось солнце над лесами.
Багровый диск огнём горит.
Царицы-Волги берегами
край чудный, русский жизнь хранит.
В медвежьей чаще ландыш дивный,
белея, дарит нежный цвет.
Сын Велеса и Дивы милой –
Ярило – славит миру свет.
Бог Солнца, пахарь, воин ярый,
сын властный огненной любви,
земле и хлебу светоч яркий,
товарищ смеха, друг гульбы.
Защитой берегов просторных
великой матушки-реки
племён трудолюбивых, вольных
надёжны станы, век крепки.
Течёт бурливо Волгой время.
Сошлись и Запад, и Восток:
род Рюрика воспринял племя
степной Рогнеды, страсть, восторг.
По воле мудрой Ярослава
на стрелке рек прекрасный град
расправил плечи. Гордость, слава –
мой Ярославль – отец и брат.
Кольца столица Золотого.
Кресты вознёс под небеса
и православия святого
являет миру чудеса.
Мой богатырской веры город,
истории, культуры клад,
в июльский жар, в январский холод
дышать и жить тобою рад.
Над набережной ширь просторов,
земли могучей, русской свет,
тут соловьиным звонким хором
для сердца трепетный привет.
Театр, музеи, храмы, люди,
труды ума и рук, любовь;
пусть в счастье, с радостью пребудет
мой город в час и в век любой.
Зарделось солнце. Милый город
встречает утро. Праздник. Май.
Наш Ярославль прекрасен, молод.
Родной, российский славный край.

Будь славен, Александров-град

Будь славен, Александров-град,
рождённый Слободой Великой.
Здесь Новое Село, твой брат,
стояло над речной долиной.
Слесарные тиски в гербе
и наковальни кузнецов.
Нелёгкой, грозовой судьбе
предал ты участь гордецов.
Здесь лютый князь и Грозный царь
стал первым, высшим. Он помазан –
вошёл в истории алтарь!
Нам верный путь в веках указан:
Удвоить Русь! Умножить мощь!
Он бил врага дружины, орды.
Безжалостной опричны ночь
надвинул на собачьи морды
и выгнал всех продажных прочь,
подняв служилых, честью гордых.
Будь славен, Александров-град,
всю разделяя жизнь с Россией:
сквозь боль утрат, огни преград
стоишь опорой, верой сильной.
Будь славен, Александров-град,
рождённый Царской Слободою!
Тебя приветствовать я рад,
склоняюсь пред тобой главою.

Москва – смешенье вех и судеб

Москва – смешенье вех и судеб,
иного мира град-страна.
Старанием твоим пусть будет
Россия вновь возрождена.
Отдал Москве могучий Киев
величье веры, власти знак,
и Русь Святую не покинет
победы Света вечный стяг.
Кольцо России Золотое
приняв под славное крыло,
первопрестольная святое
воздвигла царское крыльцо:
Кремля сакрально вдохновенье
прошедших, будущих веков.
Народов сил объединенье
сотрёт преграды, след грехов.
Премудрость вскинет крылья власти,
Покровом земли обретёт,
угасит беды, скорби, страсти…
России чудный век грядёт!
Москва – созвездье вех и судеб,
дух возрождения страны!
Старанием твоим пребудет
Отчизна в славе! Бог хранит!

Стихи – познание души

Рожденье букв и знаков, смыслов:
язык – познание – душа.
Дух парадоксом грезит скрытно,
изгиб флективный гнёт, спеша,
укладывает мысли в строки,
сердцебиеньем держит ритм,
в указанные небом сроки
являет синергию рифм.
В вибрациях души и звука
плетением узоров форм,
вбирая космос болью, мукой,
вдруг зарождает муза шторм.
Бурлят стихии. Вой мятежный
вопит со всех сторон, кипит.
Гармоний резонанс безбрежный
сквозь хаос бездною разлит.
Велеречив язык могучий –
вручили свыше небеса.
Впитал России слог живучий
семьи народов голоса.
Земные беды, треволненья
Отчизна победит. Смотри:
свет новых форм преображенья.
Мир ветхий скоро догорит.
Невиданных энергий сила
растопчет тирании пир.
Путь этики жесток, красиво
возьмёт под власть весь гордый мир.
Сестрою старшей благо свету
в ряду Евразии Большой
Россия дарит по завету
Земле прекрасной, но больной.
Рожденье ритмов, смыслов, знаков –
стихи – познание души.
Спасением от ада мрака
меч обновленья зло крушит.
Пусть лучик мой звездою малой
горит пред утренней зарёй
и рифмою мещерской алой
осветит тихий край родной.

Владимирской земли певец

Владимирской земли певец,
Мещёры тихой дивный голос,
весны отрада и сердец –
скворец – прогонит мрак и холод.
Пусть невелик проталин след,
пронзает леденящий ветер,
всё дольше дарит Солнце свет
и топит снега серый пепел.
Разлился в чаще ив родник,
мороз почил в бору суровом,
весенний жар горит – проник
под тёплый кров лесных сугробов.
И будит землю, воды, свет
скворец, вернувшийся с чужбины,
свой звонкий, ласковый привет
несёт в мещёрские глубины.
Сладчайший жизни сок порвёт
берёз разбухнувшие почки.
Дух Родины любовь вдохнёт.
Накинет дымкой лес сорочки.
Там, в материнской ласке их
совьёт гнездо певец Мещёры.
Любви напевы так легки –
прольются в вечные просторы.

Клеветникам России. XI век

В века читает гений без запинки –
нам Пушкина зажёг сердца глагол!
Витии врут. Заезженной пластинки
ложь, клевета, испуг… (Король-то гол!)

Опять простить не могут нам победы.
Ведь сколько раз их ни освободи,
удумают бесовские наветы,
чтоб на Россию вновь войной пойти.

Фашизм в окраине посеяв подлый,
враг «Незалежной» голову вскружил,
распят был край трудолюбивый, гордый.
Хохол забыл, кто ворог, с кем дружить.

Век двадцать первый рвёт влиянья сферы.
Проснулись Африка и острова.
Наполеончик куплен: власть химеры
Европы слижет плоть и потроха.

Подожжены рукою из-за лужи,
стараньем «Невладычицы» морей,
как прежде, распри – «слугам мир не нужен»:
Страви и властвуй, кровью всех залей!

Забыли вы добро, завет и гордость,
продали веру, честь, любовь, народ.
Витии – низший ранг – «шестёрки»!
(Новость?)
С войной залезли в братский огород.

Терпели долго мы. Воскрес Мир Русский.
Объединит народ свободы дух.
Восток и Азия (и бюргер прусский)
воспрянут, чтобы светоч не потух.

Качнулся шар земной, развязки жаждет!
Кто в схватке победитель: тьма иль свет?
Горит весь мир, бушует, стонет, страждет.
Россия даст достойно злу ответ.

От Балтии и до стены Китая,
от Крыма до студёных вод и льдов
восстала слава правды! Гнёт сметая,
в полях уложим вражиих сынов.
И вновь Россия мирная, святая
взрастит для братьев хлеб, любовь и кров.

Январская мистерия

Две тысячи лет, нарождаясь и тая,
звезда Рождества будит счастье в сердцах.
Пусть славить Младенца, с Небес прилетая,
являются ангелы светом в глазах.
Январской мистерии тайна святая
царит Старым Городом в узких дворах.

От танцев, гуляний иду без оглядки.
Здесь, в храме, святые ждут лики, дары.
Играя всю жизнь с Богом в глупые прятки,
построил песочные «храмы», «дворцы»…
Пусть свет Рождества Славой в добрые святки,
зовёт благодать, что в тени до поры.

Ворот Золотых крепкий стан белоснежный
проводит напутствием: Верь и люби…
Зов церковки древней негромкий и нежный.
Узорами зимними город увит.
Прими, помоги! Маловерный и грешный,
быть частью хочу! – гулко сердце стучит.

Январской мистерии тайна святая:
Младенец, Мария, волхвы и дары…
Пусть снова и снова в душе расцветая,
о, Боже, восходят заветы Твои!
Мой город любимый, безверьем не тая,
традиции правит, молитвы творит.
Поля и леса без конца и без края…
Звезда Рождества над Россией парит.
Владимиръ святЫй ликом Солнца горит.

Снежная равнина

Снежная равнина.
Церковь далека.
Белая перина.
Мирно спит река.
Долгий путь долиной
Вьётся меж снегов
Русскою былинной
Песнею веков.
Гул протяжный дальний –
Колокол зовёт.
Луч креста хрустальный.
Вновь душа поёт.
День Христа рожденья…
Праздник Рождества –
Людям для спасенья.
Радость торжества.
Божий православный
Храм в лучах горит,
Тайной самой главной
Сердцу свет творит.
Дар Младенцу-Сыну:
Злато, ладан, смирна.
Просьбы не отринул
Вседержитель мира.

Праздник близится заветный

Древнерусский город детства
с деревенькой по соседству
завернулись в шали белой.
Запуржило…    Ветер смело
заметает путь-дорогу,
уходящую тревогу –
упокоит недотрогу
грусть-тоску, сметёт с порога.
Колокольный звон лелеет.
старорусский вид елеем.
Купола с крестами дремлют
и Мещере зимней внемлют.
Необъятная долина,
как алмазная перина,
землю Солнцем окрыляет,
от несчастий укрывает.
Вновь душа дивится чуду:
Неизвестная, откуда
сила духа возрастает,
все невзгоды пеленает?
Я в смирения одежду
облекаюсь, и надежда
входит радостью причастья.
Только с Богом в мире счастье.
Детства чудный, милый город
с деревенькой в шали белой.
Не простудит лютый холод.
Всё покрыто крепкой верой.
Праздник близится заветный
тайной Рождества пресветлой.
.

Свято-Троицкая Сергиева Лавра

Царь-колокол гудит над Лаврой.
Спешит на благовест народ,
стекается рекою плавной
который век, который год.
От п‘устыни к великой рати
восстал могучий монастырь.
Игумен всей Руси для братьев
стяжанья духа путь открыл.
Не знает мир молитвы силы,
обширности духовных дел,
значенья слов неугасимых
и подвигов. Таков удел.
Вселенная в деснице Бога
лежит: судьба, страна, дорога.
Он выбор сделать попускает.
Грешит душа, страстями тает.
Настал нелёгкий час смиренья.
Наёмники и хана орды
к нам подступили злобны, горды,
богатства жаждут, крови, мщенья.
Великий князь спешит покорно
на битву взять благословенье.
Молился долго преподобный
и дал благое наставленье:
Враг с‘илен, грозен и коварен,
но ты, наш княже, в Божьей правде.
Иди с мечом и будешь славен.
По вере сердца Бог управит.
Два брата, Пересвет, Ослябя –
небес порука и защита.
На воинов христовых глядя,
дружинников душа укрыта.
Венцы страдальцам, в битве павшим,
и кущи райской вечный свет.
За веру, братьев жизнь отдавший
пред Вышним выдержит ответ.
Непрядва видела сраженье:
кровавых вод поток бежал.
Но преподобный преклоненно
молитву трепетно держал.
Руси во славу, Бога, веры
победою увенчан князь.
Очищена земля от скверны.
Души и Неба свята связь.
Царь-колокол гудит над Лаврой:
удар гремит, ещё удар.
К мощам течёт рекою плавной
людская немощь. Божий дар –
спасенье миру. Вестник главный
вопит: Над Родиной пожар.
Молись, проси, Святая Лавра!
Россия примет вновь удар.
Молельник Сергий преподобный
стоит пред Троицей за нас.
Век скорбный. Вот уже и пробил
тяжёлых испытаний час.
Да будет крепкой вера, братья!
Нет мёртвых – все для Неба живы.
Служеньем в битве честь стараться.
Кто с Богом в сердце, тот счастливый.

Владимирская икона Божией Матери

Апостольской рукой доска
стола для трапезы Семейства
иконой стала! Прочь тоска!
Вот свет Божественного действа:
от ликов льётся благодать,
мне в душу водворяя радость;
глаза в глаза Дитя и Мать.
Едины. Вместе. Счастья сладость.
Роды отныне ублажат
родившую, Христа-Младенца!
Да будет благодать лежать,
благословляя трепет сердца.
Икона Девы Пресвятой:
мир умиления и ласки,
защита любящей рукой,
надежды вечной свет и краски.
Владимирской иконой чудной
стране и людям Божий дар –
в век битв и в час тревоги смутной
угасит войн и бед пожар.

Старый дом мой на Шоссейной

Время грустно спит под крышей.
Век сквозь сито лет просеян:
счастье, скорби…
Будто лишний.
Снятся прежние утехи:
детство, юность, зрелость…
Старость
прячет мудростью прорехи:
радостей чуть-чуть осталось.
К накрахмаленной салфетке
паутины тень крадётся.
Рук глоксинии розетки
разбежались как придётся.
Фото старое без рамки.
В толстый календарь открытый
сыновей глядят подарки.
Запах мамы незабытый.
Краткость жизни. Треск лампадки.
Лики вечны. Блик закатный.
Ночь растает…
Грезит хватким
Солнцем мир, храня загадки.

Тепло и ласка добрых рук

Тепло и ласка добрых рук
отцовских сильных, тёплых, мудрых…
Воспоминаний детства вдруг
нахлынул час. Нескоро утро.
Чуть слышная печальных слов
молитва за души покой.
Крепка отцовская любовь –
согрела сердце, вновь со мной.
Я помню ласку добрых рук,
протоки вен, предплечья, кисти,
и счастье, что плыло вокруг,
и радость детской милой жизни,
болезнь, усталость, смерти стон,
молитву даровать свободу
и вечный тихий сладкий сон,
огонь слезы, печаль, тревогу.
В руках Отца мир наш лежит:
свет радостей и мгла печалей;
весь век людской принадлежит
Его деснице – всё венчает.

Дмитриевский собор

Белокаменным шлемом на Клязьму
над родимой моей стороной
смотрит храм; древней, белою вязью
говорит на рассвете со мной.
Солнца луч из-за поймы ласкает.
В перламутре купается крест.
Купол золотом ярко играет,
благодать разливая окрест.
Из веков белым камнем страницы,
древность фресок и праведный суд
соблюдают традиций границы,
крепость духа и веру несут.
Трехапс‘идный, плечистый и столпный
для молитвы собор возведён.
Стан Владимиро-Суздальский гордый
силой предков для нас сохранён.
Со стены псалмопевец великий
славит Русь и мой город родной.
Здесь монахи, князья и калики
намолили мне рай неземной.
Белокаменным шлемом на Клязьму,
охраняя наш край, смотрит храм.
Вечной, славной, невидимой связью
приближая к небесным дарам.
В ожерелье Кольца Золотого
род князей свил большое гнездо.
Пусть с оправой горит дорогою
мой Владимир предивной звездой.

Владимир – добрый, милый город

Владимир – мой любимый город.
Лесов, полей над Клязьмой даль
оберегаешь. Вечно молод.
Ты помнишь радость и печаль:
истории крутой изломы
Руси Великой и Святой,
рассвет, упадок, бури громы,
пожары, веры век златой.
Могучих храмов звон тревожный,
святых отцов небесный свет
и православья непреложный
хранишь российский дух, завет
беречь Отечество и веру
примером, мудрой головой
блюсти от нечисти и скверны,
любить, лелеять город свой.
Алмазом на Кольце былинном
стоишь и процветаешь вновь
в короне золотой старинной,
заботу даришь и любовь.
Цвети, расти и умножай
богатство, крепость, духа силу,
мой чудный, добрый, милый край
во славу Бога и России!

Любимой и единственной
Радость моя

Радость моя, тебя лишь люблю…
Ты – мне награда! Ты – упованье.
Я ежечасно Бога молю:
Миру свети, моё любованье…

Дар мой любезный, счастье моё!
Что бы я делал?.. Лик поднебесный.
Жизнью наполнен миг до краёв
Каждый тобою, Свет мой чудесный!

Ярко-алые розы
Ярко-алые розы
уходящего лета
предосенние грозы
омывают рассветом.
Рано утром из сада,
не спугнув твои сны,
принесу, моя Радость,
в искрах неба цветы.
Пусть на каждом листочке
брызги счастья горят.
На волос завиточки
тихо ляжет заря.
И, сквозь сон улыбаясь,
ярко-алый букет
поцелуешь, лаская,
несказанный мой Свет.

Просыпаюсь, тебе улыбаясь
Просыпаюсь, тебе улыбаясь,
Светлячок ненаглядный, родной.
Много лет, ошибаясь и каясь,
ожидал счастья луч золотой.

Первый взгляд, первых слов озаренье,
как удар, блеск зари громовой.
Подарила любовь и прощенье,
свет судьбе и душевный покой.

Для тебя моё сердце стучится
на земле, высоко в небесах.
Всё, что дОлжно, тобою случится
в моей жизни и трепетных снах.

Просыпаюсь, тебе улыбаясь…
Благодарность молитвою шлю.
И, в объятьях твоих растворяясь,
сердце шепчет: Светлану люблю…

Весенняя тюльпанов нежность
Весенняя тюльпанов нежность
притягивает милой взгляд.
Души и сердца радость, верность
застенчиво в глаза глядят.

Мой дивный свет, моя отрада,
букет цветов тебе одной.
Твоя любовь – моя награда,
мой человечек дорогой.

Когда ты рядом, я счастливый:
дышу, живу, горю тобой.
Пусть больше век наш торопливый
нам дарит мир, любовь, покой.

8 марта. Ода женщине
Од-посвящений возвышенных звуки
пусть ваши чувства впитают в себя:
страсть и любовь, радость, боль и разлуки...
Гимны восторженных искр ослепят:

в честь богозданной, любимой, прелестной
ЖЕНЩИНЫ милой, созданья Любви,
вечер прекрасный сегодня чудесно
будет стихами творений увит.

Всем пожелаю в сердцах вдохновенных
слова, искрящего рифмой одежд,
в жизнь воплощенья мечты сокровенной
и освещающих душу надежд:

мартом развеются зимние тени,
жаром Любви засияет весна,
долгих преград пусть обрушатся стены!
Оды восторженным морем без дна!
***
Я же скорей к чаровнице-Светлане –
вечер домашний так томно сманил...
Мой сувенирчик-колечко в кармане.
(Нежный букетик, прикупленный в тайне,
в месте укромненьком дома стоит.)

Здравствуй, радость моя ненаглядная

Здравствуй, радость моя ненаглядная.
Солнца лучик коснулся ресниц.
Утро вылила зорька прохладная.
Ночь растаяла в бликах зарниц.

В полусне улыбнёшься приветливо
и коснёшься горячей рукой.
Повезло: не прошёл опрометчиво
мимо счастья под грешной луной.

Ты – любовь моей жизни заветная,
моя ценность, отрада, мечта,
терпеливица, добрая, светлая
и награда небес навсегда.

Здравствуй, радость моя ненаглядная, –
утром тихо и нежно шепчу.
Моя милая и долгожданная,
рядом быть я навеки хочу.

Мария (Анна), дочь моя

Мария (Анна), дочь моя,
как быстро время пролетело.
В Бобрах застыли тополя.
Листва опала. Ветер смело
срывает лист календаря.
Предзимье… Шёпот ноября.
Алеет куст калины спело.
Пишу письмо… Так неумело
ложатся строки за поля.
Сказать так много надо сердцу.
Да что слова – пустая пыль.
Лишь чувства открывают дверцу
любви… Не сказка и не быль
не в силах жизни описать,
и не к чему пустое знать.
Тебя люблю любовью поздней.
Так вечер любит солнце в осень,
когда мечтает отогреться,
взахлёб и вволю насмотреться…
Красавица. Умна. Стройна.
Пусть будет чистой жизнь твоя,
как скрипки нежная струна,
душа поёт, добро творя.
Мария (Анна), дочь моя,
любовь пусть сердце не оставит,
Христовой силой сотворясь,
по вере путь душа управит.

Милая Варварушка

Милая Варварушка,
глазки закрывай;
слышишь, Ночь-сударушка
к дому подплыла,
мягкой шалью стелется
белый снег в ночи,
быстрая Метелица
с Ветром говорит:
Друг мой верный, надо бы
к свету нам собрать
гору снега с шапкою
и детей созвать
строить крепость ладную,
игры зачинать,
Зимушку прохладную
смехом привечать.
Внученька Варварушка,
глазки закрывай,
будет Ночь-сударушка
песни петь: Бай, бай.

Картины художников
Хаос. Сотворение мира. Айвазовский
Х……….    Хрипит мятежный ужас ночи,
А……….    а в водной бездне буйством страх:
О……….    отринут небом, смерть пророчит,
С……….    свергаем светом, хаос………… Мрак,
С……….    сдвигая тучи, лик скрывает
О……….    от глаз, но луч взойдёт над ним.
Т……….    Творец, Создатель, тьму срывая,
В……….    волнАми света нас хранит.
О……….    От яда страсти все страданья:
Р……….    рождённый Богом мир грешит.
Е……….    Есть суд последний на попранье –
Н……….    над нами Небо совершит.
И……….    И снова битва света, смерти:
Е……….    едины в схватке зло, добро…
М………. Мне в этой жизни Бога встретить?
И……….    И как узнать в толпе Его?
Р……….    Раздвинут полог неба даром,
А……….    а я влачусь во мгле угарной…

Девятый вал

Ш…    Шумит, грохочет, стонет море.
Т…    Творца безбрежный вечный зов.
О…       Одним мгновеньем – счастье, горе –
Р…          разверзся мир, и снят покров.
М…             Моей души мятежной буря
О…             омоет прах земных грехов?
Ч…          Чарует ужас смерти.    Будет
И…          исправлен путь?    Мирских оков,
Щ…       щетиня разум, тонут мысли…
Е…    Есть в вихре шквала луч надежд?
Н…    Нельзя избегнуть этой пытки,
И…    и бредом жить пустых побед.
Е…       Елеем пить кошмары тлена
Д…       душа не смеет – видит суть;
У…          уже не выйду я из плена,
Ш…          шумит мне шторм: Закончен путь!..
И…       И снова Небо, снова волны
Ш…       швыряют.    Кровь бежит из ран.
Т…       Тоскует сердце: Тьмою полный,
О…    очистить уж не в силах…    Храм
Р…    разбит в душе грехом забвенья…
М…    Молись!    Удар волны последний…

Новогодняя ночь
«Новогодняя ночь». Художник Сергей Николаевич Андрияка.

Любовь. Одиночество. Старость.
Тих кладбища город ночной.
Усталость. Присяду. Мне радость
от встречи. Уж близок час мой.

Оставлен мир красок, огней.
Он чужд, безразличен и пуст.
И пусть не задует свечей
грусть ветра. Замедлился пульс.

Я долго прошу у небес,
чтоб тихо уснуть навсегда.
Над ёлочкой тонкой венец –
то ангела светит звезда.

В ночи новогодняя ель
подарит улыбку, тепло.
За ветром уходит метель.
Мне рядом с тобою светло.

Любовь неразлучная – радость.
Там счастье, спасенье, покой.
Час близок. Осталась лишь малость.
Встречает мир дивный, иной…

Море. Коктебель. Закат

Море. Коктебель. Закат…
Луч прощальный солнце дарит.
Детство чудное назад
Не воротишь. В светлой дали
Небо провожает день.
Ветер волнами играет.
Лодки сонной стынет тень.
Мой кораблик уплывает
В ночь, где бури, грозы, шторм,
Жизни путь нелёгкий, долгий,
Поиск истины и форм,
Наслажденье музой вольной.
Родины любимой свет
Неразлучен с жизни краской.
С кистью встречу вечность, смерть
По пути к мечте прекрасной.

Бабушка у окна. Дожди
Художник: Валентин Сидоров. 1953г.
Сумерки в окошко. Осень на дворе.
Мятая газета с марта на столе.
Годы миновали, а сыночка нет.
Выплакано горе. Гаснет жизни свет.
Пятьдесят восьмая горькая статья…
Больше нет амнистий. Не дождусь тебя.
Лучше бы снял крестик, в церковь не ходил;
Да чего там… Поздно… Нет уже и сил.
Голая дорога, косогор, река,
покосился купол, нет на нём креста.
Засвечу лампадку, Деве помолюсь,
за живых, усопших Богу поклонюсь.

Песенные тексты
Ох, тяжела казачья доля

Ох, тяжела ты, царска воля!
На порубежье путь лежит.
Оставил дом, семью и поле,
печаль-тоска мне грудь крушит.
Простился с Любушкой, и с болью
судьба в чужбинушку спешит.

Вновь грезит хан степной набегом.
Щитом засека оградит.
Чернеют тмы на небе сером.
На страже сын Руси стоит.
Гуляет ветер степью спелой,
а воин смелый ночь строжит.

Рассветный гром! А стрелы тучей.
Жар сечи грозной. Кровь и дым.
Но богатырскою могучей
мы силой русской победим.
Ведь православный свет живучий –
мы с верой в Бога победим.

Пусть ворог грозен и коварен,
но духом Родины святой
наказан будет враг и свален.
Придёт в наш дом опять покой.
Отряд победами прославлен,
зарёй вернётся в край родной.

Ох, тяжка ты, казацка доля!
Глубоких ран сочится кровь.
Живите Русь, семья и поле –
вас бережёт Небес покров.
Всегда живут надежда, воля,
да колосится пашня вновь.
Пусть тяжела досталась доля,
но живы вера и любовь.

Горит рябина красная

Горит рябина красная.
Над Клязьмою заря.
Душа твоя прекрасная,
Владимира земля!
Просторов русских далями
распахнуты поля.
Лесами и полянами
богатые края.

Река судьбой извилистой
вперёд течёт, зовёт.
И песню переливисто
соловушка поёт.
Кружит земли Владимирской
веков круговорот.
Дорогой непрерывистой
Русь-Матушка влечёт.

Отпело лето жаркое.
Сень осени спешит.
И кровь рябины яркая
сугробы окропит,
наполнит силой сладкою
небесных птиц полёт.
Весна придёт украдкою.
Отчизна оживёт.

Судьбы рекой извилистой
рождается росток.
Руси моей Владимирской
велик любви поток.
Рябинушки раскидистой
наполнен жизнью цвет.
И песней переливистой
торопится рассвет,
пусть верой дивной, истовой
лелеет Божий Свет.

Пой, Рязань, ведь танцы скоро!

Там, где парка городского
распускается фонтан,
танцы будут! Вечер скоро.
Джазу я себя отдам!

У фонтана круг кипучий.
Развлекается народ:
каблучков тук-тук трескучий –
бешенный круговорот!

Мы с тобою в танце жгучем,
и любовь летит вперёд.
Пусть над парком ходят тучи,
джаз всех круче! Пятки жжёт!

Мой любимый, дивный город:
танца вихрь, любовь и джаз!
Мы в жару и в ночь, и в холод
вам споём ещё не раз:

Джаз, где парка городского
распускается фонтан!
Пой, Рязань, ведь танцы скоро!
Я себя тебе отдам!
Парк центральный, танцы скоро!
Джазу я себя отдам!

Север прекрасен. Дальние дали

Север прекрасен: дальние дали,
море и камни, снега и снега.
Солнце и звёзды силы отдали –
волны крутые хранят берега.

"Щука" уходит в бездну морскую,
чтобы России беречь облака;
море воспримет всю силу людскую,
чревом своим спасёт моряка.

Север России в дальние дали
стражем поставлен Отчизну хранить,
что б никогда войной не украли
счастье великой могучей страны.

Долгий проложен путь в океане.
Грозною мощью проходит поход.
К дому родному с крестами на храме,
к жёнам и детям лодка идёт.

Север прекрасен! Бухта встречает:
море и камни, снега и снега.
Родина помнит. Родина знает:
мы охраняем её берега.
Видит Россия, что флот собирает
силу и славу гордо в веках.

Севастополь. День города. Вальс

Море зовёт.
Край мой поёт.
Севастополь старинный, любимый,
Самый лучший, заветный, красивый.
Город славы, побед, мой герой.
Место веры святой.
Севастополь родной.

Тихой волной
Вальс над тобой.
Тёплый, летний и ласковый вечер
Положил нежно руки на плечи.
Шелестит черноморский прибой.
Севастополь родной.
Севастополь ночной.

Спят корабли,
Дети твои.
Моряки видят сны о любимых,
О походах и чайках крикливых,
После бурей и службы морской
Возвратятся домой.
Все вернутся домой.

Море поёт.
Город живёт.
Севастопольским вальсом любимым
Манит Родины берег красивый.
Мой отеческий дом дорогой,
Я танцую с тобой.
Мы танцуем с тобой.

Сахалин

Сахалин! Даже взгляд соколиный
не окинет просторы твои.
Скалы, реки, долины красивы.
Острова цепью Бог сотворил.
На востоке великой России
океан море слёз утопил.

Край богатый, суровый, портовый;
люд, калёный из каторжных жил.
Крови жаром свободной, фартовой
для России века сторожит.
Океанским солёным законом
красота над землёй ворожит.

Пусть зовёт материк торопливый,
приросло моё сердце навек
здесь, где море, зов чаек крикливых,
первый луч и Отчизны рассвет.
Тут свобода. И волны игривы.
Для души дар небес и завет.
Остров, дом мой, ты просахалинил
мою жизнь, я с тобою навек.

Бриг, корвет «Меркурий»

Кипят черноморские волны.
«Меркурий» стремится вперёд,
отвагой и мужеством полный!
Присяга на битву зовёт!
Отваги и мужества полны!
Бой смертный, кровавый грядёт.

Турецких линкоров бортами
зажат несгибаемый бриг.
Прибитый на гафель гвоздями
стяг русский над морем парит!
На гафель прибитый гвоздями
стяг чести в бессмертье летит!

Едины в решении смелом
погибнуть в неравном бою.
Герои свершают умело
маневры и бьют по врагу!
Герои воюют умело.
Изранены, бьют по врагу.

Не будет пленённой команда,
честь флота хранят моряки.
Смерть с болью несут карронады.
Осколки и кровь горячи.
Гремит с двух сторон канонада.
Осколки и кровь горячи.
.
За веру, царя и Отчизну
бриг славный летит на волнах.
Победа оплачена жизнью
и доблестью в русских сердцах.
Победа оплачена жизнью,
шрапнелью во флотских сердцах!

В неравном бою победили.
Потомкам пример на века.
Корвета «Меркурия» крылья,
как память, парят на ветрах.
И брига геройское имя
сквозь годы летит и века.

Кипят черноморские волны.
«Меркурия» новый поход.
Отвагой и мужеством полны –
команда дозором идёт.
Отвагой и мужеством полный
флот русский стремится вперёд.

По проспекту над клёнами ветер гуляет

По проспекту над клёнами ветер гуляет,
и каштан наш цветёт, наступает июнь.
Майским облаком жизнь пролетает.
Приезжай, пока месяц дурашлив и юн.
Покажу тебе сердца приют.

Я здесь жил, но тебя мне всегда не хватало.
Годы гнали дожди и листву, и пургу.
Без тебя мне, мой Свет, солнца мало.
А с тобой все невзгоды навеки уйдут.
Соловьи по-над Клязьмой поют.

Во Владимире чудным июнем проснётся
вновь в груди несказанный и ласковый свет,
и аллея от чувств встрепенётся,
словно юности шалой, ушедшей привет –
в сердце вечен восторженный след.

Над проспектом над Суздальским месяц мерцает.
Мы гуляем, Владимир старинный, родной.
Ты объятья свои раскрываешь
для Светланы единственной и дорогой.
Ветер шепчет "люблю" озорной!
Город счастье нам дарит с тобой.

Петропавловск - Камчатский

В Авачинской бухте далёкой
стоит Петропавловск, восточный оплот,
здесь утро России просторной
рождается, к жизни зовёт.
Великой Отчизны дозорный
камчатский надёжный форпост.

Причалом последним острожным
мой дом начинал свой защитника путь.
Не тихий и не осторожный
калил океан дух и грудь,
но буйный, свободный и грозный
дарил океан даль и грусть.

Святые апостолы Словом,
молитвой хранят рыбаков, моряков.
Шторма и ветра бурей громов
пытают гранит берегов.
Туманы с вулканами кротко
лелеют созвездья веков.

Всем слава: оставшимся в море,
вернувшимся в бухту родную домой.
Кто верит, тот тяготы, горе
утопит в пучине морской.
Кто крепок, тот беды поборет,
встречая зорю над кормой.

Молюсь о державной России.
Пусть вечно рождается Солнца полёт!
Дом славы и духа, и силы —
Отчизны камчатский оплот!
Родной Петропавловск любимый —
восточный надёжный форпост!!!
Мой город далёкий и близкий,
тобой моё сердце живёт...

Ока всё ластится. А слёзы катятся.

По речке раненько
плывёт лебёдушка.
На берег Машенька
идёт молодушка
по воду чистую.
Мосточки узкие.
Глаза лучистые,
а косы русые.

Был любый суженый,
да битвой жаркою,
смертельной схваткою
надежды рушены.
Сложили соколы
крыла могучие.
Мечты расколоты.
Льют слёзы жгучие.

Ока всё ластится.
Спешит послушница.
А слёзы катятся.
Да ворон кружится.
Невеста вечная.
Христу назначена.
Свобода девичья
навек утрачена.

Плывёт лебёдушка
к другой молодушке…

.
Над Окою ветры ходят

Над Окою ветры ходят.
Любый в поле. В доме сын.
Ворог смерть в Рязань приводит.
Тьма-беда стрелой летит.

Коловрат, геройский воин!
Конь горяч, для битв готов.
Род в полоне ига стонет,
Мать-земля впитала кровь.

Грянул гром. Страх иноверцам!
Враг повержен и бежит.
Богатырь от зова сердца
Меч возвысить в бой спешит!

Но орда могучей тьмою
Окружает. Ночь грозна!
Над родной Окой рекою
За Рязань и смерть красна…

По-над полем ходят ветры.
Память край родной хранит.
И героев дом воспетый
Город строит, Русь творит.

А рязаночка чуб светлый
сына гладит, говорит:
Богатырь ты мой заветный,
Мать-Рязань тебя взрастит,

сокол любый мой рассветный,
мир, любовь и дом храни!
Добрый богатырь заветный,
веру, честь и Русь храни.

Неба предвечного силой

Неба предвечного силой,
высшею Троицы волей
встань над своею могилой,
вырытой чуждыми… Долей,
предназначеньем реченным,
духом победы, терпеньем,
веры, надежды решеньем
встань чудным преображеньем.
Твёрдой рукою сатрапа,
царства хранителя, права,
сбрось ненавистников с трапа –
в море их сгинет отрава.
Пламя, Содом пожирая,
гнева    мечом очищает.
Ты же, Россия святая,
вновь воскресаешь… Вещает
Божьего страха начало –
вот всей премудрости свет.
Преображенье настало –
злобе бесовской ответ.
Белый взвивается сокол.
Этика новой Орды
жизни наполнила соком.
Волей небесной горды,
вышли защитников грозно
тысячей тысяч полки.
Демон опомнился… Поздно!
Сечи удары звонки.
Неба предвечного силой,
волею Троицы высшей
встанет из битвы с молитвой
Матушка-Русь    победившей!

Молитва о Руси Святой

Молитва о Руси Святой…
Негромкий голос душу лечит.
Горит в лампадах разлитой
дар света… Чуть трепещут свечи.
Священник мудрый, пожилой –
отец, наставник и учитель;
приход родной, душой живой;
знакомый с детства каждый житель.
Рожденье… Жизнью путь домой
души движеньем к Богу, в вечность.
Молитва о Руси Святой –
короткий миг и бесконечность.
Молитва о Руси Святой,
тобою держится мир грешный,
вращается наш шар земной,
и нарождается день вешний.
За словом слово повторяет
молитву о Руси Святой
стук сердца… Верой наполняет
луч солнца, в купол разлитой.