Иногда ей хотелось чего-нибудь такого, за что раньше её ругали мама с папой, а сейчас ругают преподаватели вокала. И тогда она шла в это, с позволения сказать, кафе и покупала себе шаурму. Туда же частенько забегала троица, состоящая из русской девушки Лизы и двух таджикских парней — Алижона и Зайнура.
Все трое в разное время приехали из Душанбе и теперь учились на разных курсах то ли театрального, то ли эстрадного училища. Троица тоже покупала шаурму и тут же съедала, запивая её кофе. Постепенно Татьяна подружилась с весёлой компашкой. Зайнур стал ненавязчиво, но упорно выказывать Татьяне своё расположение. Татьяна держала Зайнура на расстоянии, но не злилась. Да и как можно было злиться на этого полного обаяния и юмора мальчишку.
Шаурма в этот раз была ну очень перчёная. Татьяна аж закашлялась. Зайнур бы сразу вскочил и бросился за водой, но его сегодня не было. Со слов Лизы, их третий друг сегодня куда-то ускакал, пообещав скоро вернуться.
— Может, и к лучшему, — Татьяна сама взяла у продавца бутылку с водой и вернулась за столик. — У меня концерт завтра. Первый. Дебют. Мне два билета дали для своих. Вот, вручаю.
— Зайнур не обидится, что его не пригласили? — Лиза покосилась на Алиджона.
— Не обидится. Таня его на свой следующий концерт пригласит. Мы ж не знали, что "его непоседливость" изволит отбыть в неизвестном направлении. Ч-чёрт. Не пожалели перца в этот раз. Лиз, плесни мне тоже водички. И давай, доедай своё. У нас ещё две пары впереди.
***
Вечером живот заурчал, как застрявший в болоте трактор. Ночь и почти весь следующий день прошли в коротких перебежках между комнатой и туалетом. Ближе к вечеру, зря понадеявшись на всеми любимое "самопройдёт", Татьяна грустно потянулась к телефону и набрала 03.
***
— Мдя-я, — фельдшер взял из рук девушки градусник. — Попала. 38,6. Да плюс все сопутствующие пищевому отравлению неприятности. В больницу, конечно, не повезу, дома лечись, но на завтра вызову участкового врача. Он назначит лекарства. Купишь. Дней за 10 вылечишься.
— Какая больница? Какие 10 дней? Мне сейчас надо! У меня концерт через три часа! Меня люди ждут!
— Ничего. Люди без тебя на концерт сходят, а ты его по телевизору посмотришь.
— Да это мой концерт! Я выступаю! У меня шоу сегодня! Я певица! Ну, сделайте что-нибудь!
— Да что ж я тебе сделаю? — искренне удивился фельдшер. — Разве что памперс дам. В машине где-то в детском наборе есть. А пока давай-ка уголь активированный глотай.-
Фельдшер протянул юной певице горсть чёрных таблеток.
- Не надо мне уголь! И памперс не надо, — девушка готова была расплакаться. — Мне в семь вечера уже на сцене надо быть.
— И что ты на сцене делать будешь? Петь и… — тут фельдшер запнулся, подыскивая подходящее слово. Приличного слова не нашлось. — … и всё остальное? Причём всё одновременно? Отличное будет шоу. Народ попадает от восторга и запаха. В общем так. Бери телефон, звони, кто там у вас главный? Вот ему и звони, отменяй свой концерт. Можешь, конечно, всех домой пригласить. На квартирник. Но, по-моему, петь из-за закрытой двери туалета, сидя на унитазе, под гитару и шум сливающейся воды, тоже не вариант. Сам артист, знаю тему.
Да не реви ты. Не сегодня, так потом споёшь. Мир не рухнул. У тебя всё ещё впереди.
***
Утром был врач и понавыписывал кучу таблеток. Улучив паузу между бурей и затишьем в течение болезни, Татьяна помчалась в аптеку. На обратном пути ноги зачем-то занесли её в любимую забегаловку.
— Привет! — Зайнур сверкал в улыбке белоснежными зубами. – Алиджон звонил, просил извиниться, что они с Лизой не пришли на твой концерт. До тебя не дозвонились. Говорит, дела. — Зайнур веселился и трещал, как заводной. — А какие у них дела? У них только любовь на уме.
Наверное, любовь помешала.
— Да. Наверное любовь, — машинально повторила Татьяна, прислушиваясь к возвращающейся в живот буре.
— И я говорю. Если бы мне билет дали, я бы точно пошёл. Никуда бы не поехал. А тут ни себе, ни людям. Ну, ничего. Я на следующий твой концерт приду. У тебя ведь ещё концерты будут? Будут! Значит, у меня ещё всё впереди?
— Да, – всё так же машинально повторила Татьяна и, посмотрев, как Зайнур ловко уплетает только что приготовленную шаурму, добавила: — У тебя всё ещё впереди...