Вот так история…
Трехкратная олимпийская чемпионка Ирина Роднина попала в фигурное катание случайно: она росла болезненным ребенком, до достижения пяти лет 11 раз перенесла воспаление легких. Осложняло положение и то, что у одного из соседей по коммуналке, где жили Роднины, была активная форма туберкулеза. «А я была так устроена, что любая зараза ко мне тут же приставала. Так я и оказалась на учете в туберкулезном диспансере, а там уже лекарствами меня перепичкали.
Врачи посоветовали маме, чтобы я побольше занималась физическими упражнениями, и лучше всего на открытом воздухе», — рассказывала Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
Мама Ирины Юлия к совету прислушалась и отвела дочь на каток. За ее первыми прыжками стоит Яков Смушкин, который в то время все еще сам выступал, но вообще официально стал старшим тренером уже в 16 лет.
«Когда я пришел на лед, то практически сразу почувствовал — это моя стихия. Здесь такой простор для творчества, что аж дух захватывает. Единственные законы, которые тут действуют — это законы Природы. Ритм, баланс, вдохновение, полет фантазии… И никакой политики, никаких игр, интриг, обманов. В беспокойные 50-60-е годы именно работа на льду помогла мне выжить. Я видел, что «система» туда просто не доходила. Никого не интересовало кто ты, что ты — главное, чтобы твои ученики занимали призовые места, а как они станут чемпионами, это никого не волновало. А раз так, — подумал я, — то лед — это то, что меня защитит и спасет. Спасет от «околоспортивных» чиновников, поможет не увязнуть в бюрократической трясине, позволит остаться самим собой — свободным художником и творцом.
Тренируя детей, я понял, что обретаю нечто гораздо более важное, чем просто профессиональное мастерство. В каждого своего ученика я вкладывал и продолжаю вкладывать частицу собственной души, а взамен получаю колоссальный заряд жизненной энергии. Такой вот «натуральный обмен» получается. И потом, — это же настоящее чудо: придумать какую-то новую комбинацию, визуализировать ее в своем воображении, а затем увидеть, как она воплощается в жизнь твоими учениками. Прямо на твоих глазах бесплотная идея, мысль превращается в реальность. Разве это не волшебство?», — рассказывал Смушкин в интервью Евгению Лефу.
Во многом благодаря Смушкину наша фигурка получила Роднину, Александра Горшкова, Сергея Четверухина, Людмилу Белоусову, он работал со сборной страны, входил в научную бригаду. Но в 1970 году в Москву приехали американцы, разыскивающие оставшихся в России членов своей семьи после Октябрьской революции. Яков как раз-таки им и оказался, однако за ними в Америку не последовал. Возможно, зря: в Союзе его лишили поста в сборной и сделали невыездным. Тогда Смушкин решил эмигрировать в Канаду. Покинуть родину Якову дали, но переезд получился болезненным — с ним отказалась ехать его первая жена.
Оказавшись в Америке, Смушкин переключился с фигурного катания на хоккей, в итоге доведя до уровня НХЛ более двадцати игроков. Но о родине не забывал, то и дело передавая приветы Валентину Писееву.
«Яков Смушкин очень долго работал со сборной страны, входя в научную бригаду. Он стал одним из первых, кто уехал в Америку. Они с нынешним (на момент 2009 года. — Sport24) и тогдашним руководителем федерации Валентином Писеевым уже тогда страшно цапались и друг друга тихо ненавидели. Смушкин, уезжая, сказал, что он Писееву обязательно пришлет открыткой или письмом пластиковую бомбу.
Но самая его вроде бы мелкая вредность была очень действенной, и я бы даже назвала ее изощренной. Напомню, что мировому империализму противостоял в то время Советский Союз с блоком социалистических стран. И тут Писееву, который верно служит в Госкомспорте, ходит на все партийные и профсоюзные собрания, Яша стал присылать из Америки поздравительные открытки ко всем советским и несоветским праздникам. Я считаю такое внимание изысканной пакостью», — вспоминала Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
В материале использовались цитаты Ирины Родниной из ее книги «Слеза чемпионки», а также цитаты Якова Смушкина из его интервью Евгению Лефу