Что есть человек — существо разума или игрушка бессознательной силы? Что есть мир — стройный космос или бездушная сцена для страданий? Своей философией Артур Шопенгауэр предложил ответ, однако этот ответ не был утешительным, а лишь предельно честным. Его философия вообще отличается беспощадностью к себе. Шопенгауэр заглянул в бездну, которая характеризует человеческое существование и нашёл там не свет разума, как те другие мыслители, которые были до него, а слепую, ненасытную волю, из которой проистекает и вся наша жизнь и всё наше страдание.
Почему же так получилось и его философия приобрела такой мрачный оттенок? Искать истоки этого необходимо в его биографии: Артур Шопенгауэр родился в мире, где идеалы Просвещения ещё пульсировали в воздухе, но их свет уже начинал тускнеть и терять свою значимость. Его семья была типичным зеркалом этой угасающей эпохи для которой юный Артур был чужд. Он был антиподом этой эпохи, её нелюбимым сыном. Хотя… может и наоборот? Чуждый коммерции, различным общественным играмс он уже в юности почувствовал, что за маской прогресса скрывается глубокая трещина в самой основе нашего существования.
Учёба же в Гёттингене и Берлине только укрепила его в этом саоем ощущении. Там он познакомился с философией Иммануила Канта, которая дала ему многие инструменты, но не дала ответов. А вот индийская мысль, популярность которой только набирала обороты, открыла ему новый образ мысли: несущий более мрачный, но и более честный способ понимания мира: мира как вечного страдания.
В своём самом главном труде — «Мир как воля и представление» — Шопенгауэр радикально перевернул картину мира характерную для своей эпохи. Он представил вселенную не как упорядоченное логосом царство, а как нечто, что ближе к совокупности различных иллюзорных представлений, которые мы видим перед собой и принимаем за чистую правду. За этими представлениями и стоит та безымянная и иррациональная сила, о которой он говорит, — воля.
Эта воля слепа, она не знает целей, она не ищет смысла. Она обладает лишь одним фундаментальным свойством: желанием и это желание бесконечно, оно движет ей. А она, в свою очередь, движет планетами и рождает желания в сердце человека. Мы живём, потому что желаем чего-то, но каждое наше желание суть семя нового страдания. Наслаждение, которое мы так пестуем, — лишь краткий перерыв между муками.
«Воля — это внутренняя сущность мира, и она проявляется в бесконечном стремлении, лишённом удовлетворения», — писал он.
Вообще, в философии Шопенгауэра человек не венец творения, а наивысшее проявление воли, а потому он есть и наивысшее выражение страдания. Сознание делает нас не только разумными, но самоосознающими всю трагичность нашего существования. Мы страдаем не только от жизни, но и от знания о том, что эта жизнь нам несёт.
Жизнь — это маятник, качающийся между скукой и страданием. Скука рождается в отсутствии желаний, страдание — в их неудовлетворённости. Мы движемся от одного к другому и нет нам покоя и выхода пока мы тут.
И всё же у Шопенгауэра есть проблески света — не света рационального, но эстетического и этического. Он верил, что через искусство, особенно через музыку, мы можем временно выйти за пределы воли, которая нас порабощает. В созерцании красоты исчезает наша личность, исчезает наше безостановочное желание и вот тогда-то и наступает краткий наш покой.
Сострадание — это также ещё одна трещина в стене страдания. Когда мы видим боль другого и откликаемся на неё, мы на миг освобождаемся от тирании эго и воли. Сострадание — основа подлинной морали.
Благодаря своей мрачной философии и неуживчивому характеру, Шопенгауэр при жизни оставался одиноким мыслителем. Его презирали академики и не принимали современники. Его лекции были пусты, а книги — забыты. Но, как часто бывает, спустя десятилетия его идеи начали прорастать и пускать корни.
Например, Ницше, поначалу восхищённый его философией, но позже отвернувшийся от него, многое взял как раз у Шопенгауэра. Фрейд же признал в нём предтечу психоанализа. Толстой, Вагнер, Камю, Сэмюэл Беккет — все они, в разной степени, испытали на себе влияние Шопенгауэра.
Вообще, любая философия обладает неким эффектом, однако фиоософия Шопенгауэра обладает им вдвойне. Она суть вызов для людей. Она не предлагает нам утешения, не обещает прогресса, не рисует никакого светлого будущего. Однако она даёт то, что часто не решаются дать даже великие умы — правду, не отфильтрованную надеждой.
В её глубинах звучит вопрос, актуальный всегда: «может ли человек быть счастлив в мире, где сама природа бытия — это вечное неудовлетворённое стремление?»
Шопенгауэр не даёт никакого ответа, но предлагает путь — путь через отказ, через сострадание, через созерцание. Путь ведущий не к счастью и приятному времяпрепровождению, а к освобождению. Не к радости, а к покою.