-Что же произошло? Неужели он догадался обо всем?-Эти вопросы не один раз возникли за этот день в голове встревоженной Киры.
Комната, казалось, сузилась, давя тишиной и тяжестью невысказанных слов. Кира почувствовала, как в горле пересохло, а в висках словно стало стучать набатом. Она осторожно приблизилась к Олегу и попыталась коснуться его руки, но он отдернул ее, будто от прикосновения раскаленного железа. В его взгляде она увидела ледяную пустыню, отчуждение, сквозь которые ей было сложно пробиться.
Вздохнув, молодая женщина неслышно выскользнула из комнаты.
Вечером, когда солнце уже утонуло за горизонтом и в комнате воцарился полумрак, Кира решила еще раз попытаться начать разговор с мужем.
-Олег, нам нужно поговорить, - ее голос дрожал, словно осенний лист на ветру.
Он молчал, не поднимая глаз от книги, которую держал в руках, но Кира знала – он слушает.
-Я… я знаю, ты злишься. Ты имеешь на это право. Но я сделала то, что, как мне тогда казалось, было лучшим решением…
Слезы хлынули из глаз, обжигая щеки. Она рассказала ему все – о возникшем между ними недопонимании, о неуверенности в их будущем, о давлении со стороны его матери. Олег слушал, не перебивая, с непроницаемым лицом.
Когда она закончила говорить, повисла долгая, мучительная тишина. Наконец, он поднял на нее взгляд. В его ледяных глазах уже была боль. Глубокая, разъедающая душу боль.
-Ты все сказала?-Холодно спросил муж и встал с кресла, положив книгу на журнальный столик, где стояли начатая бутылка вина и бокал.
Кира съежилась. Она боялась услышать в ответ слова, которые отдадутся болью в ее израненном сердце.
-Ты лишила нас будущего,- тихо произнес он, стоя у окна. И эти слова, словно удар хлыстом, обрушились на Киру, заставив ее содрогнуться от осознания содеянного.
-Я бы простил измену, если бы ты не сделала аборт. Ты лишила моих дочерей брата…-Продолжал говорить муж, и его слова больно хлестали ее по лицу.
-Почему ты так уверен, что это был мальчик?…
Договорить она не успела. Олег обернулся и сделал несколько шагов. Его глаза были расширены и пылали от бешенства. Звонкая пощечина тут же обожгла ее лицо.
-Это был мальчик! Мальчик! Узнав, что ты поехала в больницу, я помчался вслед за тобой. Но опоздал…Ты успела избавиться от моего ребенка... Я навел справки. За деньги можно добыть любую информацию.-Голос мужа перешел на крик.-Ты убила моего сына. Дрянь! Я больше не хочу тебя видеть! Чтобы через час духу твоего не было в моем доме!
В комнате повисла звенящая тишина. Кира оторвала ладонь от пылающей щеки и с ужасом взглянула на Олега. Ее лицо, обычно такое мягкое и приветливое, сейчас было перекошено от страха. Губы дрожали. Глаза, полные слез, смотрели на мужа с ужасом и болью.
Она схватила его за руку и с отчаянием выкрикнула:
-Олег, пожалуйста, прости меня. Не поступай так со мной! Подумай о наших девочках!
Муж брезгливо выдернул руку из ее тонких цепких пальцев и отступил назад. Его глаза смотрели на нее с презрением. Слова, словно выпущенные стрелы, попадали в цель, разбивая вдребезги ее хрупкую надежду на примирение.
-Я… я не хотела… - бормотала Кира сквозь всхлипывания, пытаясь найти себе оправдание.
Но Олег лишь презрительно усмехнулся
-Не хотела? А чего же ты хотела? Чтобы я молча принял то, как ты поступила? Чтобы я простил тебе измену? Чтобы я забыл о ребенке, о сыне, о котором так мечтал и ждал?-Его голос, вначале тихий и дрожащий, постепенно набирал силу. - Ты лишила меня не просто ребенка, ты лишила меня будущего! Нашего будущего!
Неожиданно он приблизился вплотную и взглянул на ту, которую когда-то любил, с нескрываемой ненавистью.
-И у тебя хватило наглости прийти сюда ко мне, чтобы добить окончательно? Знай же, Кира, ты сегодня преуспела. Между нами больше ничего нет. Ни любви, ни прощения. Ни-че-го. Дочек я тебе не отдам. Ты можешь приезжать, чтобы увидеться с ними, но забрать их с собой я тебе не позволю.
-Олег, это жестоко. Не поступай так со мной!-С трудом подавляя страх произнесла Кира.
Она и представить себе не могла, чем обернется для нее желание насолить мужу.
…Спустя два часа она поставила две большие дорожные сумки у ворот и обернулась. Сквозь слезы она смотрела на окна дома, где с окаменевшим лицом стояла Лиза и смотрела ей вслед. Взгляд тринадцатилетней дочери не выражал никаких эмоций. После того, как она однажды застала свою мать вечером с соседом в саду, ее лицо выражало только презрение. Младшая, Анюта, помахала матери маленькой ручкой и побежала догонять большого белого кота, бросившегося на кухню. В свои четыре года она привыкла часто оставаться дома с бабушкой и сестренкой и отсутствие матери переносила спокойно.
Машина тронулась, и пейзаж за окном начал расплываться. Она пыталась унять дрожь в руках, но воспоминания нахлынули с новой силой. Как она могла так поступить? Как могла предать их, своих девочек? Сосед, из-за которого она потеряла голову, с его комплиментами и напускной галантностью, казался сейчас таким далеким и ничтожным. А ведь она собственными руками разрушила все, что имела.
Кира могла бы добиться через суд, чтобы Анюта осталась с ней, но она не знала, что ждет ее впереди. Ведь она теперь осталась без работы и без жилья.
Обернувшись, бросила прощальный взгляд на крышу своего дома. Она представила, как Лиза вернется в свою комнату, закроет дверь и , бросившись на кровать, уткнется в подушку, пытаясь сдержать слезы. А Анюта, наверное, уже забыла о ее существовании, увлеченно играя с котом. И эта мысль пронзила ее сердце острой болью. Она была плохой матерью. И теперь ей придется жить с этим осознанием всю оставшуюся жизнь.
Дорога в другой город казалась бесконечной, как и ее вина перед мужем и дочками…
Машина свернула в узкий проулок и вскоре остановилась возле подъезда старого пятиэтажного дома, где жили ее родители.
После тяжелого разговора с матерью она не могла уснуть и долго ворочалась в постели, незаметно провалившись в темноту.
Проснувшись ближе к обеду, Кира вначале не сообразила, где находится, а когда поняла, тихо заплакала, кусая губы.
Сидевший за столом отец осторожно взглянул на мать, стоявшую спиной у плиты, и спросил:
-А почему одна приехала? Внучек не привезла. Хотя бы торт матери к чаю купила, порадовала ее.
-Прости , пап, у меня мало денег. Пока на работу не устроюсь, надо прожить как-нибудь.-Хмуро ответила она отцу, пряча взгляд.
-Это как понять? Муженек тебе не дал денег на пропитание? Не понял, о какой работе идет речь? Вы что-то от меня скрываете?-Произнес сурово отец, нахмурив лохматые брови.
В воздухе повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим шипением масла на сковороде. Мать, казалось, окаменела и не слышит, о чем они говорят, но дочь заметила, как по ее спине пробежала дрожь. Она медленно обернулась. В ее глазах плескалась усталость, смешанная с отчаянием и страхом перед отцом, которому не было известно ничего о причине внезапного появления дочери.
—Дело не в нем, пап, - тихо проговорила Кира, стараясь сдержать дрожь в голосе. - Просто… так получилось.
Отец, словно почувствовав неладное, смягчился. Грубые черты его лица разгладились, и он с тревогой посмотрел на дочь.
-Что случилось, Кирюша? Расскажи отцу.
Дочь глубоко вздохнула, собираясь с духом. Она понимала, что рано или поздно ей придется рассказать правду, и сейчас, когда отец проявил каплю сочувствия, этот момент настал. Она начала медленно, запинаясь, рассказывать о ссорах, недопонимании, о том, как постепенно их отношения с мужем сошли на нет.
Когда Олег потерял бизнес, в который было вложено немало сил и денег, она не попыталась его понять, или, возможно, не захотела. Он стал приходить поздно, объясняя это тем, что подрабатывает в гараже. А она морщилась, чувствуя от него запах машинного масла и вина, когда он пытался ее поцеловать. Но деньги, которые он клал перед ней, брала с радостью.
Когда муж в первое время попросил ее немного экономить, она била посуду и закатывала ему истерики, почему он не думает об экономии, сидя с друзьями допоздна в барах и приходя домой под утро. Он оправдывался, что это деловые встречи-они обсуждают новый проект для вложения денег. Но Кира не верила ему и не хотела слушать.
Она стала равнодушной к мужу, что ухудшило ее отношения со свекровью. И это продолжалось до тех пор, пока однажды ее не довез до дома новый сосед. Он был очень любезен и внимателен к ней. Она с легкостью приняла его приглашение на кофе. Потом снова… И снова...
Роман с соседом неожиданно затуманил ее разум. Она перестала замечать серые будни и однообразные пейзажи за окном. Каждый день теперь ей казался праздником, наполненным смехом, легкими прикосновениями и обещаниями. Работа отошла на второй план, встречи с подругами и домашние хлопоты вовсе позабылись. Заботу о дочках она взвалила на плечи свекрови, которая души не чаяла в своих внучках. Все ее мысли были заняты им, его улыбкой, его голосом…
Она словно попала под гипноз его обаяния, растворившись в его мире, где все было легко и беззаботно. Он казался ей идеальным мужчиной, воплощением мечты, принцем из сказки, который приехал, чтобы спасти ее от скуки и одиночества. Она верила каждому его слову, каждой его клятве, каждой его нежной ласке.
Но за этой внешней идиллией скрывалась тонкая трещина, заметная ей. Он избегал разговоров о будущем, его устраивали эти короткие, ничего не обещающие встречи. А она ждала от него слов-развестись с мужем и уехать вместе с ним в Ростов.
Кира не обращала внимания на то, что он иногда по вечерам не подходил к домашнему телефону, хотя свет в его окнах горел. Она старалась не замечать этих мелочей, убеждая себя, что это лишь временные трудности, которые обязательно разрешатся. Ведь настоящая любовь все преодолеет, не так ли?
Однажды она увидела красивую женщину, которая вечером вышла из новенького автомобиля и, полюбовавшись цветами в палисаднике, вошла в дом соседа.
При встрече расспросила его о незнакомке. На что он улыбнулся и рассказал душещипательную историю о гибели родителей и о том, что всем обязан своей старшей сестре, которая вырастила его, забыв о своей личной жизни. Теперь она является его непосредственным начальником.
Кира ему поверила. Она не могла не поверить человеку, в которого влюбилась по уши.
Однако в скором времени сомнения, как маленькие червячки, стали грызть ее изнутри. Кира чувствовала, что что-то не так, что в их отношениях есть какая-то недосказанность, какая-то тайна, которая рано или поздно выплывет наружу и разрушит этот хрупкий мир, который она так старательно создавала, готовая разрушить ради него свою собственную семью.
Ослепленная любовью она не смогла признать поражение раньше и тянула до последнего, пока не поняла, что дальше так продолжаться не может.
Переступив через гордость, она отправилась к нему на работу, чтобы вечером провести время с ним в их излюбленном кафе. Ее ждал сюрприз. Приближаясь к зданию, она увидела в раскрытое окно на втором этаже, как он целовался со «своей старшей сестрой» в глубине комнаты. На непослушных ногах Кира отправилась в ближайший сквер и там просидела два часа, приходя в себя.
Затем набралась сил и снова направилась к зданию, где работал ее возлюбленный, и, дождавшись, пока он отлучится по делам, вошла с намерением все выяснить.
Если бы она хотя бы немного имела представление о том, что придется ей услышать?!
Он был женат. Женат на женщине старше него на шестнадцать лет. Она была известным в городе адвокатом. И всем, чего достиг заурядный юрист, он был обязан ей.
Отец всегда говорил: "В этой жизни за все приходится платить". Но Кира никогда не думала, что расплата будет настолько горькой и унизительной. Все ее мечты, все надежды на совместное будущее рухнули в одно мгновение, как карточный домик, развеянный ветром.
Она вышла из серого здания, где находилась адвокатская контора, словно пьяная, не разбирая дороги. В голове пульсировала лишь одна мысль: "Как он мог?". Как он мог так поступить с ней, с их любовью? Ведь он клялся ей в вечной любви, говорил, что она – смысл его жизни. Неужели все это было ложью, тщательно разыгранным спектаклем?
Начавшийся дождь постепенно усиливался, словно сама природа оплакивала ее разбитое сердце. Холодные капли стекали по лицу, смешиваясь со слезами. Она чувствовала себя совершенно опустошенной, преданной и одинокой в этом огромном, равнодушном мире. Все, во что она верила, оказалось иллюзией.
Она была настолько разбитой, что не подумала о своих детях, нуждающемся в ней.
Свекровь, которая в последнее время недовольно косилась на нее, стала высказывать свое возмущение ее безразличием к дочерям. Кира бродила по дому, как в тумане, и не реагировала на замечания.
Возвращавшийся поздно, уставший муж не понимал, что с ней происходит. Она же, ссылаясь на недомогание, стала иногда ложиться в комнату девочек.
Прошло полгода. Время понемногу вытеснило боль. Казалось, что все осталось в прошлом, когда Кира поняла, что беременна. К мужу она стала безразлична и не испытывала никаких чувств. Поэтому приняла решение избавиться от нежеланного ребенка.
Наблюдательная свекровь обо всем догадалась и стала уговаривать невестку не брать грех на душу и не делать аборт. Та заявила, что ей достаточно двух дочерей, третьего ребенка она не хочет.
Оказалось, что это был мальчик…
Отец слушал молча, лишь изредка кивая головой. Поначалу в его глазах отражалось понимание и сочувствие, и Кира почувствовала, как ей становится легче. Она выплеснула все, что накопилось в душе, и словно камень упал с ее плеч. Она была уверена, что отец поддержит ее. Но ошиблась.
Он назвал ее падшей женщиной и выразил сожаление, что когда-то дал ей жизнь.
Слова отца, словно ледяной кинжал, вонзились в самое сердце. Боль была такой острой, что на мгновение перехватило дыхание. Она ожидала чего угодно – упреков, критики, даже гнева, но не этого. Не проклятий…
Мир словно померк в одночасье. Кира смотрела на отца, но видела перед собой лишь чужого, жестокого человека. Где тот отец, который учил ее ходить, который читал ей сказки перед сном, который обещал всегда быть рядом? Его больше не было.
Слезы потоком хлынули из глаз. Она отвернулась, чтобы он не видел ее лица. Внутри все кричало от боли и обиды- отец не захотел ее понять.
Не выдержав, Кира выбежала из кухни и закрылась в своей комнате. В ее душе зияла пустота, и эхо жестких отцовских слов преследовало ее, как навязчивый кошмар.
Несколько дней она пыталась не сталкиваться с ним и не выходила из своей комнаты, пока он был дома. Со временем все вернулось на свои места, но отец вел себя с ней сдержанно и больше не шутил с ней, как это делал раньше.
Вскоре она случайно встретила в магазине свою приятельницу, и та предложила поработать у них в парикмахерской, где на днях освободилось место.
Кира поначалу ездила увидеть дочерей на каждых выходных. Затем два раза в месяц.
Спустя три года она вышла замуж. Муж был ловеласом и охоч до чужих юбок. Поначалу Кира ревновала и устраивала скандалы. Но со временем смирилась и после рождения дочери стала все внимание уделять ей.
Поездки к дочерям стали совсем редкими. Свою, порой, нахлынувшую тоску по ним она восполняла письмами Лизе. Та изредка и сухо отвечала ей.
Научившись писать, Анюта стала присылать матери открытки и письма, где подробно рассказывала обо всем. Из ее писем Кира узнала, что Олег женился. Новая жена родила ему одного за другим двоих сыновей.
К девочкам мачеха относилась хорошо. Анюта полюбила ее и называла мамой.
Кира читала эти строки с колючей тоской. Она иногда задавала себе вопрос: как сложилась бы ее дальнейшая жизнь, если бы она осталась? Были бы у нее дети, свой дом, тихий вечер в кругу семьи. Но была бы она счастлива?
Она пыталась гнать эти мысли прочь, напоминая себе о причине, по которой ей пришлось уехать. Рано или поздно это должно было случиться. Жить и дальше в атмосфере лжи и предательства становилось невыносимо.
Со временем письма Анюты стали носить в себе не только печаль по прошедшим годам. В них было много света и радости, рассказов о школьных успехах, новых друзьях, о маленьких радостях жизни в пригородном поселке. Кира радовалась за дочь, видя, что та счастлива и окружена заботой. Она отправляла ей посылки с книгами, одеждой, сладостями, стараясь хоть как-то компенсировать свое отсутствие.
Годы летели. Анюта выросла, окончила школу и стала студенткой института в ближайшем городе. Она по-прежнему писала матери, хотя уже и реже. В ее письмах появлялись новые темы, новые люди.
Кира чувствовала, что дочь постепенно отдаляется, но это было неизбежно. Она понимала, что это часть жизни, и не могла остановить этот процесс. Главное, чтобы Аня была счастлива, где бы она ни находилась и чем бы ни занималась.
С Лизой у Киры отношения не сложились. Со временем она совсем утратила со старшей дочерью связь. После окончания школы девочка самостоятельно поступила в известный московский университет.
Она приезжала на каникулы, скучая по младшим братьям и сестре. Оказывала ощутимую помощь мачехе, проводя с братишками время.
После окончания университета уехала по распределению в Мурманскую область и связь с родными поддерживала крайне редко.
Приезжала она только один раз-на похороны бабушки. На упреки отца в отдалении от семьи и черствости Лиза долго молчала, обдумывая что-то, затем ответила, что не может простить того, кто вдвоем с матерью лишил ее и сестру счастливого детства. Теперь каждый из них получил свое от жизни.
Отец, погрязший в вечном самокопании и тихом алкоголизме, со временем ушел в себя еще глубже. Мать, когда-то яркая и амбициозная, теперь жила в роскошной квартире, окруженная дорогими и бездушными вещами. Лиза же, словно назло их сложившимся судьбам, построила свою жизнь с нуля, далеко от родительского дома, в чужом городе, где никто не знал о ее прошлом.
Она стала архитектором, создавала прекрасные и функциональные здания, вкладывая в них всю ту энергию и любовь, которую не получила в детстве от родителей. У нее теперь была своя семья, любящий муж и двое замечательных детей. Но даже в моменты наивысшего счастья, в уголке ее души жила незаживающая рана, напоминание о прошлом, которое она так отчаянно пыталась забыть.
Приезд на похороны стал болезненным возвращением к истокам, столкновением с реальностью, от которой она так долго бежала. Встреча со стареющим отцом вызвала у нее жалость.
Слова, сказанные им в ее адрес, не задели, а лишь подтвердили ее правоту. Она уехала, не оглядываясь, оставив прошлое там, где оно и должно было оставаться – в прошлом. Будущее ждало ее впереди, с ее детьми, с ее мужем, с ее жизнью, которую она построила сама.