Корабль, не попробовавший вина, попробует крови...
Операция по захвату Круглова и архива с документами, содержащими имена прошедших обучение в школе местечка Оберштайн, была полностью подготовлена английской разведкой, и все ждали приказа о её начале.
Произошедшее с немецким военным кораблём спутал все карты и русской, и британской разведок. Круглова срочно вызвали к канцлеру, до которого только что дошло сообщение одного из его дальновидцев.
Случай был действительно уникальным. Выпускник школы в Оберштайне, находившийся в распоряжении одной из воинских частей, на одном из сеансов дальновидения рассказал о гибели линкора, пожар на котором унесёт жизни более сотни немецких моряков.
- Ему нельзя выходить в море в ближайший месяц, - предостерегал дальновидец руководство. - В течение этого времени, чтобы предотвратить трагедию, необходимо снова повторить ритуал спуска корабля на воду, иначе корабль, не попробовавший вина, попробует крови.
Присутствующий при сеансе командир части отнёсся к известию очень серьёзно и посчитал своим долгом немедленно поставить в известность военно-морское руководство. Однако офицер - штабист, к которому попало донесение, посчитал его не представляющим большого интереса и решил не беспокоить руководство « по пустякам».
Возникший на борту линкора пожар, причину которого так и не удалось выяснить, уничтожил не только большое количество людей. Огонь уничтожил единственный экземпляр экспериментальной подводной лодки, которая должна была пройти в этом рейсе испытания. Самым же страшным было то, что в огне погиб изобретатель лодки и все её чертежи, с которыми тот не расставался ни на минуту.
Бисмарк был в бешенстве и приказал вызвать к себе всех, кто так или иначе был связан с предсказаниями дальновидца, чем свёл на нет все усилия двух разведок, спланировавших на это время захват Крутова.
В ходе следствия выяснилось, что бутылка при спуске линкора на воду, ударившись о борт корабля, действительно осталась невредимой, на что сразу же было обращено внимание всего экипажа. Теперь многие из оставшихся в живых припомнили, как опытный капитан линкора, прежде, чем выйти в море, долго и обречённо прощался с женой и сыном. В этот же день в судовом журнале появилась странная надпись, сделанная его рукой и, видимо, прочитанная дальновидцем. «Корабль, не попробовавший вина, попробует крови». Как ни странно, слова, написанные на первом листе судового журнала, оказались пророческими.
Когда все потери были скрупулёзно подсчитаны и сверены, канцлер приказал собрать у себя всех выпускников секретной школы, руководимой русским офицером. Им было поставлено несколько серьёзных вопросов, на которые дальновидцам необходимо было ответить как можно чётче. От них требовалось самое подробное схематическое изображение фортификационных сооружений французов, и Круглову пришлось лично в течение нескольких дней контролировать действия своих учеников. Он был удовлетворён результатами и пребывал в хорошем настроении, когда один из выпускников, завершивший сеанс, подошёл к нему и, ничего не уточняя, предупредил:
- Женщина в Вашем окружении - враг. Опасайтесь её.
Гуляя по аллеям парка, Мэри не раз замечала, что один из незнакомцев ненавязчиво присматривает за ней. Видимо, это был тот самый мужчина, которого заметил её связник, и который пытался тайно проникнуть в её номер. Сегодня она решила осуществить несколько дней назад намеченный ей план.
- Я сама, неожиданно для преследователя, подойду к нему и задам ему несколько вопросов.
Когда незнакомец заметил, что Мэри решительно повернула на неширокую аллею, то устремился за ней.
- Вам привет от князя Разумова, - услышала она голос поравнявшегося с ней незнакомца.
- Как Вы меня нашли? – Удивилась Мэри, услышавшая русскую речь.
- После того, как Вам было приказано отправиться в Пруссию и проникнуть в секретную школу, мне было приказано прибыть сюда и поступить в Ваше распоряжение. Я нахожусь здесь уже более недели, но Вы усиленно не идёте со мной на контакт. Что-то случилось?
- Я впервые слышу, что Вы – мой связник.
Теперь пришло время удивляться незнакомцу.
- В том же донесении, где Вам сообщалось о сути нового задания, Вам было сообщено и обо мне. – Пояснил незнакомец.
Мнимая Лотта Шольц, выслушивая российского связника, вдруг заметила господина Фолленвейдера, чинно вышагивающего по центральной аллее, и начала спешно соображать, как ей следует поступить.
- Встретимся завтра на этом же месте, - бросила она связнику Разумова и быстрым шагом отправилась в сторону тропинки, уводящей её от центральной аллеи.
Только когда она вошла в номер, до неё начал доходить смысл, сказанного российским связником.
- Выходит и Разумов, и Кемптон для решения задачи с дальновидцами выбрали именно меня. - Мэри охватил ужас. - Я попала в ситуацию, из которой вряд ли удастся выйти без потерь. В настоящий момент, зная, что Лиза давно покинула Россию, я ничем не обязана Разумову, но отказаться выполнить его задание, было бы равносильно провалу. Получается, что обе разведки почти на одно и то же время наметили выкрасть Круглова, а я в этом деле – центральное звено.
Взволнованная служанка встретила свою госпожу, приняла у неё зонтик и перчатки и выпалила на одном дыхании:
- Час назад принесли телеграмму от маркиза де Виси.
Побледневшая Мэри, в голове которой проносилась одна мысль, страшнее другой, дрожащим голосом спросила:
- Где она?
Спустя секунду невозмутимый управляющий уже протягивал ей серебряный поднос, на котором лежала запечатанная телеграмма.
Весть о том, что к концу недели маркиз де Виси, фотографическую карточку которого в отсутствие хозяйки рассматривала вся прислуга, должен появиться в их доме мгновенно облетела всех обитателей роскошного особняка.
Мэри, заметно нервничая, отдавала последние распоряжения, когда дворецкий доложил:
- Ваша светлость, карета подана.
Управляющий, вышедший проводить счастливую хозяйку, хорошо поставленным голосом и любуясь собой, торжественно доложил:
- Я созвонился с портом по аппарату. Корабль прибывает строго по расписанию.
- Благодарю Вас, Томсон, - отозвалась хозяйка и поспешила к экипажу.
Невозмутимый Томсон два месяца назад увидевший чудо техники, называемое телефоном, не упускал случая, чтобы им воспользоваться. По одному его виду можно было легко понять, насколько он горд тем, что является одним из немногих в доме, кто умеет обращаться с этим новомодным аппаратом.
Она не смогла бы припомнить ещё одного такого тёплого и солнечного утра, которым одарил её лондонский осенний день.
- Даже природа радуется приезду Николя, - отметила она с радостью.
Толпа встречающих с трудом дождалась швартовки корабля. Прибывшие пассажиры волновались не меньше встречающих, поэтому несколько нервничая, ждали на палубе спуска трапа. Матросы ещё не закончили протирать перила трапа, а Николя уже быстрым шагом спускался по его ступеням.
- Любимый, на нас же смотрят, - легонько упрекнула она супруга, когда он с чувством заключил Мэри в объятья.
- Я слишком долго ждал этого момента, поэтому не могу совладать с собой, - зашептал ей Николя, нежно коснувшись губами её свисающего локона.
- Как хорошо, что я приехала в закрытой карете, - подумала Мэри, видя как при каждом её прикосновении, по всему телу мужа пробегает нервная дрожь.
Дорожное происшествие, из-за которого образовалась большая пробка, не вызвало у молодожёнов ни капли раздражения, и скорее даже обрадовало их.
- У тебя отличный экипаж, - хитро прищурившись, заметил Николя, - но целоваться в нём всё же удобнее, когда он стоит, а не едет.
Высыпавшая на парадное крыльцо прислуга с интересом рассматривала статного мужчину, который отныне должен был стать их новым хозяином. Управляющий встретил молодожёнов в гостиной и с достоинством отрапортовал:
- Праздничный обед будет подан через полчаса.
- Я хотел бы переодеться и предстать перед тобой в более приятном виде, - обратился Николя к Мэри. – Где я могу это сделать?
- Пойдём со мной. Мне тоже не мешало бы переодеться. – Мэри продолжала смотреть на супруга с обожанием. - После обеда я покажу тебе наш дом.
Не успела Мэри войти в спальную, как Николя предложил ей помочь переодеться. Его помощь и на этот раз закончилась тем же, чем и во всех предыдущих случаях.
- Николя, в небольшом, но очень уютном доме, который когда-то купил для меня отец, была огромная кровать, которая занимала большую часть спальни. Купив этот особняк, я приказала её выбросить. И только теперь поняла, что поступила слишком опрометчиво. Тебе не кажется, что следует кого-то послать вернуть её? Иначе мы будем обречены провести ещё много бессонных ночей в этой тесной постели, и оба умрём от нехватки сна и истощения, – со счастливым смехом сказала довольная супруга.
Они опоздали на обед более чем на полчаса, чем несказанно удивили прислугу.
- Привыкайте, думаю такое повториться ещё ни раз, - весело подумала довольная супруга, в глазах которой резвились чёртики.
Разгоравшиеся в камине дрова тихо потрескивали, когда Мэри решилась задать волнующий её вопрос.
- Николя, ты надолго?
- Думаю, что да.
- А как надолго?
Николя загадочно улыбнулся и обнял любимую.
- Надеюсь, что навсегда.
Мэри не могла поверить своему счастью, но вновь возникшие сомнения заставили её задать любимому очередной вопрос.
- Война ещё не закончилась, и твой отъезд в Великобританию может нанести урон репутации вашей семьи. Ты не боишься этого?
- Моё ранение сослужило мне хорошую службу.
- Ты был ранен? Мне ещё днём показалось, что ты немного прихрамываешь.
- Ты всё – таки смогла это заметить? Как жаль, что все мои муки прошли даром. Я так старался не хромать, терпя невыносимую боль, но, оказывается, от твоих красивых глаз ничего не может укрыться.
- Николя, что у тебя с ногой?
- Не беспокойся, любимая. В неё попал всего лишь небольшой осколок и, надеюсь, что рана скоро заживёт. Ты лучше расскажи, есть ли какие-нибудь новости о дочери?
- Пока нет, но я не теряю надежды.
- Теперь мы вместе и обязательно найдём её! – В голосе Николя звучала такая уверенность, что Мэри прижалась к мужу с благодарностью, а её сердце вновь переполнилось любовью.
Спустя неделю процедур, которыми Мэри ежедневно подвергала раненую ногу Николя, потрясающие результаты лечения стали очевидными, и маркиз, больше месяца терпевший изматывающую боль, отказывался в них верить.
- Мэри, ты просто волшебница! Я совсем не чувствую боли, а рана затягивается на глазах. Где ты этому научилась?
- Это долгая история, которую я когда-нибудь тебе расскажу.
Завтра они планировали поехать в её загородный дом под Фолкстоном, поэтому, посмотрев биржевые сводки, Мэри решила отдать распоряжения управляющему и начать заниматься сборами. Вошедший в комнату Николя, нежно обнял её и шепнул:
- Есть кое-какие новости, но мы поговорим о них завтра в дороге.
Мэри вопросительно взглянула на супруга, но тот успокоил её жестом, говорившим «Не беспокойся, родная. Ничего страшного».
Экипаж, снабжённый мощными рессорами, быстро катил по ухабистой дороге, унося их всё дальше от столицы, а Николя так и не решался начать разговор. Мэри чувствовала внутреннее напряжение мужа и не торопила его.
- Любимая, я не смел раньше признаться тебе, что давно собираю досье на лорда Кэмптона, - начал Николя. - Испуг, который он увидел в глазах супруги, заставил его тут же замолчать.
- Николя, я боюсь за тебя. Лорд Кемптон - страшный человек! - Она взяла его за руку и, прижав её к своему сердцу, с отчаянием произнесла. - Он сломал мою жизнь, но твою я ему просто так не отдам!
- Кемптон представляет опасность в первую очередь для тебя, и я не могу смотреть на это равнодушно. Пока, правда, мне не удалось до конца прояснить роль и причину неугасающего на протяжении многих лет интереса к тебе лорда Лэстера. Мне известно лишь то, что он имеет очень большое влияние на твоего «старого друга».
- Лорд Уильям всем обязан своему всемогущему покровителю. Более того, мне всегда казалось, что их связывает какая-то общая тайна.
- По моим сведениям лорд Лестер возглавляет британское отделение секретного союза, который влияет на решения, принимаемые монархами и парламентами многих стран. Его цепкие щупальца крепко держат Европу, Восток и даже сумели уже дотянуться до другого континента. Пока не удалось выяснить цели и задачи слишком засекреченного союза, но, думаю, что это всего лишь вопрос времени.
Мэри сразу же вспомнилась странная дружба лорда Кэмптона и его высочайшего покровителя с принцем Альбертом.
- Какое отношение ты можешь иметь к этому союзу, мне тоже пока не понятно. Могу сказать лишь одно. В твоём, вернее нашем доме, есть слуги, подкупленные не только лордом Кэмптоном, но и самим сэром Лэстером. Может быть, ты смогла бы пояснить мне, чем вызван такой пристальный интерес к тебе с их стороны?
Мэри заметно колебалась. Она не имела права без разрешения свыше раскрыть тайну, связанную со священным манускриптом, третьему лицу.
- Но это лицо - любимый муж, с которым отныне, мы делим все тревоги и горести. Он хочет защитить меня, а я, оставляя его в полном неведении, лишаю его оружия.
Она почти решилась рассказать мужу о своей священной миссии, но внезапно пришедшая мысль бросила её в жар и заставила задуматься.
- А что, если Николя подослан ко мне, чтобы узнать тайну манускрипта? Нет и нет! Если так думать, то можно разувериться во всех людях.
С этого мгновения её спокойствию, которым она упивалась последнее время, пришёл конец, а появившиеся вновь сомненья начали терзать её с новой силой.
- Прошлое не отпускает меня и не даёт быть счастливой.
Чета Смит встретила молодожёнов с настороженностью, которую хозяйка, как ни старалась, не могла объяснить.
- В доме по-прежнему тепло и уютно и на первый взгляд всё как обычно. Однако у меня не пропадает ощущение какого-то необъяснимого напряжения, - отметила для себя Мэри.
Ужин, к которому они с Николя появились вовремя, был великолепен, а приправы, закупленные мистером Смитом в Фолкстоне, были свежи и ароматны, как никогда. Посидев немного у камина в гостиной, молодожёны отправились в спальню. Они медленно поднимались по огромной со старомодными ангелочками лестнице, когда Николя вдруг нежно обнял супругу за талию и страстно шепнул ей на ухо:
- Такой ужин с множеством удивительных восточных приправ обостряет чувства. Я думаю, что спальня тоже не разочарует нас и заставит задуматься о пополнении рода. - От этих слов, начавшая переполнять влюблённых любовь и нежность, готова были выплеснуться прямо на лестнице, поэтому супруги резко ускорили шаг и вскоре оказались в хорошо натопленной спальне. Они не заметили, как осыпая друг друга поцелуями, смогли освободиться от так надоевшей за день одежды и оказаться в постели.
Предававшиеся долгим любовным утехам супруги засыпали, когда Мэри показалось, будто она слышит тихий плач ребёнка.
- Уж не мерещится ли мне это? Или мысль о ребёнке так взволновала меня, что теперь везде будет слышаться детский плач?
Она решила расспросить об этом Николя и повернулась к мужу, но тот, тихо посапывая, уже спал. Прижавшись к мускулистому телу любимого, она нежно поцеловала его в крепкое плечо. Запах родного тела, который она не смогла бы спутать ни с каким другим, взволновал её с новой силой, но она не решилась вновь потревожить только что заснувшего Николя.
- Спи, мой родной, - прошептала она. При этом молодой супруге с трудом удалось взять в себя в руки и погасить разгоравшийся в ней пожар неукротимых чувств. Спящий мужчина тем временем повернулся к ней и нежно, как бы защищая ото всех горестей и невзгод, обнял любимую.
- Миссис Смит, в доме есть маленькие дети?- Спустившись к завтраку, задала экономке продолжавший мучить её вопрос Мэри. - Может быть, у кого-то из прислуги.
- Нет, леди Гранд, - быстро ответила Сьюзен и опустила глаза.
- Теперь Ваша хозяйка носит фамилию маркиза де Виси, - напомнила Мэри.
- Прошу прощения, - извинилась смущённая экономка.
День был солнечным и тёплым, и счастливые молодожёны сразу же после завтрака отправились побродить по тенистым аллеям ухоженного парка. Небольшая речка, протекавшая через всё обширное загородное владение, была обрамлена плакучими ивами, склонившими к воде свои ветви. Супруги медленно брели по парку, радуясь теплу и слепившему им глаза яркому солнцу.
- Я очень люблю эту аллею, - сказала Мэри, прижавшись к плечу мужа, - даже не смотря на то, что вон те печальные плакучие ивы всегда навевают на меня грусть. - Она показала рукой в сторону пруда, и в этот момент ей показалось, что она увидела среди кустов женщину, убаюкивающую на руках ребёнка.
- Милая, извини меня, но я должен ненадолго тебя покинуть,- обратился к ней Николя. – Я ещё вчера пообещал мистеру Смиту взглянуть на лошадей и выбрать нам лошадей для конных прогулок. Ты не будешь сильно скучать?
- Конечно, буду, - наигранно обиделась Мэри.
- Выбирай, - засмеялся Николя. – Либо я иду к Тому, и мы завтра едем на конную прогулку, либо мы сейчас же идём в нашу спальню и … Бог с ней, с прогулкой.
- Только ни это, - картинно закатив глаза, ответила Мэри. – Лучше поедем верхом.
Он поцеловал завиток волос на её виске и быстрым шагом направился к конюшне. Мэри любила, когда Николя подолгу целовал её непослушный локон, приводивший её в лёгкий трепет, но сейчас была благодарна мужу за то, что он ограничился всего лишь одним поцелуем. Происходящее в особняке и его окрестностях начинало её интриговать и даже временами раздражать. Странные события, которые она не понимала, не давали ей покоя.
Мэри решительно направилась к кустам, где несколько минут назад видела женщину с ребёнком на руках. Выскочившая ей навстречу девушка, больше похожая на подростка, увидела хозяйку и остолбенела.
- Моник, это ты гуляла здесь с ребёнком?
- Нет, госпожа. В доме нет детей, – ответила не сумевшая скрыть испуга прислуга.
- Или я плохо знаю людей, или ещё несколько секунд и девчонка грохнется от страха в обморок. С чего это ей так меня бояться?
Она твёрдо решила разгадать тайну, которую от неё явно скрывали. Если бы она знала, что разгадка придёт сама собой, то вряд ли стала бы давать себе подобные клятвенные обещания.
Молодожёны засиделись у камина и не заметили, как до недавнего времени наполненный жизнью дом затих и погрузился в сон. В этих отдалённых от бурной столичной жизни местах спать ложились рано. Вот и сейчас вся отправившаяся по своим комнатам прислуга уже видела не первый сон, а они всё продолжали сидеть и смотреть на огонь, размышляя о лорде Кемптоне и его влиятельном покровителе.
Они не сразу поняли, что произошло, когда почти вбежавшая в гостиную экономка с рыданиями упала перед Мэри на колени. При этом больше всего супругов потрясло выражение её лица. На нём была печать нечеловеческой скорби и огромных душевных мук.
- Леди Мэри, умоляю Вас, спасите моего умирающего внука. Доктор Томсон рассказывал, что Вы умеете творить чудеса.
Удивлённая хозяйка, быстро встала с кресла и решительно спросила:
- Где ребёнок?
- Он в моей комнате в правом крыле дома, – скороговоркой произнесла Сьюзен, с трудом поднявшись с колен.
- Тебе нужна моя помощь?- Поинтересовался Николя.
- Думаю, пока нет, – ответила Мэри и поспешила за миссис Смит.
Том, который с трудом сдерживал слёзы, держал на руках хрупкое тельце мальчика, которому не было ещё и года.
- Мы обращались к доктору, но он оказался бессилен, – тихо сказал мистер Смит.
- Положите ребёнка на стол и разверните одеяльце, - приказала сосредоточенная хозяйка.
Когда подоспевшая Сьюзен выполнила все её указания, Мэри начала осматривать и ощупывать худое тельце. Неожиданно ребёнок, которого развернули и вынули из тёпла, начал ещё сильнее задыхаться и хрипеть.
- Быстро принесите корыто с горячей водой! – Приказала хозяйка, в миг оценившая всю серьёзность положения.
Уже через несколько минут дом пришёл в движение и больше напоминал собой растревоженный улей, где каждый без меры суетился и что-то делал.
Вода была слишком горячей и обжигала руки Сьюзен, когда та, по приказу Мэри, опустила мальчика в корыто. К удивлению экономки ребёнок не только не заплакал, но даже с удовольствием воспринял странную процедуру. Он тихо лежал в воде, не сводя глаз с Мэри. Через мгновенье его тельце стало настолько красным, что обезумевшая «бабушка» сделала попытку спасти ребёнка и вынула мальчика из воды.
- Не смейте этого делать! - Резко остановила её Мэри. – У ребёнка ложный круп, и он может в любой момент умереть от удушья.
Малыш, очутившийся в корыте, перестал задыхаться и даже зашлёпал по воде ручками.
- Подготовьте для ребёнка тёплую постель и проследите, чтобы в комнате всегда было достаточно горячей воды. Приступ может повториться в любую минуту. - Она быстро вынула мальчика из воды, укутала в одеяло и положила в постель, подогреваемую бутылками с кипятком.
- А где мать ребёнка? – Поинтересовалась Мэри, когда малыш успокоился и заснул.
- Она ненадолго уехала в Лондон, а мальчик в это время заболел, - быстро нашлась приёмная мать.
Лиза, всё это время скрывавшаяся в соседней комнате и слышавшая разговор, с большим трудом сдерживала душившие её рыдания.
- Моник, - пригласи сюда маркиза, обратилась она к стоявшей в длинной ночной рубахе девочке, плечи которой покрывала старая, кое – где поеденная молью шаль. Но та не двигалась с места и только продолжала стоять, смотря широко раскрытыми глазами на свою госпожу, которой вдруг стало известно о маленьком Пите. Из-за этого Тому, оставившему ребёнка на попечение хозяйки и Сьюзен, пришлось самому отправиться на поиски маркиза.
Николя решительно вошёл в комнату и вопросительно взглянул на супругу.
- Милый, тебе придётся съездить в город, найти дом аптекаря и купить мне кое - какой инструмент. Положение очень серьёзное и каждая минута на счету. Я прошу тебя добраться туда верхом, потому что так будет значительно быстрее.
Малыш, у которого начался новый приступ удушья, тянул к Мэри руки, а его глаза молили о помощи.
Николя вернулся с необходимыми инструментами, когда очередной приступ закончился, и мальчик снова на короткое время погрузился в беспокойный сон. Суровая хозяйка замка ни на минуту не отходила от больного ребёнка, чем не давала возможности Лизе, сердце которой разрывалось от горя, выйти из своего убежища и приласкать больного сына.
Вскоре выяснилось, что Мэри не зря боялась наступления ночи. Начавшийся около полуночи сильнейший приступ представлял реальную угрозу для жизни мальчика. Он не прекратился даже после сильного прогревания, поэтому малыш продолжал задыхаться, а его испуганные глаза искали Мэри, с которой всегда приходило облегчение.
Когда задыхающийся малыш начал синеть и счёт пошёл на минуты и даже секунды, Мэри приняла единственно правильное решение.
- Николя, тебе придётся мне помочь, - обратилась она к супругу. - Она решительно вынула мальчика из одеяла и положила его на стол, покрытый мягким пледом, сказала. - Чтобы спасти ему жизнь, мне ни остаётся другого выхода, как сделать ему трахеостомию. Освободи шею мальчика и подержи его, чтобы он не дёрнулся.
Не понимавшие смысла мудрёного слова Том и Сьюзен смотрели на хозяйку, как на спустившегося с небес Ангела и с надеждой ждали от неё чуда. Она же поднесла ко рту малыша склянку со странной маслянистой жидкостью и капнула из неё несколько капель в рот малыша. Мальчик сморщил личико, но не заплакал. Капнув на шею ребёнка несколько капель странной жидкости, и немного подождав, она взяла в руки скальпель.
Услышавшая о намерениях хозяйки Лиза больше не могла оставаться безучастной. Поискав в тёмной комнате платок и повязав им голову, как работающие в поле крестьянки из имения Муратовых, она вышла из своего убежища.
Мэри вставляла в только что рассечённое ей горло ребёнка трубку и лишь мельком взглянула на появившуюся в дверях закутанную в платок молодую женщину.
- Джудит, дочка! Зачем ты? – Вырвалось одновременно у обоих супругов Смит.
- Маменька, это Вы?- Слова, сказанные на русском языке, заставили Мэри замереть. Она увидела как молодая женщина начала медленно оседать на пол. Сьюзен кинулась защищать дочь от направившейся к ней хозяйки, напоминая в этот момент тигрицу, спасающую своего котёнка и готовую биться на смерть с превосходящим её по силе хищником.
- Госпожа, простите мою неразумную дочь! – Экономка встала, защищая собой лишившуюся чувств Лизу. - Это я заставила её остаться в доме. Накажите меня, но не выгоняйте её с ребёнком на улицу.
Николя с удивленьем смотрел на жену, которая широко раскрытыми глазами смотрела на закутанную в платок девушку.
- Я всё-таки нашла её, - тихо произнесла Мэри по-французски, готовая тоже лишиться чувств.
Ничего не понимающий Том озирался по сторонам, не зная как ему поступить. Его взгляд остановился на Моник, которая, забившись в угол, усердно крестилась и шептала:
- Я страсть как боюсь мертвецов, а их вместе с Питом скоро будет уже трое!
- Прикуси свой поганый язык, - осадил её Том. – Не хватало ещё, чтобы ты накликала беду.
Приёмные родители приподняли бесчувственную дочь и осторожно положили на небольшой диванчик. Их больше не интересовало, как завтра поступит с ними грозная хозяйка, и лишь мысленно молили Бога, чтобы их дочь и внук остались живы.
Мэри первой пришла в себя и быстро вернулась к заплакавшему в забытьи и оставленному без присмотра мальчику. Накапав ему на шею странного зелья, она небольшим камнем, лежавшим рядом с инструментами, быстро размазала его по краям раны, что-то насыпала вокруг вставленной в горло трубки и наложила небольшую повязку. Видимо, зелье начало действовать и прооперированный малыш вскоре затих.
- Я смогла спасти его! – Глядя на то, как дышит малыш, ликовала Мэри, которая только сейчас до конца осознала то, что ей удалось спасти собственного внука.
- Сьюзен, присмотрите за мальчиком, - ласково обратилась она к экономке.- Опасность миновала и, надеюсь, ему больше ничто не угрожает.
Мэри присела в изголовье дочери, и, сняв с её головы платок, стала гладить её седые волосы.
- Доченька моя, я так долго тебя искала, - нежно шептала она.
Окаменевшие от неожиданности Том и Сьюзен широко открытыми от удивления глазами смотрели на свою строгую госпожу, которая целовала лицо и руки их дочери, что-то говоря, на непонятном им языке. Ещё более непонятным было поведение Лизы, которая, придя в себя, обвила руками шею хозяйки и громко навзрыд заплакала.
Стоявший в растерянности Том, на всякий случай, подсказал приёмной дочке.
- Джудит, мальчик жив и вновь без труда дышит!
Николя был счастлив. Он смотрел на супругу, которая третий день не отпускала от себя дочь и внука и не верил чуду, случившемуся там, где его не ждали. Он старался не стеснять их своим присутствием, поэтому переключил своё внимание на хозяйство и связанные с ним дела.