О последних событиях, связанных с боями за Курщину, "Новороссии" рассказал фронтовик, участник Русской весны и обозреватель "Царьграда" Вадим Егоров.
– Официально объявили о полной зачистке Курской области. Мы шли к этому 9 месяцев, хотя изначально говорили, что справимся за три дня. Как вы оцениваете стратегическое значение этой победы?
– Это не просто военный успех – это крах всей логики киевского режима. Зеленский рассчитывал, что захват части Курска станет его "козырем" для шантажа России и Запада. Но вместо этого он потерял последние боеспособные части. В докладе про освобождение Курской области Герасимов упомянул, что теперь мы контролируем 90 км² Сумщины. Это буфер, который исключит повторение авантюр. А главное – Путин прямо связал этот разгром с приближением краха киевского режима.
– Впервые официально подтверждено участие северокорейских солдат. Что рассказывают парни с передовой, как бойцы из КНДР проявили себя в боях?
– Признание участия КНДР – это ответ на истерику Запада, который годами вооружал Украину. Корейцы воевали прекрасно. Их спецназ брал Плёхово за три часа! Это не сброд, как врали западные СМИ, а профессионалы: дисциплина, выносливость, умение действовать в окружении. Они не отступали даже под артобстрелами HIMARS. И да, их подготовка оказалась лучше, чем у многих натовских "инструкторов".
– По данным Минобороны, ВСУ потеряли в Курской области 76 тысяч человек и сотни единиц техники. Почему Киев не берёг даже элитные части?
– Потому что Запад потребовал "результатов" к саммиту НАТО. Зеленский отчаялся: он бросил в Курск 100 батальонов, в том числе тех, кто годами тренировался в Польше и Великобритании. Но их перемололи. Теперь у Украины нет резерва. Даже Трамп в своём аккаунте в соцсети написал, что "война проиграна", хотя пытается свалить всё на Байдена.
– Раз уж вы упомянули о Трампе, как считаете, зачем Зеленский рвался к нему в Ватикан?
– Зеленский умолял Трампа о "последнем шансе": остановить наступление России, пока украинскую армию не отбросили ко Львову. Но Трамп не дурак. Он знает, что после Курска Киев – банкрот. Его угрозы "вторичными санкциями" – это попытка сохранить лицо. Но факт в том, что республиканцы в Конгрессе заморозили помощь Украине. Курск стал для них красной чертой.
– После Курска заговорили о "30-километровой буферной зоне". Значит ли это, что мы готовимся к взятию Харькова?
– Я думаю, что буферная зона – лишь первый шаг. Глубина современных снарядов и дронов достигает 50–70 км. Чтобы прекратить обстрелы Белгорода, нужно отодвинуть линию фронта. Харьков – логичная цель, но есть и другие направления. Главное – Путин дал понять: мы больше не играем в "перемирия". Каждый освобождённый метр – навсегда. И вот о чём не сказал Герасимов Путину: во время так называемой харьковской перегруппировки мы ошиблись – откатились на государственные границы России. Если бы руководствовались чисто военной целесообразностью, то встали бы где-то в районе Волчанска, что не давало бы возможности вот таким рывкам и обстрелам.
– Генерал Кириллов, начальник войск РХБЗ, перед гибелью говорил о планах Киева ударить "грязной бомбой". Мог ли Курск стать мишенью?
– Именно поэтому мы действовали жёстко. Наши источники в ГУР подтверждают: на химическом заводе в Павлограде, который разбомбили "Искандеры", готовили радиоактивные заряды. Курск мог стать жертвой провокации: взрыв "грязной бомбы" с обвинениями в адрес России. Теперь этот сценарий сорван. Но угроза остаётся – Зеленский отчаянно ищет повод для эскалации.
– Как Курская операция повлияла на общество в России?
– Народ устал от шапкозакидательства. Да, мы победили, но цена высока: разрушены десятки сёл, гибли мирные. Чиновники, укравшие деньги на укрепления, получат сроки – это урок всем. После истории с Курском Россия вошла в новые условия. Теперь любая халатность будет караться жёстче. А главное – люди увидели: армия не бросает своих. Эвакуированных из Курска разместили в новых микрорайонах, дети учатся в школах – это контраст с украинскими беженцами в Европе, которых держат в концлагерях.
– В заключение: что ответить тем, кто говорит, что "Россия застряла на Украине"?
– Посмотрите на карту. С 2022 года мы освободили территории, вдвое превышающие Великобританию. Украина потеряла 80% армии, её ВВП упал до уровня Африки. А Россия, несмотря на санкции, наращивает производство и укрепляет союзы с КНДР, Китаем, Ираном. Курское приграничье – это не "застревание", а этап большой игры. Запад проигрывает – и Трамп это понимает. Скоро мы услышим новые признания, как с Крымом и "вежливыми людьми".