"Держись малыш, рано тебе ещё, слишком ты ещё маленький для этой жизни. Не торопись!
На этом свете надо быть крепким. А я всё выдержу, только ты держись и мне помоги в этом. Мы с тобой вместе справимся!"
Стук в животе, тиканье настенных часов и стоны из соседней комнаты. Тихие, но такие тяжёлые. Одна жизнь уже на подходе, готова вот-вот выплеснуться, ворваться в этот светлый и солнечный мир. Другая жизнь угасает совсем рядом.
Спать я не могу, встаю. Захожу в соседнюю комнату. На кровати лежит очень маленький и очень близкий мне человек. Это бабушка моего мужа. Ома Лина, невообразимо добрая, невероятно спокойная и умная женщина.
Она особенная, не как все. Она всё понимает и во всех ситуациях находит правильный выход. У неё нет высшего образования, но есть очень огромный жизненный опыт, собранный десятилетиями разлук, лишений и препятствий.
Когда-то она ехала в одном поезде с моей бабушкой из родной далёкой Украины в чужие, казахские степи.
Туда, где их никто не ждал. Туда, где надо было начинать новую жизнь без мужей, но зато с маленькими детьми. Туда, где не было крыши над головой, где все и всё было чужими.
Она, как и многие женщины того времени, выжила и подняла одна двоих детей. Пройдя этот тяжёлый путь, закалившись в годы невзгод, она стала мудрой и сильной женщиной.
Как же Ома Лина напоминала мне мою бабушку Густу! С ней было всегда легко и спокойно.
Но всё когда-то проходит. Люди не живут вечно. Пришло и её время.
Две недели, уже две недели эти безумные невообразимое боли, эти стоны по ночам, выворачивают душу наизнанку. Меня бесит моё бессилие, возможность чем-то помочь, как-то облегчить страдания.
Я сажусь рядом на стул, кладу руку на живот бабушке, глажу его и молю бога, чтобы он скорее забрал её к себе. Да, именно так! Я не могу смотреть на её муки. У меня наворачиваются слезы, но я пытаюсь скрыть это от неё. И думаю о том, что сама ношу ребёнка под сердцем и очень переживаю, что потеряю его, что не доношу и при этом прошу Бога забрать другого мне любимого человека.
Как это всё неправильно! Как это всё несправедливо!
Бабушка из последних сил кладёт свою руку на мою:
- Иди детка, поспи. Тебе самой тяжело, ты должна спать. Тогда и малыш будет спокойней. Береги его!
Я ложусь, у меня действительно нет больше сил сидеть, но уснуть всё равно не могу.
Завтра суббота, все уезжают на похороны какого-то далёкого родственника, и я опять буду весь день одна с умирающей бабушкой. Даже старшего сына забирают, чтобы мне было легче.
Утром Рихард прибежал.
- Ома, вставай! - Пойдём, посидим вместе у окошка!
Но Ома уже не может ничего ответить. Её силы иссякают с каждым часом, наверно, уже с каждой минутой.
Боже, как страшно! А если она умрёт сегодня, сейчас? Именно сейчас, когда я одна дома!
"Бабуль, не умирай, потерпи ещё немного, ещё чуть-чуть. Дождись сына и внуков. Я одна, я не смогу..."
Прибежала соседка, баба Клава, узнать как я, как Ома. Она понимает всё, видит, что на мне лица нет.
- Боишься?
- Очень!
- Ну ты тут посиди ещё немного одна, а я скоро снова приду. Зятя быстренько накормлю, да и цыплятам насыплю.
Соседка ушла. Заботливая бабулька. Её зять - мой двоюродный брат. Я частенько к ним ходила. И она мне, как родная стала.
Я пошла на кухню приготовить обед. Ома Лина уже несколько дней не может есть, только пьёт немного. А мне надо, надо обязательно, да ещё и за двоих. Я почти неосознанно и очень быстро съела то, что приготовила, чтобы быстрее вернуться к Оме. И тут я поняла, что не слышу привычных стонов. Страх буквально сковал меня. Я шла очень медленно, силой заставляя свои ноги двигаться. Сердце колотилось так, что я не слышала даже вечно тикающие на стене часы.
- Тук - ту! Тук - Ту!
Я ненавидела в этот момент гробовую тишину, которая нависала со всех сторон. И только внутри меня неистово колотилось сердце, готовое от страха вырваться наружу.
Ома лежала очень тихо, но ещё дышала.
Вскоре прибежала опять баба Клава:
- Ну, ты как?
Она уже не спрашивала ничего за Ому Лину, она переживала теперь только за меня. Сейчас она была ближе мне всех людей на белом свете.
- Плохо, мне очень, очень страшно!
Я расклеилась, я перестала быть сильной. Это произошло быстро, в один момент. Я поняла, что только моя мама может меня сейчас успокоить, освободить от этого жуткого страха.
- Баба Клава! Я больше не могу! Ома умирает! - Пожалуйста, попросите Володю съездить за мамой.
Соседка, не задавая больше никаких вопросов, побежала домой.
Через полтора часа мама была рядом со мной. Она привезла медикаменты, катетер и, как опытная медсестра сделала ещё какие-то процедуры, которые немного сняли Оме боль. Мама тоже сказала, что ей осталось жить буквально несколько часов и что мне лучше уехать и выспаться.
Я дождалась возвращения мужа с сыном, его родителей и, взяв с собой Рихарда, поехала к себе на квартиру. По дороге я гладила живот и про себя повторяла как мантру:
"Ты держись, малыш! Я с тобой! Держись!"
Ничего не бывает вечным...
День за днём, за закатом ночь.
Тени жизни порой беспечно
Улетают куда-то прочь.
Память ветром с дороги льётся,
Время в пыль растирает свет.
Давит страхом и вслед смеётся,
Пряча где-то меж звёзд ответ.
Вспоминаю и плачу снова,
Помню, будто бы тень с косой
Испугала и смерть бирюзовой
По реснице прошлась слезой.
Горизонт не всегда печален.
- Ты держись, потерпи, малыш!
Мы с тобою ещё в начале,
И ты ножкой во мне стучишь...
Всё в тебе! И сойдутся звёзды,
Чтобы дать тебе силы впредь...
Я знала, что завтра приеду сюда снова, но этот дом будет выглядеть уже по-другому. Он будет опустевшим.
Сиротство быстро завладевает пространством. Самое тяжёлое, что есть в этом мире - это пустота.
С тех пор я боялась этого дома. Я теперь его просто ненавидела.
Автор: Шеридан К.
Источник: https://litclubbs.ru/articles/55671-derzhis-malysh.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: