Когда Дарина возвращалась домой, улица была пуста, и единственным звуком, который нарушал тишину, был её шаг. Её мысли были снова в том месте, куда она не могла вернуться — в моменты, когда всё казалось целым и правильным. Но эти моменты ушли, растворились, как утренний туман. Прошло уже три года с того дня, когда её жизнь поменялась навсегда.
В тот день, в который всё началось, Дарина поняла, что её жизнь больше не будет прежней. Она стояла перед зеркалом, застёгивая последние пуговицы на платье, когда услышала, как Виктор сказал ей, что он хочет уйти. Это было не заявление, не просьба. Это было просто констатирование факта. Его голос был пустым, словно он сам был далёким наблюдателем.
Он не смотрел ей в глаза. Он просто стоял у двери, как если бы ей не нужно было знать всей правды. Это не было словами, которыми обычно объясняли уход — оно просто висело в воздухе, словно кусок воздуха, который нельзя вдохнуть. Дарина стояла в тишине, не в силах выговорить даже одно слово. Вся её жизнь, все мечты о семье, любви, взаимной поддержке, которые она строила годами, рухнули за несколько секунд.
И теперь, возвращаясь домой в этот тихий вечер, она всё ещё не могла поверить, что жизнь пошла таким путём. Дом, который когда-то был полон звуков и смеха, стал холодным и пустым. Она чувствовала, как одиночество растёт в ней, и, хотя её разум боролся с этим ощущением, сердце не соглашалось. Оно продолжало болеть, как бы она не пыталась его усыпить. Почему Виктор ушёл? Почему она так легко стала ему чужой?
— Привет, — раздался знакомый голос из кухни, и Дарина мгновенно вздрогнула.
Это была её мать, Лариса. Она всё равно чувствовала, что её дочь нуждается в ней, и на протяжении последнего года старалась быть рядом. Но по мере того, как время шло, она начала замечать, что Дарина стала другой. Не было тех искренних разговоров о жизни, о планах на будущее, тех долгих вечеров, когда они сидели за чашкой чая и обсуждали всё на свете. Мать видела, как дочь всё больше замкнулась в себе. Каждый день она пыталась утешить её, поддержать, но Дарина отстранялась.
— Привет, мам, — Дарина сняла пальто и вошла на кухню, но её взгляд был пустым. Она бросила взгляд на мать, но сразу поняла, что она вряд ли сможет сказать что-то важное.
— Как день прошёл? — спросила Лариса, несмотря на очевидное молчание, царящее в комнате.
Дарина замолчала, чувствуя, как тяжело говорить. Она бы хотела выговориться, но эти слова никак не находились. Она просто села за стол, смотрела в чашку с холодным чаем и не могла произнести ничего важного. Всё, что она хотела сказать, казалось слишком громким и слишком болезненным.
— Виктор уходит, — сказала она наконец. В голосе не было силы. Это было просто признание, как будто она хотела подтвердить это вслух. Но сама идея была слишком тяжела для неё.
Мать замолчала. Лариса положила ложку в чашку, она задумалась, но затем сделала глубокий вдох, как будто собираясь произнести что-то важное.
— Это был твой выбор? Или… — Лариса начала осторожно, её интонации были мягкими.
— Это не было моим выбором, — ответила Дарина, её голос был тихим. — Он сказал, что больше не любит меня, что я для него чужая. И я не знаю, что делать с этим. Я не знаю, что делать с собой.
Мать медленно подошла к дочери, села рядом и взяла её за руку. Лариса не говорила ничего. Просто держала её руку в своей, словно пытаясь передать хоть какое-то утешение. Но ни одно слово не могло отнять ту боль, что сжала сердце Дарины.
Вспоминая события того дня, Дарина почувствовала, как тяжело дышать. Она поняла, что давно перестала бороться. Всё, что она когда-то хотела, рушилось. Её мечты о семье, доме, любви — всё это стало частью прошлого. Она не знала, как начать новую жизнь, когда всё, что она любила, распалось на части.
— Я так устала, мам, — прошептала она, и слёзы невольно потекли по её щекам. — Устала бороться за то, что даже не существует.
Лариса наклонилась и обняла её. Дарина почувствовала себя маленькой девочкой в её объятиях, как когда-то, в детстве, когда мир казался простым и понятным. Но сейчас всё было иначе. Слова утешения, которые она могла бы сказать, не могли бы вернуть Виктора, не могли вернуть прежнюю жизнь.
— Ты сильная, Дарина. Ты переживёшь это, — сказала мать, её голос был теплым и уверенным, но Дарина не была уверена, что это правда. Она хотела верить, что это так, но её внутренний мир был разрушен. Она не знала, как идти дальше.
Она сидела в тишине, её мысли были разбросаны, как обломки. Каждое движение казалось тяжёлым, каждый вдох — борьбой. Она вновь ощутила эту пустоту, которая не давала ей покоя.
Сколько ещё нужно времени, чтобы она смогла простить себя за то, что не смогла удержать его? Сколько ещё раз она должна будет пройти через это, прежде чем почувствует, что снова может доверять себе и людям вокруг?
Тот вечер не принёс никакого облегчения. Он стал одним из тех, когда время просто стояло, и ничего не могло вернуть её жизнь назад. Но в ту ночь Дарина почувствовала, что её путь не закончился. Да, она потеряла что-то важное, но она ещё не потеряла себя. И хотя ей было страшно, она решила, что будет двигаться вперёд, не оглядываясь назад. Это был не конец. Это был всего лишь новый старт.