При создании этой истории я была вдохновлена историей из 90-х годов произошедшей в Кувейте с популярной на то время певицей Нура Аль-Такака.
Лейла была вокалисткой небольшой, но набирающей популярность рок-группы "Сирены Заката". Они играли в основном по барам и небольших клубах, но мечтали о большой сцене.
Однажды им поступил необычный заказ - выступить на частной свадьбе за городом. Гонорар был настолько велик, что они не могли отказаться, несмотря на смутные детали. Организатор, представившийся мистером Блэквудом, был немного эксцентричным, но очень вежливым и убедительным.
Место свадьбы оказалось старинным поместьем, расположенным глубоко в лесу. Поместье было мрачным и величественным, с высокими стенами, готическими башнями и запутанным лабиринтом в саду. "Сирены Заката" почувствовали себя немного не по себе, но гонорар грел душу.
Внутри поместья царила необычная атмосфера. Гости были одеты в экстравагантные наряды - бархат, кружево, перья, драгоценные камни. Они были красивы, но в их лицах читалась какая-то странная отрешенность, а в глазах мерцал недобрый огонек.
Невеста была ослепительно красива - бледная кожа, черные волосы, алые губы. Жених был высоким и статным, с пронзительным взглядом и холодной улыбкой.
Лейла и ее группа начали играть. Они исполнили свои самые известные хиты, но чувствовали, что их музыка не трогает гостей. Они танцевали и смеялись, но их движения были неестественными, а смех - зловещим.
Во время перерыва мистер Блэквуд попросил Лейлу исполнить особую песню - старинную балладу на латинском языке. Он сказал, что это любимая песня невесты, и что она будет очень рада ее услышать. Лейла немного знала латынь, и ей удалось выучить текст.
Когда она начала петь, стены старинного зала задрожали, словно в агонии. С потолка посыпалась штукатурка, обнажая темные, гниющие балки. Аромат роз, до этого дурманивший, сменился тошнотворным запахом серы и разложения.
Гости, еще недавно грациозно кружившиеся в танце, застыли как изваяния, их лица исказились в мучительном экстазе. Затем началось преображение.
Сначала едва заметно - заострились уши, удлинились пальцы, зубы стали хищными. Затем изменения стали более явными - на бледной коже проступили чешуйки, на спинах появились зачатки перепончатых крыльев, а в глазах вспыхнул нечеловеческий голод.
Невеста, еще недавно восхищавшая Лейлу своей неземной красотой, раскрыла пасть, полную острых, как бритва, зубов. Ее белоснежное платье разорвалось, обнажая когтистые лапы и покрытую слизью кожу. Жених, до этого излучавший холодное величие, издал утробный рык, его лицо вытянулось, а из головы выросли костяные рога.
Они превращались в демонов.
Музыканты из группы Лейлы, до этого увлеченные игрой, замерли в ужасе. Барабанщик уронил палочки, гитарист выронил медиатор. Единственный звук, нарушавший тишину, - это голос Лейлы, продолжавший петь зловещую балладу.
Лейла почувствовала, как ее ноги прирастают к полу. Она хотела бежать, но не могла пошевелиться. Слова песни, словно проклятие, держали ее в плену.
Один из демонов, бывший недавно элегантным джентльменом, подполз к ней на четвереньках. Его глаза горели жаждой крови. Он протянул к ней когтистую лапу, издавая булькающий звук.
Лейла закричала.
Внезапно, музыка прекратилась. Лейла замолчала, словно очнувшись от кошмарного сна. Демоны замерли, оглядываясь в замешательстве.
Мистер Блэквуд, сохранивший человеческий облик, злобно посмотрел на Лейлу.
"Ты прервала ритуал! Ты заплатишь за это!" – прошипел он, приближаясь к ней.
Лейла, в панике, отшатнулась назад, споткнулась и упала. Она почувствовала, как ее рука нащупала что-то твердое и холодное на полу. Не открывая глаз, она схватила это и резко поднялась на ноги.
Это был подсвечник. Тяжелый, серебряный подсвечник с тремя горящими свечами. Инстинктивно, она выставила его перед собой, как щит.
И тут произошло нечто странное. Демоны, подступавшие к ней, замерли. Они шипели и отступали, словно опасаясь света свечей.
Лейла медленно открыла глаза. Она увидела, что демоны боятся света. Света свечей.
В голове вспыхнула надежда. Возможно, это ее шанс!
Не теряя времени, она побежала прочь от демонов,
размахивая подсвечником. Они шипели и пытались схватить ее, но держались на расстоянии, опасаясь света.
Лейла добралась до двери и выбежала из зала. Она оказалась в длинном, темном коридоре, освещенном лишь слабым лунным светом, проникавшим сквозь узкие окна.
Она бежала по коридору, не зная, куда направляется. Главное – подальше от демонов.
В конце коридора она увидела дверь. Она была заперта, но Лейла, не раздумывая, разбила стекло подсвечником и открыла замок.
Она ворвалась в комнату и захлопнула дверь. Это была старая библиотека, заполненная книгами, покрытыми пылью и паутиной.
Лейла огляделась в поисках чего-нибудь, что могло бы ей помочь. Она понимала, что демоны не оставят ее в покое.
И тут ее взгляд упал на книгу, лежащую на столе. Она была раскрыта на странице, на которой был изображен странный символ, окруженный латинскими словами.
Лейла вспомнила, что немного знает латынь. Она начала читать текст.
Это был ритуал. Ритуал защиты от темных сил.
Демоны уже ломились в дверь. Лейла понимала, что у нее нет времени.
Она быстро расставила ингредиенты на столе, зажгла ладан и начала читать заклинание.
Латинские слова срывались с ее губ, наполняя комнату странной энергией. Символ на книге начал светиться.
Вдруг, дверь распахнулась, и в комнату ворвались демоны. Они зашипели и бросились на Лейлу.
Но когда они приблизились к столу с ритуалом, их отбросило назад невидимой силой. Они зарычали от ярости, но не могли прорваться сквозь защиту.
Вдруг, один из демонов, самый сильный и злобный, придумал выход. Он отступил назад и с разбегу врезался в стену библиотеки.
Стена затрещала и начала осыпаться. Демон продолжал бить в одно и то же место, и вскоре в стене образовалась дыра.
В отчаянии, Лейла схватила со стола серебряную чашу, наполненную травами и ладаном, и бросила ее в демонов.
Чаша попала в самого сильного демона, и травы с ладаном рассыпались по полу.
И тут произошло чудо.
Травы и ладан начали гореть ярким пламенем, распространяя вокруг себя густой дым. Дым был не обычным. Он был серебристым, мерцающим, словно живой.
Демоны зашипели и отступили назад, опасаясь дыма. Они стали кашлять и задыхаться. Дым, казалось, обжигал их изнутри.
Собрав последние силы, она схватила подсвечник и начала поджигать им книги на полках.
Книги вспыхивали одна за другой, наполняя библиотеку едким дымом. Демоны выли от боли и ярости, но не могли ничего сделать.
Лейла, кашляя и задыхаясь, пробиралась сквозь дым к окну. Она понимала, что это ее единственный шанс.
Добравшись до окна, она разбила его подсвечником и выпрыгнула наружу.
Она упала на землю, больно ударившись о камни. Но она была жива. Она спаслась от демонов.
Она поднялась на ноги и побежала прочь от поместья, не оглядываясь назад. Она знала, что ей больше никогда не захочется петь на свадьбах, особенно если заказчиком будет какой-нибудь эксцентричный мистер Блэквуд.
Она бежала, пока не добралась до дороги. Она остановила машину и попросила водителя отвезти ее в город.
Добравшись до города, первым делом Лейла помчалась в квартиру, где жили остальные участники "Сирен Заката". Дверь была незаперта, внутри царил хаос. Инструменты валялись на полу, мебель была перевернута, повсюду были разбросаны вещи.
Лейла замерла, в животе похолодело. Где же все?
Она позвала их по именам: "Джон! Сара! Майк!"
В ответ – тишина.
Вдруг, из-за угла вышла Сара, барабанщица. Ее лицо было бледным, глаза расширены от ужаса. На ее руках виднелись царапины.
"Лейла! Ты жива!" – воскликнула Сара, бросаясь к ней в объятия.
"Где остальные? Что случилось?" – спросила Лейла, чувствуя, как к горлу подступает ком.
"Это был кошмар, Лейла, настоящий кошмар. После того, как ты убежала, демоны набросились на нас. Мы еле спаслись. Джон и Майк…" – Сара запнулась, не в силах закончить фразу.
Лейла все поняла без слов.
"Они… они не смогли убежать?" – тихо спросила она.
Сара кивнула, заливаясь слезами.
Лейла почувствовала, как ее ноги подкашиваются. Она опустилась на стул, не в силах поверить в то, что услышала.
Джон, гитарист, был ее лучшим другом с детства. Майк, басист, всегда был душой
компании. Они были "Сиренами Заката". Они были ее семьей.
И теперь их больше нет.
Лейла закрыла лицо руками и заплакала. Она плакала о Джоне и Майке, о сорвавшейся карьере, о потерянной надежде. Она плакала о том, что никогда не сможет забыть эту ужасную ночь.
Через несколько минут Сара положила руку ей на плечо.
"Лейла, мы должны что-то сделать. Мы должны рассказать всем, что произошло. Мы должны предупредить других, чтобы они не попали в такую же ловушку." – сказала Сара, ее голос был полон решимости.
Лейла подняла голову и посмотрела на Сару. Она увидела в ее глазах силу и смелость… И ей стало противно.
"Рассказать? Кому рассказать, Сара? Кто нам поверит? Нас сочтут сумасшедшими. И даже если поверят, что это изменит? Мир полон таких мест, Сара. Полн этих Блэквудов, этих поместий, этих демонов. Им нужна наша музыка, понимаешь? Она их питает." – ответила Лейла, ее голос был полон горечи.
Сара опешила.
"Но… но мы не можем просто так все оставить! Мы должны что-то сделать!" – возразила она.
Лейла встала со стула и подошла к окну. Она смотрела на огни города, на счастливых людей, идущих по улицам. Они ничего не знали. Они были в безопасности.
"Нет, Сара. Мы ничего не будем делать. Мы забудем об этом. Мы забудем о Джоне и Майке. Мы забудем о "Сиренах Заката". Мы забудем о музыке." – сказала Лейла, ее голос был тихим и холодным.
Сара смотрела на нее в ужасе. Она не узнавала свою подругу.
"Ты… ты бросаешь нас? Ты бросаешь их память?" – спросила она, дрожащим голосом.
Лейла отвернулась от окна и посмотрела на Сару. В ее глазах не было ни капли сожаления.
"Они мертвы, Сара. А мы живы. И мы должны выжить. А единственный способ выжить – это забыть." – ответила Лейла.
Она взяла свою сумку и вышла из квартиры. Она не знала, куда пойдет и что будет делать дальше. Но она знала одно – она больше никогда не будет петь.
Музыка – это не оружие. Музыка – это приманка. И она больше никогда не станет приманкой для демонов.
Лейла ушла в ночь, оставив Сару одну в пустой квартире. Она ушла, навсегда похоронив свою мечту и свою душу. Потому что иногда, чтобы выжить, нужно отказаться от всего, что ты любишь. Даже от самой себя.