Развитие искусственного интеллекта вызывает необходимость глобального подхода к его регулированию, однако на международной арене до сих пор отсутствует согласованное понимание того, что такое безопасность ИИ, как её определить и как обеспечить. Национальные модели регулирования ИИ все чаще отражают политические ценности и приоритеты отдельных стран, что значительно усложняет выработку универсальных стандартов. Пример глобальных вызовов, таких как изменение климата, показывает, что эффективное международное сотрудничество возможно лишь при наличии научного консенсуса в оценке рисков.
Укрепление международного сотрудничества
Международное сотрудничество в области ИИ продолжает набирать стратегическую значимость, формируя сложную сеть институтов и площадок для обмена знаниями и выработки совместных подходов к управлению рисками. Разнообразие форматов — от экспертно-политических форумов до глобальных саммитов — позволяет консолидировать усилия государственных структур, научных центров и индустриальных лидеров для обсуждения вызовов, которые несёт быстрое развитие ИИ. Однако данные процессы нередко демонстрируют подверженность влиянию политических интересов: научные дискуссии всё чаще становятся ареной скрытых или явных манипуляций, когда результаты исследований используются в целях продвижения определённых стратегических или экономических приоритетов отдельных стран и компаний. В подобных условиях вопрос сохранения независимости научной экспертизы становится ключевым фактором, от которого зависит качество и объективность будущих решений в области глобального регулирования ИИ.
Важным направлением в построении устойчивой системы глобального управления ИИ остаётся создание и развитие институциональных механизмов, обеспечивающих взаимодействие научного сообщества с политическими структурами. Уже сегодня инициативы вроде Глобального партнёрства по ИИ и Наблюдательного центра по политике ИИ при ОЭСР формируют зачатки такой архитектуры, позволяя участникам из разных стран обмениваться аналитикой и согласовывать подходы к оценке рисков и последствий применения ИИ. Подобные структуры постепенно становятся площадками, способными сглаживать противоречия между различными национальными интересами и коммерческими приоритетами. Вместе с тем текущий формат международных саммитов и форумов по ИИ по-прежнему демонстрирует ограниченность инклюзивности: участие в обсуждениях доминируют крупнейшие экономики и транснациональные корпорации, что требует осмысления новых механизмов для расширения состава участников.
Одним из потенциальных ответов на существующие вызовы станет запуск Международной научной панели по ИИ под эгидой ООН в рамках Глобального цифрового договора. Эта структура призвана обеспечить системную и независимую экспертизу последствий внедрения ИИ с акцентом на междисциплинарный и глобально сбалансированный подход. Важно, чтобы в рамках таких платформ были представлены не только страны с высокоразвитым технологическим сектором, но и государства Глобального Юга, а также специалисты из сопряжённых с ИИ областей, включая экологию, климатологию и социогуманитарные науки. Подобная диверсификация экспертного участия необходима для формирования гибкой и устойчивой международной сети институтов, способных оперативно реагировать на новые риски, формировать независимую научную повестку и создавать предпосылки для этичного и инклюзивного глобального регулирования искусственного интеллекта.
Роль науки в обеспечении глобальной безопасности
Создание подобных международных экспертных платформ — лишь первый шаг. Более фундаментальной проблемой остаётся растущий разрыв между скоростью технологических изменений и возможностями науки. Ускоряющееся развитие технологий всё чаще ставит под сомнение эффективность традиционных подходов к научной верификации: существующие методы попросту не успевают адаптироваться к темпам инноваций. Ситуацию осложняет ограниченный доступ к критически важной информации: частные компании, руководствуясь интересами коммерческой защиты и кибербезопасности, ограничивают раскрытие данных о своих ИИ-системах. Государства, в свою очередь, демонстрируют схожую закрытость, особенно в контексте применения ИИ в военной и стратегической сферах.
Тем не менее, международные научные сообщества неизменно играют ключевую роль в преодолении глобальных вызовов, демонстрируя способность к конструктивному сотрудничеству даже в условиях политических и культурных разногласий. История научной дипломатии показывает, что именно благодаря объединенным усилиям исследователей из разных стран удавалось вырабатывать основанные на эмпирических данных и согласованные подходы к решению сложных межнациональных проблем. Одним из наиболее убедительных примеров такой модели является деятельность Межправительственной группы экспертов по изменению климата, чьи доклады на протяжении десятилетий служат научным фундаментом для формирования климатической политики на глобальном уровне. Аналогичную роль играют исследования Национальных академий наук, инженерии и медицины США, которые систематизируют научные знания для оценки рисков в сферах глобальной безопасности, включая угрозу ядерного конфликта и международного терроризма.
Сравнимые процессы наблюдаются и в контексте обсуждений рисков, связанных с развитием ИИ. Показательным примером является подготовка первого Международного научного отчёта о безопасности передовых ИИ-систем, возглавляемая профессором Й.Бенджио, одним из ведущих мировых экспертов в области машинного обучения. Документ, представленный на международном саммите по ИИ в Сеуле, стал значимым шагом в направлении формирования научно обоснованного и международно признанного понимания рисков, связанных с внедрением новых ИИ-технологий. Принципиально важной чертой данного отчёта стало признание методологической неопределённости, присущей процессу оценки рисков ИИ, а также отсутствие стремления к формулированию универсального и окончательного определения понятия «безопасность». Такой подход подчёркивает соответствие отчёта основным стандартам научной объективности: вместо строгих выводов акцент сделан на признании ограниченности существующих знаний, что открывает пространство для корректировки и пересмотра оценок по мере накопления новых данных.
Параллельные траектории
Однако институциональное воплощение этих научных принципов сталкивается с системными противоречиями. Как показывает практика, научные инициативы способны оказывать реальное влияние на международную политику только в том случае, если результаты научной работы будут не просто зафиксированы в академических публикациях, но найдут отражение в решениях политических институтов. Именно в этот момент процесс выработки эффективных международных подходов к регулированию рисков ИИ сталкивается с фундаментальной дилеммой, заключающейся в необходимости балансировать между научной достоверностью и политической легитимностью. С одной стороны, полноценная оценка рисков требует независимой экспертизы, быстроты реагирования и доступа к конфиденциальной информации, зачастую сосредоточенной в частных технологических компаниях. С другой — устойчивость и эффективность регулирующих мер зависят от их политического признания и широкой поддержки на уровне государств, что предполагает инклюзивность и учет различных интересов.
Одним из потенциальных путей выхода из этого конфликта интересов может стать параллельное существование двух взаимосвязанных, но институционально разнесенных процессов, каждый из которых будет опираться на собственные сильные стороны. Первый из них должен быть ориентирован на обеспечение широкой политической легитимности за счёт вовлечения государств и выработки сбалансированных оценок, охватывающих не только потенциальные угрозы, но и преимущества ИИ-технологий, а также вопросы международной координации, включая предотвращение их злонамеренного использования. Подобный процесс, будучи включённым в межправительственные структуры, требует времени для согласования позиций и поиска компромиссов между научной строгостью и политической реалистичностью.
Параллельно должен развиваться второй процесс, ориентированный на углубленный технический анализ и оперативное реагирование, что требует создания институционально независимого механизма, свободного от бюрократии межгосударственных процедур. В качестве возможной модели можно рассмотреть сеть национальных агентств по безопасности ИИ, которые объединят специализированную экспертизу и доступ к закрытым данным. Однако такая архитектура вызывает закономерные вопросы о возможности обеспечения подлинно глобального представительства. Существующие институты демонстрируют ограниченность в этом отношении: аналитическая работа ОЭСР, несмотря на свою ценность, ограничена кругом стран-участниц, а Международный научный совет, хотя и обладает институциональной нейтральностью, сталкивается с проблемами недостаточного финансирования и слабой интеграции с технологическим сектором.
Эффективность двухконтурной модели напрямую зависит от продуманной системы координации между её элементами. Механизм, при котором, например, структуры ООН будут интегрировать в свои аналитические и политические документы выводы независимых экспертных оценок, позволит соблюсти баланс между институциональной независимостью и содержательной кооперацией. Формальные инструменты, такие как совместные рабочие группы, протоколы о намерениях или меморандумы о взаимопонимании, способны минимизировать дублирование функций и смягчить потенциальные противоречия между структурами, не жертвуя при этом их уникальными преимуществами.
Виктория Совгирь, аналитик Центра политической конъюнктуры.
Подробности от АК: https://actualcomment.ru/budushchee-globalnogo-upravleniya-riskami-ii-perspektivy-mezhdunarodnogo-nauchnogo-sotrudnichestva-2504211316.html