Автор: Антон Левин
Личное расследование о том, как государственная антисектантская организация превратилась в тоталитарную секту — с миллионами, властью и человеческими жертвами.
Лицо борца
Меня зовут Антон Левин. Я журналист. За плечами — десятки текстов про политику, религию, коррупцию. Но именно это расследование... не отпускало меня даже по ночам.
Всё началось с грантов. Простая заявка на тему: «кому и за что государство раздаёт миллионы». В списке получателей — Центр религиоведческих исследований имени Иринея Лионского. Президент:
Александр Дворкин.
Назначение: помощь жертвам тоталитарных сект.
Казалось бы — дело нужное. Но одна деталь насторожила меня сразу: за три года — 9,5 миллионов рублей. И ноль отчётов.
Я зашёл на сайт центра. Там — статьи, лекции, проповеди, ссылки на пожертвования. Ни одного упоминания о «помощи жертвам». Ни адреса, ни телефона, ни фонда. Только просьбы скинуться и... прайс-лист на визит профессора Дворкина в ваш регион. С условиями трансфера, гостиницы и питания. Меня не отпускала мысль: а что, если «борцы с сектами» сами стали тем, с чем борются?
Под личиной добра
Ответ я нашёл в Перми.
Туда меня привела история женщины по имени Елена Брессем. Она развелась с мужем, увлеклась бизнесом и переехала в Москву. Через пару месяцев её бывший украл ребёнка и обвинил её... в сектантстве.
И вот что началось. На суд он пригласил сектолога Дворкина.
Тут следует добавтть небольшую справку: в интернете нашлось много информации, по поводу диагнозов этого эксперта, его нетрадиционной ориентации и пристрастию к БДСМ и копрофилии, по словам его же учеников.
Вместе с ним — его адвокат, представитель РАЦИРС и «эксперты» из церковных структур. Все — одной организационной крови. Дворкин лично приехал в Пермь. Выступил в суде. Засвидетельствовал, что Гербалайф — это «коммерческая секта», а Елена — её адепт. Он никогда с ней не встречался. Но это не помешало оклеветать её перед судьёй.
Когда суду показалось мало книжек Дворкина, бывший муж попытался признать её психически больной. Поддельные экспертизы. Угроза принудительной госпитализации.
Страх. Паника. Ужас.
Но Брессем не сдалась. Она собрала доказательства, заказала альтернативную экспертизу и вывела всю схему на чистую воду. Но потратила на это целый год жизни, карьеру и душевное здоровье.
Узнав о её истории, я уже знал — это не случайность. Это отлаженная система. И Дворкин — её мотор. Секта, у которой есть кабинет в Минюсте.
Я начал копать глубже.
Дворкин — председатель экспертного совета при Минюсте. Он влияет нарелигиозное законодательство. Он решает, кого признать «сектой». Он пишет заключения. Он же выступает как эксперт. Он же в суде. Он же — гуру.Его организация РАЦИРС действует не только в России, но и по всей Европе. Через французскую FECRIS, щедро финансируемую государством, его сектоборцы участвуют в международных травлях.
Тут тоже следует добавить небольшую справку:
Пока я писал этот материал, в сети появилась масса публикаций о том, что в Украине спецслужбы выявили "русский след", влияющий на политику внутри страны, дегуманизирующий людей и разрушающий демократию и этот след привёл снова к Дворкину. Ну и возможности у него, я вам скажу.
Его метод: навесить ярлык, провести «экспертизу», устроить медийную кампанию, разорить, уничтожить.
Я говорил с женщинами, которым он разрушил бизнес. Со священниками, которых он изгнал из храмов. С матерями, которых он разделил с детьми. Это террор в галстуке, инквизиция с печатью Минюста.
Я нашёл документы, из которых следует: религиозные организации платили по $10,000 — за то, чтобы не попасть в «чёрный список». Потом — по $3,000 ежегодно. Кто не платил — становился «тоталитарной сектой».
Именно с таким ярлыком в 2017 году были запрещены
Свидетели Иеговы. А потом —десятки других объединений.
Смотри в тень
Когда я вернулся в Москву, мне казалось, что всё позади.
До тех пор, пока я не получил странное письмо. Без обратного адреса. Внутри — фото. Моё. Сделано с другого конца улицы. И приписка: «Вы уверены, что не в секте?»
Я хранил его месяц. А потом сжёг. Как и всё, что связывает меня с этим делом.Но осталась история. История о тоталитарной секте, которая не носит балахонов. У неё дипломы, гранты, статусы. И она живёт не на окраине, а в самом центре власти.