Попытка Москвы остановить огонь вскрыла главное: Украина ничего не решает сама.
«Просроченный» президент Украины Владимир Зеленский оказался в ситуации, которую иначе как капканом не назовёшь. Президент России Владимир Путин неожиданно предложил пасхальное перемирие — оно вступило в силу 19 апреля в 18:00. Жест выглядел как сильный и публичный дипломатический ход. России было важно показать всем: мы готовы к миру, но не любой ценой. А вот реакция Киева поставила Зеленского в крайне неловкое положение.
Сначала — тишина. Из офиса Зеленского не последовало ни одного заявления. Ни «за», ни «против». Только спустя час, когда западные СМИ начали аккуратно намекать на отказ, стало понятно: в Киеве не знают, что делать. Зеленский, утративший самостоятельность в принятии решений, срочно обратился к кураторам — Вашингтону и Лондону — с вопросом: «Как быть?». Ответ, судя по всему, был однозначен: отказываться нельзя. Иначе всё.
Только после этого, с явным опозданием и без особого энтузиазма, Зеленский заявил, что ВСУ тоже будут соблюдать перемирие. Но медийный урон уже был нанесён: Украина выглядела как та сторона, которая хочет не мира, а только войны. Более того, несмотря на официальное заявление, ВСУ нарушали тишину — об этом сообщали не только российские источники, но и международные наблюдатели.
Тем временем в Вашингтоне и Лондоне дали понять: они рассчитывают на продление пасхального перемирия и поддерживают любые шаги к прекращению огня. Особенно показательной стала позиция британского лорда Ричарда Балфа — представителя Консервативной партии, далёкой от симпатий к России. Он не просто поддержал перемирие, но и заявил: Украине придётся быть готовой к территориальным уступкам, если она действительно хочет мира.
Как гром среди ясного неба прозвучало и заявление американского госсекретаря Марко Рубио в Париже. Он прямо предупредил: если одна из сторон будет мешать мирному процессу, США прекратят поддержку. И невооружённым глазом видно, кому был адресован этот месседж.
Ведь именно США поставляют Украине около 60% всей западной военной помощи, напоминаетуточняет «Царьград». Без этих поставок и доступа к американской разведке ВСУ будет чрезвычайно сложно продолжать боевые действия. Это признают даже в Киеве. Перемирие не только стало ловушкой, но и продемонстрировало: у Зеленского всё меньше пространства для манёвра.
Россия, в свою очередь, отказалась продлевать перемирие на запрошенные Киевом 30 дней. У неё есть свои условия — и одно из главных: остановка мобилизации в ВСУ. Это не ультиматум, а логика — зачем Украине мир, если во время него к боевым действиям готовят новых солдат?
Таким образом, Владимир Зеленский оказался между молотом и наковальней. С одной стороны — западные кураторы, которые всё чаще требуют мира. С другой — внутренняя политическая ситуация и военное командование, которое продолжает давить. Подчиниться — значит признать поражение и потерять поддержку внутри страны. Не подчиниться — значит остаться без помощи и быть выброшенным за борт.
И какой бы путь он ни выбрал — победителем Зеленский из этой ситуации уже не выйдет.
При этом в России отмечали, перемирие было выгоднее Киеву, но он ситуацией не воспользовался.
«Технически оно (перемирие — прим. ред.) было более выгодно украинской стороне как более слабой. С политической точки зрения оно показало добрую волю России к миру», — отметил политолог Сергей Марков.
Ранее пасхальное перемирие Путина сравнили с умением Примакова «загонять в компомисс».